Глава 12

Алая пелена, застившая взор, поблёкла. Мои руки от самого плечевого пояса до кистей свело судорогой, аж до боли! Рёбра готовы были сломаться окончательно, а затылок полыхал жгучим пламенем. Дыхание с трудом вырывалось из ходившей ходуном груди – настолько я устала, а всего-то нанесла с пяток ударов!

Валяющаяся под моими ногами Донела надрывно стонала, на секунду показалось, что чрезмерно, словно притворно. Неважная из неё актриса. Мне даже одежду на её плечах надорвать не удалось – настолько несильными были потуги нанести этой гадине те же раны, что и она бедной старушке.

Моё тело оказалось недостаточно окрепшим.

И дух, как оказалось, тоже.

Когда сошла первая волна гнева, я пожалела о своём поступке: так неправильно, ведь по факту уже ничего не исправить. Можно лишь, пока не поздно, не дать Шельке умереть. Но зато будет этой высокомерной девице уроком – на любую силу найдётся сила больше и масштабнее.

Выдохнув, опустила руки. И посмотрела на собравшийся народ. Среди них были в основном женщины и дети, неподалёку от меня замер Харви, его правая ладонь непринуждённо сжимала рукоять острого клинка, а взор направлен на хмурых незнакомцев в количестве восьми душ.

– Ты так осмелела, потому что почувствовала поддержку от вновь прибывших? – хрипло спросила я плачущую женщину. – Подними её, – кивнула Россе, стоявшей к нам ближе всего. – Отведи её в комнату и запри.

Ослушаться меня она не посмела, подошла к Донеле.

– Ты заплатишь за каждый удар, – прошипела "пострадавшая", с помощью Россы, вставая на ноги.

– Тебе ещё поддать? Попортить личико? – утробно прорычала я, приподнимая непослушную, чуть дрожащую руку.

От моих слов вздорная бабёнка натуральным образом вздрогнула и даже как-то скукожилась.

– Поди прочь с глаз моих, – мотнула головой, давая сигнал Россе увести гадину.

– Где ваш главарь? Где Джек? – обратила всё своё внимание на незнакомых мужиков, безмолвно взирающих на всё происходящее. Интересно, почему не вмешались?

– Тут я, – позади меня раздался насмешливый голос и я резко обернулась. Прислонившись плечом к стене конюшни, картинно замер высокий, гибкий мужчина. Фетровая шляпа была низко надвинута на брови, но не скрывала умных тёмных глаз. Лицо гладковыбритое, одежда сидит, как влитая, ни морщинки, готовился к встрече с влюблённой в него дурочкой? То есть со мной. Красивый, что уж тут скрывать, мне такой типаж всегда был по душе: жгучий брюнет с чёрными омутами глаз, прямой породистый нос и высокие скулы, благородные черты лица немного портила тяжеловатая челюсть с ямкой посередине, но в целом передо мной стоял образец мужественности и объект вожделения многих женщин.

– В общем, так, дорогой мой, – начала я, краем глаза заметив, как вытянулись лица у всех присутствующих: в здешнем обществе открытое проявление чувств к человеку, с которым ты не состоишь в брачных узах, табу, – забрал сестру и свалил в закат! – не выбирая выражений, спокойно договорила я, деловито передавая кнуты Харви.

Глаза зрителей и без того широко распахнутые, превратились в самые настоящие круглые блюдца.

– А ежели я никуда не уйду, моя прекрасная Эйлианна? – если до моих слов Джек выглядел расслабленно, эдаким повелителем мира, то после мгновенно переменился и подобрался весь, словно большая хищная кошка, готовая к прыжку.

– Да куда ты денешься? – фыркнула я беззлобно. – Дом этот, земля та, на которой ты сейчас стоишь – всё МОЁ. Я. ЗДЕСЬ. ХОЗЯЙКА. К тому же, – направляясь в сторону таверны, на ходу добавила я, и тут передо мной возникла преграда в виде цепочки мордоворотов. Краем глаза заметила, как их главарь сделал знак рукой и те нехотя разошлись в стороны, давая мне пройти. Значит, это Джек приказал своим бандюганам не вмешиваться в экзекуцию над его сестрой? Хмм, интересненько.

– Так вот, завещание сменило содержание, – более не оборачиваясь, кинула я, с показной непринуждённостью взлетая по широкой лестнице на веранду, а потом и вовсе скрываясь с глаз в доме.

Эта лёгкость далась мне непросто: терпела боль, сомкнув челюсти до зубовного скрежета.

