Глава 11

Я прекрасно отдохнула перед ужином, а, проснувшись, надела голубое платье с юбкой, украшенной прозрачным тонким кружевом — одно из самых нарядных, что я взяла с собой. Собственно, платьев «на выход» было у меня всего два, а третье осталось дожидаться меня в шкафу.

Шею я украсила кулоном с жемчугом на серебряной цепочке. Волосы забрала в высокую прическу и обернула вокруг пучка шелковую белую ленту. После сна на щеках выступил здоровый румянец, так что я решила обойтись без макияжа. Подкрасила только губы нежной розовой помадой. Обулась в легкие атласные туфельки и улыбнулась отражению в зеркале. Я чувствовала себя свежей и отдохнувшей. О, это сладкое время, когда пусть и недолгий сон быстро возвращает тебе бодрость.

— Куда это она собралась, граф? — подала голос Габриэлла. Я ненадолго распаковала знатную чету и даже выделила им отдельную кровать, чтобы не зудели, что весь путь проделали в багажном отделении запертыми в сундуке.

— Понятия не имею, графиня. Разве прилично девушке так наряжаться, путешествуя в одиночестве?

— Вокруг полно опасностей, а красивое платье только привлекает внимание, — подхватила лейка.

О! Значит, даже по меркам моих самых строгих критиков я выглядела достойно. Пожалуй, сочту за комплимент. Я помахала лейке с секатором рукой, выпорхнула из купе и заперла его на ключ.

За окнами уже было темно, и в подсвечниках на стенах коридора зажгли свечи. Я прошла в вагон-ресторан и ненадолго остановилась у входа, отметив, как преобразилось это пространство к вечеру.

Мягкий свет, сервированные фарфором и хрусталем столы, пышно разодетые дамы и мужчины в строгих фраках. Из противоположного конца вагона до меня донеслись звуки рояля. Пианиста, кстати, не было. Инструмент играл сам по себе.

— Мисс Винке, добро пожаловать на ужин! — ко мне подошел начальник поезда. — Я взял на себя смелость и выбрал для вас столик у окна.

— О, благодарю! — отозвалась я и улыбнулась. — У окна — это то, что нужно.

Мужчина проводил меня к столику, и я удобно расположилась на мягком стуле. Заметила, что как только я появилась, присутствующие в вагоне гости обратили на меня внимание. Двое мужчин привстали со своих мест и поклонились, одна из дам приветливо кивнула. А рояль как будто бы заиграл громче и смелее. Я смутилась и тут же уставилась в окно.

Поезд петлял по горной дороге, и я залюбовалась на темные скалы, высящиеся за окном.

Официант тут же поднес мне бокал шампанского. Я сделал маленький глоток шипучего напитка. Пузырьки ударили в нос, а вкус оказался цветочным. Передо мной, словно по волшебству, возникла маленькая фарфоровая вазочка, наполненная воздушным суфле. Я взяла серебряную ложечку и намазала немного мусса на хрустящий хлеб. Ммм… Просто тает во рту! Я бы сказала, что закуска была сделана из морского моллюска, но ручаться за это не могла.

Далее последовали закуски на шпажках, салат с печеными овощами и тонкими ломтиками жареной телятины. Я не заметила, как осушила первый бокал. Мне тут же наполнили его снова.

— Нет, не уносите! — остановила я официанта, который собирался забрать тарелку с оставшимся на ней салатом с жареным козьим сыром, лимонным сорбетом и артишоками. — Я это доем!

Пусть думает, что я из голодного края, но все блюда были настолько вкусными, что я не могла остановиться. Начальник поезда не обманул. Это был самый шикарный ужин в моей жизни — и в той, и в этой.

В качестве основного блюда я выбрала хрустящего цыпленка в пряной абрикосовой глазури, а на десерт, в котором тоже не смогла себе отказать (хотя уже порядком объелась), желе из арбуза.

— Милочка! Я вам не помешаю? — раздался над ухом знакомый голос. Я подняла глаза от маленькой кофейной чашечки и увидела старушку с буклями, одетую в платье из тончайшего шелка с закрытым воротом и рукавами. Поверх платья дама накинула меховую накидку. Если мне не изменяла память, то именно так выглядел мех песца. — А то сидите здесь в одиночестве, меж тем нам есть что отпраздновать, — продолжила моя знакомая.

— Я буду рада, если вы составите мне компанию, — вежливо ответила я и пригласила старушку присесть.

Та проворно опустилась на соседний стул и подозвала официанта.

— Мы, так с вами не познакомились, — сказала моя собеседница, сделав заказ, в котором отдельно отметила «рюмочку того самого вермута, настоянного на горных травах», — графиня Клодин де Фуа. А вас как зовут?

— Адель Винке, — ответила я и сделала большой глоток кофе. Мне впервые приходилось сидеть за столом с кем-то, у кого имелся титул.

За время нашей неспешной беседы, в ходе которой я выпила еще две чашечки кофе, а графиня рюмочек пять того самого вермута, я выяснила, что старушка владела огромным имением под Нимвальдом, большую часть которого занимали виноградники, и была чуть ли не единственной хранительницей рецепта вина, без которого не обходился ни один прием в высшем свете.

— Если вы ищете работу, я буду счастлива вам ее предложить, — сказала Клодин в конце вечера и протянула мне карточку, — на условиях, какие имеют разве что садоводы при дворе Его Величества (страна была поделена на королевства, так что сколько получали садоводы при дворе в Нимвальде, я понятия не имела).

— Благодарю, но я…пока не ищу работу, — ответила я, хотя звучали слова графини заманчиво.

— Но если вдруг передумаете…

В своем купе я появилась ближе к полуночи в настроении, близком к новогоднему. Мне казалось, что мир вокруг был наполнен волшебством и красотой. И все его чудеса были для меня.

Я переоделась, умылась и залезла под пуховое одеяло.

— Вы слышите, граф? Я ошибаюсь, или пахнет шипучим напитком? — протрещала лейка.

— Всем спать! — скомандовала я и отвернулась к стене.