Глава 35

— Я пыталась разговаривать с папенькой! — рассказывает сестра. — Заранее придумала, как его убедить. Я ведь уже не маленькая и понимаю, что мне вряд ли светит счастливое замужество. Но ведь я вполне могла бы закончить магическую академию и заняться наукой! А потом стать преподавателем. Или хотя бы работать в библиотеке. Я знаю, я смогу!

Ну вот что ей на это ответить? Я верю, что она действительно смогла бы достичь многого в плане учёбы и карьеры. А в плане замужества?

Я даже не представляю, как её утешить. Сказать, что не все мужчины зациклены исключительно на внешности? Возможно. Но где такого найти? Особенно в Лотарии, где отношение к женщинам... Да как к вещам по сути. Они должны быть полезными и украшать интерьер, только и всего.

Вместо ответа я крепко обнимаю её и прижимаю к себе.

— А папенька сказал, он никогда не потерпит, чтобы его дочь работала вне дома и при этом общалась с чужими мужчинами! — всхлипывает Кларисса. — И сделал выговор маменьке за то, что она плохо меня воспитывает! Тогда я поняла, что придётся надеяться только на себя. И стала готовиться к побегу!

— Всё хорошо, ты больше не одна! — успокаиваю я сестру и целую в щёку.

А она продолжает:

— Самое обидное, у Ромиора тоже проснулся дар! Я научила его нашим упражнениям. Он занимался кое-как, бросал, потом опять начинал. Наконец, у него получился огонёк. Причём сразу горячий! Знаешь, что он сделал первым делом? Поджёг занавеску в гостиной!

Вот уж этому я нисколько не удивлена.

— И что ты думаешь? — сквозь слёзы произносит сестра. — Родители повезли его в столицу! Показали магу при академии, и уже этой осенью он отправится туда на учёбу! Он и раньше-то меня презирал из-за того, что я девочка, а после этого вообще...

Она рассказывает, как собирала вещи для побега. Как с помощью гувернантки раздобыла карту Лотарии. Как изучала её и намечала путь до границы. Да что там, она даже залезла в кабинет папеньки через оставленное открытым окно и достала драгоценности, которые ей подарила бабушка!

— Их так и не нашли, кстати! — ехидно улыбается сестрёнка. — Я оставила часть вещей в саду, чтобы прихватить с собой, когда выйду из дома ночью. Потом уже нянюшка помогла перепрятать. Я их с собой взяла, вот!

Я верю, что у неё получилось бы. Вот только всё испортил её брат-близнец. Он заподозрил неладное, выследил и предал Клариссу. Она всё равно попыталась бежать, выскочив из окна. Ещё с помощью магии запорошила глаза пылью погнавшемуся за ней садовнику. Увы, её настигли, когда она перелезала через забор. Сестрёнка билась до последнего: лягалась и даже кусалась, но это не помогло.

— Если бы мой огонь был горячим, я бы им всем показала! — твердит она. — Плохо быть слабой! С тобой просто делают, что хотят!

Мне очень жаль её. Совсем недавно я сама испытывала точно такие же чувства.

Но сейчас я смотрю на мир немного иначе. Это всё магия. Я ощущаю себя сильной и уверенной в себе. И даже вся злость на тех, кто причинял мне боль и зло, куда-то улетучилась. Я просто отпустила это, вот и всё.

— Я не знала, что маменька такая! — чуть слышно шепчет Кларисса. — Она ударила меня по щеке, потом схватила за волосы. Я укусила её за другую руку. Тогда она велела меня наказать!

Она опять захлёбывается в рыданиях. А я опять прижимаю её к себе и шепчу на ухо, что никому больше не позволю её обидеть. И обязательно научу, как сделать свой магический огонь горячим.

Грустно всё это. Но я сделаю всё, чтобы её отогреть! Не хочу, чтобы её душа очерствела и ожесточилась. Надеюсь, этого ещё можно избежать.

— Идите, покушайте, голубушки мои! — зовёт нянюшка.

Они с Андреей уже расстелили на земле покрывало, небольшую скатёрку и достали припасы.

— Чаю вот только нет! — сетует она. — Мы с Андреюшкой побоялись костёр-то разжигать!

— Сейчас! — говорю я и беру в руки медный чайник с водой.

Подогреть его, чтобы вода стала горячей — не шутка. После такого чувствуешь себя, как выжатый лимон. А я и так всю ночь не спала. Но чего не сделаешь ради родных и дорогих людей!

Я рву поблизости подходящие травки и кидаю их в воду. А потом концентрирую силу. До кипения довести всё-таки не получается. Но до горячего состояния — вполне.

— Ух ты! — восхищённо шепчет Кларисса. — Научишь меня?

— Конечно! — улыбаюсь я.

Немного через силу, потому что чувствую себя жутко уставшей. Зря я всё-таки это сделала. Вдруг придётся отбиваться от каких-нибудь незваных гостей?

Я по-быстрому прожёвываю ломоть хлеба с сыром и залезаю в экипаж. Кое-как сворачиваюсь на узком сиденье, хорошенько укрывшись предусмотрительно купленным в Намрисе одеялом.

Просыпаюсь уже под вечер. Нянюшка полностью пришла в себя и радостно хлопочет, подсовывая мне еду повкуснее. Умудряясь одновременно выговаривать за возмутительно неблагочестивую мужскую одежду.

Я принимаюсь объяснять, что, во-первых, так безопаснее. Меньше риска, что узнают. Во-вторых, мне всё-таки лошадью править.

Нянюшка вроде и соглашается. Но тут же начинает переживать, что это плохо отразится на моей репутации.

— Ах, оставь! — машу рукой я. — Мне уже нечего терять!

— Ну как же! Тебе ведь ещё замуж выходить! Надо соблюдать приличия-то!

Не могу больше! Прямо закричать хочется, чтобы от меня отстали уже с этим замужеством! Как будто на нём свет клином сошёлся. Даже Анжела, и та намекала уже.

А я не собираюсь выходить замуж просто потому, что так надо! Лучше старой девой останусь.

Да, я обожаю детей. И мечтаю, чтобы у меня тоже когда-нибудь появился малыш. Такой, как Анжелин сынишка. Ну, или дочурка. Мне без разницы. Вот только я хочу родить детей от того, с кем мне будет хорошо. И чтобы обязательно любовь была!

Размечталась. Ты сначала свои проблемы реши! — говорю я себе и печально вздыхаю.

Кларисса подбегает и зовёт меня посмотреть найденные ею неподалёку подснежники. Я беру её за руку и иду.