Глава 15

Этот артефакт Он создал специально для меня и назвал Драконьим крылом.

При активации Крыло создавало особый магический полог, которой блокировал чутье дракона, желавшего размножиться за чужой счет. Кроме того, артефакт вызвал эффект невидимости, мгновенно стирая память, если взгляд дракона нечаянно касался того, кто прятался под пологом.

Он думал, что обезопасит меня навсегда: все встреченные мной драконы просто забудут, что я существую. Но оказалось, что потеря памяти кратковременная. Через четверть свечи дракон вспоминает об увиденной человечке и понимает, что упустил возможность продолжить род. И взбешенный отправляется в погоню.

В тот первый раз я так и попалась. Нартан, сын младшего брата Повелителя, случайно встреченный мной при побеге с Драконьих островов, носился за мной по всем Пяти Мирам почти три года. Возможно он и сейчас ищет меня, чтобы забрать себе.

Но сейчас, если мы будем сидеть тихо-тихо, то дракон, который с каждым мгновением становился все ближе и ближе, проедет мимо не заметив, что на обочине сидят две человеческие девушки. Главное не привлечь его внимание каким-либо шумом, чтобы он не вспомнил нас слишком быстро.

Сердце бухало в груди. Артефакт надо было активировать, когда дракон появится в пределах видимости.

- Краса, - Саша, обхватила меня за плечи и зашептала на ухо. Но я не узнала, что именно она хотела сказать, потому что как раз в этот самый миг из-за поворота появилась морда лошади...

Я шикнула на Сашу и активировала амулет.

Дракон, в человеческом обличье, шел рядом с лошадью, которая тянула груженую чем-то телегу. Он выглядел очень довольным и широко улыбался, не размыкая губ. Драконья привычка: у них показывать зубы значило проявлять агрессию.

Он держал лошадь за повод и размашисто шагал по дороге, оглядывая окрестности. Когда солнечные лучи попадали на его глаза, они вспыхивали стальным блеском. Это был второй признак отличающий драконов от людей. Металл из чешуи ящера никуда не девался и оставался с ним и в человеческом облике.

А третьим отличием были волосы. Длинные, тяжелые и очень плотные, похожие на гибкую, тонкую проволоку волосинки ценились в Пяти мирах так же, как драконьи чешуйки, потому что обладали такими же магическими свойствами. Драконы заплетали их в толстую косу, перевивая особой лентой, сотканной из тончайших серебряных или золотых нитей.

- Ой, мамочки, - Саша выдохнула мне в ухо, забыв про мою просьбу молчать и даже дышать потише.

Но я и сама еле сдержалась. На телеге, которую лошадь дракона тащила на себе, стояла высокая и довольно просторная деревянная клетка, в которой, по орочьи скрестив ноги, сидела молодая девушка-попаданка.

Ее одежда, еще более неприличная, чем Сашино срамное платье, была разодрана.

Короткая белая тряпица обтягивала грудь, оставляя голым живот и поянсицу, и, вероятно, заменяла рубаху. Грязная, в пятнах крови из разбитой губы она держалась исключительно на тонких завязках, перекинутых через плечи... Одну завязку, кто-то выдрал с корнем и она болталась спереди, слегка приоткрывая то, что и так почти невозможно было скрыть в таких одеждах.

Вместо юбки на девушке были синие детские штаны. Настолько маленькие и узкие, что совершенно неприлично обтягивали не только бедра, но и все ноги. Сквозь огромные дыры из штанов выглядывали голые ободранные коленки. Как она их, вообще, на себя натянула?

Ее правый глаз заплыл, на губе запеклась кровь, а короткие волосы, еще короче, чем у Саши, были взъерошены и покрыты белой пылью. Но при этом она, как будто бы, совершенно не унывала и смотрела вокруг с презрительной улыбкой. А когда ее взгляд касался дракона, пленившего ее, улыбка становилась злой.

Артефакт защищал нас только от дракона. И когда взгляд пленница натолкнула на нас, она, не меняя выражение лица, еле заметно кивнула нам. Мол, все в порядке, не стоит беспокоиться. Саша махнула ей в ответ.

