Глава 37

Мария Кстати, подумала я об этом совсем не зря. Потому что только крик малышки стал набирать обороты, как я, наученная горьким опытом, схватила со стола пару берушей и тотчас засунула их в уши. Вот теперь жить можно. Хотя над берушами еще нужно поработать. Вон, тут шелковые нитки есть. Куда лучше будет их использовать, мягче они. – Бегу, бегу моя девочка, – заворковала я и бегом к ребенку. Ну, конечно. Так я и думала. Ей срочно нужно помыть попку. Кушает хорошо, так что удивляться не приходится. Придется опять идти к озерку. Это не дело, конечно. Так. Подгузники у меня близки к завершению. Платьица сошью. Все, что от меня зависит, сделаю. Ах, да. Еще с готовкой и меню хотела разобраться. Но это подождет. Едят дети картошку и все живы пока. А вот водопровод ждать не будет. Сегодня же пойду к лэру Итону. Он где-то затихарился, похоже. Вопрос гигиены ведь важен, для младенца особенно. Да и удобство ведь для всех будет. Неужели им самим в голову эта мысль никогда не приходила? Кстати, вполне может быть. Они же тут не навсегда жить собирались. В этом разрушенном замке планировался перевалочный пункт. Но вот застряли, и не понятно, как надолго. Сумеют ли порталы наладить? Кайл говорил, что маги над этим работают. Вымыла девочку, и скорее назад. Кормить, укачивать и только тогда я смогла немного вздохнуть. Бедный мой желудок уже и завывать бросил, так, жалобно пищал. Посмотрела на разложенные выкройки платьиц, на почти готовые трусики-подгузник и вздохнула. Работа проделана большая, но надо хоть картошки поесть. Печеная, не печеная, сейчас мне было все равно. Ребенок накормлен и спит. Я подхватила корзинку и пошла к дверям. Надеюсь, что-то и мне оставили от завтрака. Хотя сейчас уже время обеда. А вот готов ли он? Впрочем, у них же одна картошка на все три приема пищи. Страшно захотелось вдруг кофе и булочек. Интересно, как тут у них с кофе? Ну, булочек я и сама напеку. Дайте только с платьями и водопроводом разобраться! На улице стоял ясный день и было на редкость тихо. Не было видно вечно носящихся и занятых своими важными и срочными делами подростков. Я зашла в помещение столовой и тут навстречу мне выбежала радостно улыбающаяся Эли, за которой несмело шли, держась за ручки, сестрички Лека и Сами. – Леди Мари, вы сами пришли… А мы хотели вам покушать отнести, – и Эли показала на девочек, которые держали в руках горшочки и пахло от них так вкусно, что я облизнулась. – Вот, Сами приготовила. Для вас специально, – добавила Эли и поощрительно улыбнулась смущенной донельзя девчушке. – Так вкусно пахнет! Спасибо большое, Сами, – сказала я. – А что это такое? – Картошка с молоком и травами, – тихо прошептала Сами. Эхх… Я подумала, что курятина. Запах один в один. А оказывается, это местные специи. – И еще я туда два яичка взбила, – добавила девочка, а сестричка дернула ее за платье. Я навострила уши: – Яичка?! А где ты их взяла, Сами? – Так птичка такая у нас живет. В лесу. Мне Кайл показал. А у нее оказались яички, – бесхитростно добавила Сами. – Вы не подумайте, леди. Это хорошая птичка. У нас дома такие были, бабуля держала. Только у этой перышки другого цвета, а так самая настоящая усиня! Девочка осмелела, щечки порозовели от волнения: – У нее там целых четыре яичка было. Два я оставила, путь цыплятки вылупятся. А это для вас! – Какая ты умница, Сами! – похвалила я девочку. Вот кто у нас займется разводом усинь, как здесь называли эту птицу. Я так поняла, они типа наших куриц. Прекрасно. И тут я спохватилась: – А что же вы, вы сами? Одну картошку, что ли, ели? Девочки синхронно кивнули: – Леди, мы привыкли. Она вкусная, когда запеченная. Но на личиках их мелькнула гримаска. Понятно. Надоела им эта картошка хуже горькой редьки. – А давайте поделим? – я заговорчески подмигнула девчушкам. В конце концов, мне эта картошка еще надоесть не успела. По крайней мере так, как им. – Не-ет, – замотали сестры головками. – Мы для вас, специально старались, – и Лека, которая была поменьше, даже насупилась. – Ну, раз так, – я улыбнулась, – тогда спасибо вам большое, девочки. Пахнет очень вкусно! – Это вам, вам спасибо, леди Мари! – Эли, сверкая глазами, выдвинулась вперед. – Я видела, и девочки тоже… Вы же такие платьица делаете! Красота какая! – И за малышкой ухаживаете. Мы бы без вас пропали. Я прищурилась: – Значит, это вы приходили ко мне в комнату. А почему меня не разбудили-то? Эли потупилась. – Чтобы вы поспали. Мы тут рано вставать привыкли. И…увидели, какие платьица красивые будут. Вы на нас не сердитесь, леди Мари? – все три девочки испуганно уставились на меня. Честно, я не люблю, когда кто-то входит в мою комнату. Особенно, когда я сплю. Собственно, никто и не входил. Про бывшего я молчу. У нас же однушка была, так что… Но девочки проявили заботу. А что полюбопытничали, так для детей это нормально. Что уж говорить о девочках, которые ходили как оборванки. Да увидев такие платья в первый раз я и сама залюбовалась. – Ой, леди Мари! Вы даже шить умеете, – глазки девочек искрились радостью и восторгом. – Есть немного, – кивнула я. – Люблю под настроение. – Вот, я вам говорила, – Эли повернулась к девочкам и подбоченилась. – Леди Мари самая настоящая аристократка. И шить умеет, и за малышкой смотреть. Я хмыкнула. Никогда не думала, что аристократки должны все это уметь. А у драконов – пожалуйте. Ну, побуду аристократкой. Картошечка, приготовленная Сами, была вкусная. Я с благодарностью посмотрела на нее и вдруг спросила: – А где все? Никого не видела, пока сюда шла. Эли рукой махнула: – Ой, леди Мари! Мальчишки пошли силой меряться. На круг. Там, рядом с дубом, где лэр Итон тренируется всегда. Он сказал, что посмотрит, какие из них драконы получатся! Я прикусила губу. Очень хотелось бы посмотреть на этот их круг. Ну и на лэра Итона заодно. В конце концов я и так к нему собиралась. Насчет водопровода. И перед моими глаза тотчас возникла мускулистая, покрытая капельками воды, грудь зеленоглазого. Да что ж такое… О водопроводе нужно думать, а не вот это вот все!