Глава 43

Дорога, куда бы она нас ни вела, была ухабистой и бесконечно длинной, как мне показалось.

Я лежала на тюках, слава богу, иначе бы отбила бы себе всё. Хоть на этом спасибо, мерзкий ублюдок Бастиан.

Но, несмотря на мягкую «постель», уснуть мне, конечно же, не удалось, хотя мне казалось, что сил у меня уже ни на что не осталось.

Однако раздирающие меня изнутри ярость, боль и гнев не давали мне возможности ни уснуть, ни отключиться.

Я думала.

Сволочной инкуб пока не понял, что я не настоящая Элис. В этом, конечно, кроется великая опасность, но в этом же, возможно, и моё спасение.

Настоящая Элис была меркантильной, эгоистичной и амбициозной. Я не такая (надеюсь). К сожалению, я пока не могла придумать, как мне это использовать себе на благо, но явно же должен быть способ⁈

Вот только альтруизмом и порядочностью гадёныша не победить. Значит, надо использовать весь свой жизненный опыт и смекалку. Возможно, выторговать себе свободу.

Но не сейчас. Пока я лежу в этой повозке, орать неудобно, и это скорей всего, только разозлит этого чешуйчатого козла. А значит, надо бы набрать сил, а для этого необходимо уснуть.

Но как уснуть? Этот урод убил Адриана!!!

Хотя я всё пыталась себя успокоить тем, что тела я не видела, внутренний голос говорил, что если дракон и не умер от ран Бастиана, то наверняка утонул.

Иначе бы уже давно догнал бы нас и надрал задницу этому змею.

А значит, нужно отложить горе и слёзы на потом, а пока — отомстить за смерть Адриана.

И выжить.

Вряд ли бы Адриан желал, чтобы я умерла.

Когда через пару часов всех этих невесёлых рассуждений колёса телеги застучали по камню, я поняла, что мы въехали в город. Мы в Драгондаре⁈ Или куда меня этот мерзавец привёз.

Тело к тому моменту окончательно затекло. Прокля́тый магический кокон не давал возможности пошевелиться: всю дорогу я не могла ни переменить позу, ни вытянуть онемевшие конечности.

По брусчатке мы ехали около получаса по ощущениям, а потом остановились.

Когда Бастиан сдёрнул с меня ткань, утренние сумерки уже опустились на город. Мы были в каком-то захолустном районе: я даже узнать не смогла, Драгондар ли это.

Всё время я героически (или трусливо, как посмотреть) сохраняла молчание.

Жёстко дёрнув меня за ногу, Бастиан подтащил меня к краю телеги и, перекинув через плечо, занёс в какое-то мрачное и тёмное помещение.

Бросив на матрас на полу, Бастиан сел на стул, стоявший возле вонючего «ложа», на котором я оказалась.

— Ну что, ты подумала над своим поведением, я смотрю? Даже молчала всю дорогу. Готова сознаться во всех грехах? — с мерзкой усмешкой прорычал Бастиан.

— Нет, конечно. Я ни в чём не виновата, — я постаралась сохранить лицо надменным и презрительным.

Бастиан явно наслаждался своей властью надо мной.

Широко расставив ноги, он наклонился и со злобной ухмылкой резко подтащил меня к себе, усадив в вертикальное положение.

Моё лицо оказалось на уровне его причинного места.

Я гордо и с яростью подняла взгляд на инкуба.

Похабно поиграв бёдрами вверх-вниз, мужчина наклонился ко мне, так что я вновь почувствовала его дыхание на лице.

Меня пробила крупная дрожь. Скорее от паники, чем от холода.

— Знаешь, Элис, — произнёс инкуб, — ты действительно забавная. Ты пытаешься выглядеть сильной, но на самом деле ты просто играешь роль. И где же моя сладкая и развратная Элис? Ты стала тенью само́й себя. Мимолётным отражением. Пустой оболочкой.

Я внутренне напряглась. Мог ли он уже догадаться, что я попаданка?

Нет, вряд ли.

— Ты думаешь, что можешь использовать свои уловки, как та Элис, которой ты была раньше? Бросать эти томные, полные желания, взгляды, и моё сердце растает? Нет, — жёстким голосом процедил мужчина.

— Ты псих, — прошипела я. — Если ты и видишь желание в моих глазах, ты путаешь желаемое и реальное. Это жажда твоей смерти, больной ты ублюдок!

— Ну, крошка моя, ты не понимаешь, что теперь я контролирую всё? — усмехнулся инкуб. — Ты не сможешь сбежать от последствий. Но твои последние часы могут стать полными страсти и удовольствия.

— Ты больной! Ты не знаешь настоящую меня, — произнесла я, стараясь говорить спокойно. — Я никогда тебя не любила. И не хотела. Это всё твои мерзкие чары. И сейчас я не собираюсь сдаваться, чтобы удовлетворить твои похабные, извращённые желания.

— О, как трогательно, — усмехнулся Бастиан, подмигнув мне. — Ты действительно веришь, что сможешь убедить меня в этом? Ты всего лишь жалкая пародия на ту Элис, который ты могла стать, если бы согласилась принять моё предложение тогда. Ты бы уже была королевой. И ты будешь моей королевой этой ночью, до того как я с утра казню тебя, раскаявшуюся перед королевской семьёй. И ничего не сможешь сделать, потому что я управляю твоим телом и душой, я уже говорил.

Я почувствовала, как меня охватывает ярость.

Я не могла пошевелиться, но я не собиралась позволять ему управлять мной.

Провести последние часы жизни в объятиях этого мерзавца⁈ Да я лучше прямо сейчас умру!

— Я — это я. И я не собираюсь подчиняться твоей воле, — произнесла я, стараясь остановить нарастающую панику.

Он наклонился ещё ближе ко мне, и сердце почти перестало биться, замерев от испуга.

— Ты думаешь, что твоя решимость что-то значит? — произнёс мужчина, его голос стал низким и угрожающим. — Я могу заставить тебя страдать, Элис. Вместо того чтобы дарить тебе удовольствие, как я планировал, я ведь могу и сделать так, что ты будешь всю ночь страдать от невероятной боли, разрывающей тебя изнутри. Ты даже не знаешь, на что я способен. На что способна моя магия. Хочешь узнать, я смотрю?