Когда дракон ушел достаточно далеко, я разжала кулак, отпуская артефакт. Он уже давно перестал действовать, но дракон был так сильно увлечен своей добычей, что не заметил, как мы возникли из ниоткуда за его спиной.

- Уф, - выдохнула, чувствуя, как по спине бежит капля пота. - Нам повезло, что у этого дракона уже есть человечка.

Неприятное чувство. Терзавшее меня все утро, почти исчезло. И я ощущала себя даже лучше, чем четверть свечи назад.

- Краса, - Саша спрыгнула с телеги и, вытянув шею, как гусыня, выглянула на дорогу, - мы должны спасти ее...

- Кого? - не сразу поняла я. - Эту попаданку?

Саша кивнула.

- Ты ее знаешь? - ахнула я, мгновенно представив, что чувствует моя сестра, увидев свою знакомую или даже подругу в драконьей клетке.

- Нет, - мотнула головой Саша, - не знаю. Но она такая же, как мы. И мы не можем оставить ее этому чертову дракону. Ты видела, как он довольно лыбится? Прям так и хочется дать ему по наглой, драконьей морде... Кстати, а ты уверена, что это дракон? Выглядит он как человек...

- Уверена, - кивнула я и коротко обозначила признаки, по которым легко вычислить дракона в облике человека. - Но мы не станем спасать эту распутную девицу.

- Но почему?!

- Потому что я так сказала, - нахмурилась я. Лезть на рожон и рисковать попасть в лапы дракона ради спасения какой-то неизвестной девицы мне совсем не хотелось. И я напомнила Саше, - а ты обещала меня слушаться!

В ее глазах сто-то мелькнуло. Что-то такое, неприятно царапнувшее мою душу. Моя названная сестра замолчала и обиженно отвернулась. Она больше ничего не говорила. Не спорила.

Я вывела Сивку-Бурку на дорогу, и мы поехали дальше. Чтобы не столкнуться с драконом, я «перепрыгнула» через него, оказавшись далеко впереди. И вроде бы я все сделала правильно. Но на душе скреблись кошки. Грудь словно обручем сдавило, а на плечах повисло что-то тяжелое. Еще и Саша молча сидела в телеге и не смотрела в мою сторону. И от бутерброда отказалась. Мы ведь так и не позавтракали. Впрочем и мне кусок в горло не лез.

Конечно, думала я, Саше легко быть доброй, она ничего не знает ни про драконов, ни про этот мир. А я знаю.

Невозможно незаметно выкрасть из драконьей пещеры даже самый крошечный камушек. Они на уровне инстинктов чувствуют, когда кто-то покушается на их богатства. А чистокровная человечка для любого дракона дороже всех его сокровищ.

Боги посмеялись над ними. Самую большую ценность для драконам имеет не золото и драгоценные камни, а дети. Дракон, не имеющий сына, не считается достойным членом общества. И драконы готовы на все, чтобы заполучить для себя инкубатор — чистокровную человечку.

И если мы сейчас попытаемся выкрасть эту девицу, то рискуем сами попасть в лапы дракона. Ведь он стережет свою добычу больше, чем собственную чешую. И даже если нам удастся выпустить девицу из клетки, то дракон не успокоиться, пока не отыщет ее во всех Пяти мирах. И никакая карация не спасет несчастную человечку. И нас с Сашей заодно.

Прошло две мучительные свечи... Несправедливый мир давил на плечи все сильнее. И я сдалась.

- Ну, хорошо! - воскликнула, бросая вожжи. - Мы попробуем спасти эту попаданку! Но если попадемся, то ты, Саша, будешь виновата!

- У-и! - взвизгнула сестра, в тот же миг оказываясь рядом и обнимая меня. - Я знала, что ты передумаешь! - радостно завопила она.

А я тоже радовалась вместе с ней, чувствуя, как ушла тяжесть, а на душе снова стало легко и приятно. И даже мысль о том, что я только что согласилась на самую большую глупость в своей жизни, не мешала мне быть счастливой здесь и сейчас.