– Иди за мной, – чуть не столкнувшись нос к носу с любопытной Варькой, выглядывавшей из-за дверей, приказала я.

Оказавшись у себя в комнате, спокойнее и вежливее, попросила:

– Помоги, будь добра, раздеться и перевязать повязки, чтобы не так туго стало, – платье, в котором я была у поверенного, слетело с меня в мгновение ока, даже моргнуть не успела. Шустрая бабуся, однако. Женщина молчала, но по алеющим щекам и пытливо горящему взору становилось ясно – Варьку просто-таки распирает от любопытства и ей вообще хочется выговориться.

– Давай, – вздохнула я, – рассказывай. Олав не успел всё толком объяснить. Почему никто не встал на защиту Шельки?

– Дык, госпожа, – стоило женщине раскрыть рот, как её понесло. Я узнала, что мужчин в поместье не было – их Джек отправил на охоту, потому что едоков прибавилось значительно, всех следует кормить и желательно нежидкой кашей с краюхой чёртового хлеба. Женщины откровенно боялись Донелы. Россу и Нани, вставших на защиту Шель, отвели в сторону прибывшие разбойники. Детей так и вовсе никто не выпустил из дома.

– Ясно, – кивнула я, понимая, что выгонять своих жильцов не стану: для моей помощницы обстоятельства сложились не самым приятным образом. Возможно, всё было заранее обговорено и моих добытчиков отослали подальше, дабы не мешались под ногами. Я как раз натянула чистое простого кроя платья и сменила чулки на вязаные шерстяные носки, когда в дверь стукнули.

– Шель принесли, – метнулась к двери, – аккуратно на кровать уложите. Варька, что есть из еды?

– Каша утряшняя вроде как ещё оставалась, – растерянно глядя на подругу, пробормотала старушка, – нам запретили к ней подходить, – слёзы прозрачными каплями побежали по морщинистым щекам. – Она выживет, госпожа?

– Конечно! – стараясь убедить и себя в том же, кивнула я, – так, сиди тут, смочи любую тряпицу в воде и положи на лоб Шельки. Я скоро вернусь.

С не туго затянутыми бинтами дышалось легче, но тело гудело и ноги дрожали. Мне бы прилечь, передохнуть, но времени в обрез. А за меня этого никто не сделает. То есть сделает, но не так, как надо.

Мой волшебный супчик. Почему волшебный? Потому что сотворён с любовью!

Кухня постоялого двора была просторной и чистой, что и не удивительно, если судить по тому, как часто в этом месте люди убираются.

– Сол, доброго дня! – улыбнулась я ему, тот поздоровался в ответ и как-то странно, очень уважительно и низко поклонился, и сказал всего одно-единственное слово:

– Спасибо… Спасибо, милая моя девочка, что не побоялась их, – в глазах повара стояли слёзы, а я сделала вид, что ничего не заметила. – Я не мог вмешаться, они заперли меня здесь…

Я вскинула руку, останавливая старика:

– Мне всё рассказали, не волнуйся так. Теперь многое будет по-другому! Верь мне.

– Я верю вам, – вздохнул Сол, отирая кончиком полотенца уголки глаз.

– Не будем раскисать, лучше возьмёмся за дело! Для начала стоит помочь нашей Шельке быстрее поправиться. И твоя помощь окажется очень кстати! Доставай из запасов всё, что у тебя есть, и покажи, какие специи ты припрятал для особого случая.

– Откуда вы то ведаете? Али память вернулась? – ахнул Сол.

– Увы, нет. Просто у любого уважающего себя повара есть неприкосновенный запас. А ты не просто хороший, ты отличный повар! – на последней фразе мужчина гордо выкатил грудь колесом и весомо закивал, полностью со мной соглашаясь.

– А кто-то в этом сомневается, ух! – и потряс кулаком в воздухе, – сама хозяйка оценила моё мастерство!

Улыбаясь "в усы", я принялась перебирать продукты. В принципе, неплохо и даже разные специи, разложенные в маленькие бархатные мешочки, порадовала меня некоторым разнообразием.

– Вы сами мне их дали. Наказали стеречь, как зеницу ока. А что я, я и охранял, разве ж я не разумею ценность этих пряностей, каждая из них на вес золота! – шепнул мне Сол, а я, задумчиво погладив бархатные кулёчки, заметила:

– Ну, тогда будем экономить, друг мой.

Джека видно не было, впрочем, как и всех остальных. Неужели свалили? Что-то слабо верится, поди переваривает резкие, просто масштабные перемены, произошедшие в некогда такой милой и покладистой, я бы даже сказала удобной, мисс Бейл.