Глава 19 Когда ребенок говорит не своим голосом

Если бы кто-то спросил меня, какой звук я хотела бы забыть навсегда, я бы, не задумываясь, ответила: голос взрослого человека, выходящий из уст спящего ребенка.

Ной сидел на руках у Мирабель.

Маленький.

Растрепанный.

С тонкими пальчиками, вцепившимися в ее платье.

Но голос, который прозвучал, был не его.

Глухой.

Старый.

Почти ласковый.

- Он уже внутри.

У меня все похолодело.

Мирабель вскрикнула и чуть не выронила мальчика. Маркиз оказался рядом мгновенно, придержал обоих. Я шагнула вперед, не думая, и взяла Ноя за холодную ладошку.

- Ной? - позвала я. - Милый, ты меня слышишь?

Его глаза были открыты. Но смотрел он не на меня.

Сквозь.

Куда-то глубже.

- Под лестницей холодно, - сказал тот же чужой голос. - И он давно голоден.

- Кто? - спросил маркиз резко.

Ной моргнул. Один раз. И будто проснулся. Всхлипнул и спрятал лицо у Мирабель на плече.

- Я хочу домой...

Вот после такого у меня внутри уже не просто ныло. Там все сжималось в один тугой ком.

- Тихо, - прошептала я. - Мы разберемся. Слышишь? Разберемся.

Няня Марта, до этого стоявшая почти невозмутимо, теперь выглядела всерьез встревоженной.

- Под лестницей, - повторила она. - Ах ты ж старый пень...

- Кто под лестницей? - спросила я.

Она не ответила сразу.

Потом очень неохотно сказала:

- Домовой сторож.

- Что еще за... - начала я.

- Не обычный домовой. Старый защитник. Его ставили на границы дома, чтобы не пустить чужое. Но если долго не кормить магией и теплом, он дичает.

- И почему, - очень медленно спросил маркиз, - я слышу об этом только сейчас?

- Потому что раньше он спал.

- У вас все либо спит, либо внезапно просыпается. Замечательная система.

- Не ворчи, я уже умерла.

- Это не снимает с вас ответственности!

- Ну вот, - буркнул Лисфей. - Началось. Сейчас они еще и на призрак давить будут.

- Тихо, - шикнула я.

Под лестницей.

У нас в доме было несколько лестниц. И, конечно же, ни одна не вызывала во мне желания немедленно спускаться и знакомиться с голодным сторожем, который, возможно, уже пустил кого-то внутрь.

- Какая именно лестница? - спросила я.

Няня Марта указала вниз.

- Главная. Та, что ведет к нижней комнате, тоже под ней.

Люк.

Источник.

Защита.

Все опять сходилось в один узел.

- Хорошо, - сказала я, сама себе удивляясь. - Значит, идем к нему.

- Нет, - тут же сказал маркиз.

- Да, - столь же тут же ответила я.

- Вы вообще умеете соглашаться?

- Умею. Но только когда мужчина прав.

- То есть никогда?

- Иногда. Очень редко. Не портите статистику.

И ведь даже в такой момент тянуло его поддеть. Наверное, чтобы не трястись от страха.

Он шагнул ближе. Почти сердито. Почти... нежно? Нет, конечно нет. Это мне от усталости мерещилось.

- Кларисса, - сказал он тихо. - Если там дикая сущность, вы не пойдете первой.

- А кто пойдет? Вы?

- Да.

- Отличный план. Потом она заговорит голосом вашей жены, брата, матери, короля и кого угодно, а мне вас оттуда вытаскивать?

Он замолчал.

Попала опять.

Неприятно, но попала.

Няня Марта кашлянула.

- Если вы двое закончили мериться упрямством, то сообщаю полезное: сторож не любит железо, громкие приказы и когда ему врут.

- То есть Соломея и сковородка нам пригодятся, - сказала я.

- Я и без вас знала, - буркнула она.

- А еще, - добавила няня, - он слушает хозяйку.

Все опять посмотрели на меня.

- Потрясающе, - сказала я. - Дом признал меня ровно для того, чтобы все опасное теперь решалось через мои нервы.

- И через ваши руки, - тихо сказал маркиз.

Он взял мои ладони в свои. Просто взял и сжал. Тепло. Крепко. Уверенно. Так, будто и правда делился силой.

- Вы не одна, - произнес он. - Слышите? Ни на секунду.

Это было сказано очень просто.

Без игры.

Без шутки.

Без привычной колкости.

И вот именно поэтому почти сбило меня с ног.

Я смотрела на него и понимала страшную вещь: мне уже мало его присутствия как удобного союзника. Мне хочется, чтобы он смотрел так еще. Чтобы говорил так еще. Чтобы не отпускал рук еще немножко.

Это было крайне неуместно.

И совершенно прекрасно.

- Слышу, - прошептала я.

Наверное, мы бы еще смотрели друг на друга как два безнадежных идиота, если бы Тео не нарушил момент самым неделикатным образом на свете.

- Меня сейчас стошнит от романтики, - объявил он.

Я отдернула руки.

Маркиз резко выпрямился.

Агнесса, наоборот, просияла.

- Я же говорила!

- Никто ничего не говорил, - отрезал маркиз слишком быстро.

- Говорили ваши глаза, - сообщил Лисфей.

- Идите к черту.

- У меня там связи, - надменно ответил кот.

Я рассмеялась бы, если бы Ной снова не вздрогнул во сне.

- Под лестницей, - простонал он уже своим голосом. - Он царапает дверь...

И в тот же миг снизу, с первого этажа, донесся долгий, медленный скрежет.

Как будто кто-то огромными когтями провел по дереву.