Глава 25

— Ну, что, рассказывай, — расхаживая взад-вперёд перед стоящим во дворе королевского дворца драконом, повествовал правитель Тиандела, — как чародейка оказалась за стеной?

Понурая голова виноватой рептилии, слегка дёрнулась, из ноздрей вырвался клуб пара, сопровождаемый горестным вздохом, и полностью окутав короля Тина, с гулкими хлопками развеялся по ветру. Сурово сведённые брови местного монарха не сулили защитнику чародейки ничего хорошего, разве что долгую и мучительную смерть.

— Так я… — едва набравшись смелости, промямлило животное. — Стратегия у меня такая, понимаете, ваше Величество: будучи лишённой чувства защищённости, моя юная хозяйка в считанные часы сумела разбудить дремавшую в ней магию.

— Ну, это я вижу. Да, что там я?! Теперь о палёном цыплёнке будет знать каждый житель Аду. — пыхтя от злости, правитель осуждающе взирал на Глюка. — Я даже не знаю, как на тебя ругаться! Ты же, не вызываешь ничего, кроме смеха…

Пожав плечами, король Тин взглянул на закопчённого ящера, который стыдливо прикрывался голыми кожаными крыльями. Оставшийся уцелевшим хохолок из трёх белых перьев, нервно подрагивал, напоминая всем присутствующим о некогда богатом драконьем оперении.

— Прошу вашей милости, правитель. Обещаю, что буду исправно исполнять свои обязанности даже в таком непотребном виде. — Печальный взгляд Глюка резко контрастировал с воинственным настроем, с которым прозвучали последние слова.

Эльф, оглядывая пострадавшего защитника, прыснул со смеха.

— Так всё-таки, каким образом наш драгоценный алмаз, который ты клялся защищать, холить и лелеять, скакал по плато на незнакомой нам лошади в неподобающей одежде пещерного дроу? — наигранно грозно спросил он. — Нет, твою заслугу в её ловле, я, конечно, не умаляю… не поймай ты скакуна зубами за хвост, чародейка могла разбиться о скалы, на которые понесло животное. Но следующий твой шаг, честно говоря, обескуражил меня куда больше реакции девушки.

Дракон виновато взглянул на правителя, тяжело вздохнул и снова опустил голову.

— Это да… — вздох Глюка был слышен всем придворным, высыпавшим на улицу в надежде лично увидеть лысого дракона.

— Твой отказ от чародейки не в коем случае не принимается. Будучи последним драконом во всём Аду, ты обязан защищать единственную надежду Тиандела… — отповедь Тина была больше комичной, нежели устрашающей, что красноречиво дополняли смешки, раздающиеся из всех уголков двора.

Таким дракона ещё никогда не видели… Жители Белой лагуны, привыкли к шикарному оперению огромного белого ящера, который издавна жил с ними по соседству в ожидании своей чародейки.

— Что ж, думаю тебе пора! Не то эта несносная девчонка снова попадёт в какое-нибудь приключение. — тихонько продолжил верховный эльф, потирая руки. — Ну что ж, если ради Тиандела мне придётся пожертвовать собой, я готов — сделаю чародейку своей женой, и навсегда привяжу её к этому райскому месту! Хрустальный замок будет моим и магия тоже!

Не смея возражать королю, дракон лишь почтительно кивнул, сделал пару шагов, и взмахнув крыльями взмыл в небо.

Душевные терзания оскорблённого до глубины души дракона подстёгивали Глюка направиться прямиком к обидчице и отшлёпать её по мягкому месту, но здравый смысл не позволял окончательно испортить отношения с чародейкой. Они зависят друг от друга…

Покружив над горной грядой, где он оставил девушку и её маленького проказливого фамильяра, дракон полетел в сторону единственного водопада всего Аду. Это, скрытое от посторонних глаз чудо Белой лагуны, было единственным безопасным местом, где он мог почистить пёрышки… Хотя, о каких пёрышках теперь может идти речь?..