Глава 26

Отлично! Все на коленях, дергаются, пырхают, но перебороть мой приказ не могут. Пока не могут. И что дальше?

Мысли крутились с бешеной скоростью, но ничего вразумительного придумать так и не смогла. Что мне теперь делать? Кажется, я только что пленила местного царька, пусть и пришедшего к власти в результате переворота, но все же. Окей, вот он, на коленях в десяти шагах от меня. Дальше-то что?

Медленно спустилась по ступеням, перебирая в уме различные варианты. Вариантов не было. «Зеленоволосый» сумел поднять голову и прожигал меня ненавидящим взглядом. Его приспешники пока не могли справиться с приказом.

Вдруг заметила, что ко мне неуверенно приближается Фаршид, местный кузнец. Попыталась вспомнить, был ли он в толпе, когда пришли эти «плащи».

— Фаршид, отведи коней за таверну, — попросила я устало.

— А с этими-то что? — спросил мужчина неуверенно.

— Связать, наверное, — пожала плечами я, сомневаясь, что путы смогут кого-то из этих одаренных удержать. — Фаршид, а цепей у тебя нет, случайно?

— Отчего ж нет, — хмыкнул кузнец. — Найду. И куда их потом? — мотнул он головой в сторону пришлых.

— Запереть бы где-нибудь.

— В старом амбаре можно, — тут же предложил Фаршид. — Там подпол есть крепкий, его водой топит, потому пустой стоит.

«Зеленоволосый» активнее завозился, замычал, хотя молчать я ему не приказывала, сам, молодец, догадался. Посмотрела на него пристально. Может, удастся договориться?

— Амадей? — позвала главного пленника. — Мне нужна клятва, что ты меня не тронешь!

Вместо ответа мужчина сплюнул на землю, и я поняла, что приказ на него действует все меньше. К тому же, он закрыл глаза. А я уже догадалась, что при взгляде воздействие сильнее.

— Посмотри на меня! — постаралась вложить в голос максимум силы.

Амадей сцепил зубы, но все же медленно поднял голову, глядя с прищуром. Поискала глазами своего нового друга, нужно дать ему имя, кстати. Взглядом не нашла, но зато смогла почувствовать. Он рядом, от осознания этого стало чуть-чуть полегче.

— Можешь его связать? — спросила у бестелесного существа, кивая на Амадея. В ответ он потерся о мои ноги и ринулся к «зеленоволосому». Тот явно ничего не понял. Заозирался, попытался дернуться, когда Ветерок туго его спеленал. — Фаршид, позови мужиков, свяжите остальных и в подпол, — попросила кузнеца. — Вяжите цепями и понадежнее. Рты лучше тряпками заткнуть, чтобы не могли между собой переговариваться. И, Фаршид, — пристально взглянула на мужчину. — Не стоит их недооценивать. Все пришлые — айшалис, — предупредила я. — Ветерок, можешь этого в таверну отбуксировать? — снова обратилась к бестелесному другу.

Судя по тому, что Амадей оказался на ногах, несмотря на явное сопротивление, способности Ветерка впечатляют.

— Я не хочу тебя убивать, — призналась я, оказавшись за столом напротив спеленатого врага. — Не хочу, но мне придется. Ты ведь понимаешь, что выбирая между своей жизнью и твоей… — замолчала, позволяя ему самому додумать мысль. — Между жизнями и спокойствием моих близких и твоей никчемной сделаю выбор без колебаний!

— Ты не сможешь! — осклабился мужчина напротив. — Кишка тонка.

Ну да, он же видит перед собой девчонку. Хотя… смогу ли?

— Я смогу! — по лестнице спускалась Рахшара. Старуха шагала нетвердо, но в каждом ее движении чувствовалась сила. Волосы вокруг ее головы развевались, глаза светились потусторонним светом.

Сейчас, вспомнив себя прошлую, землянку, я едва заставила себя не дергаться, не отшатываться в ужасе, который, несомненно, испытывал каждый, кто мог видеть старуху в таком виде.

Рахшара подошла вплотную к нам.

— Амадей, значит, — протянула она, рассматривая побледневшего мужчину. — Знаешь, почему ты до сих пор жива, Марго? — старуха говорила со мной, но глаз не сводила с «зеленоволосого». Протянула руку, проводя костлявым пальцем по щеке замершего мужчины. Амадей нервно сглотнул, когда черный коготь старухи прочертил очевидную полосу на его еще. — Расскажи нам, правитель Орегора, — насмешливо предложила Рахшара. — Расскажи, как ты получил власть? Ты ведь знаешь, кто перед тобой, верно? Ведь это ты отправил эту девочку в чертоги Ахора? Сначала ее отца, эйра Ранжерона Айранир, а после и ее саму!

— И как же эта дрянь сумела выжить? — взорвался Амадей. Попытался вскочить, но Ветерок держал крепко, так что мужчина только дернулся и скривился в бессильной ярости.

А я усиленно соображала. Да, ничего о жизни девочки до моего появления в ее теле я не знала, да и как могла знать, если мы два совершенно разных человека. Но и глупой я не была, отнюдь. В голове медленно складывались обрывки разговоров, мелкие оговорки, Эйтан и то, как он меня называл, рассказы местных, а, главное, Рахшары… Неужели этот «зеленоволосый» хочет меня убить, потому что я действительно последняя Айранир? Выходит, что так. Значит… значит это только одно — я единственная оставшаяся наследница рода, выбранного Богами. Возможно, как раз поэтому, потому что род не должен прерваться, телу этой девочки не дали погибнуть. Ее спасли, пусть и таким нетривиальным способом. Важна не душа, важна кровь.

— Охолони! — гаркнула Рахшара, утыкая в Амадея костлявый палец, с кончика которого сорвалась крохотная молния, мужчина тут же обмяк, повисая на удерживающем его Ветерке. — Уф! — Рахшара тут же пошатнулась и непременно упала бы, не подхвати я ее.

— Рахшара! — усадила старуху на лавку, бросаясь на кухню за водой. И тут же обратно. — Рахшара, ты как? — тронула опущенное плечо, протянула воду.

— Зовет, — выдохнула старуха, растирая грудь. — Ахор меня зовет. Слышу, — широко улыбнулась она, но от этой улыбки меня бросило в дрожь, мурашки побежали по телу. — Скоро, мой господин! — бормотала она. — Скоро мое наказание окончится. Вышел срок. Наконец-то вышел срок.

— Рахшара, — снова неловко ткнула старуху в плечо.

— Эйра Айранир, — встрепенулась она. — Вот мое прощение! Ждала, я очень долго ждала! Тот парень, что тогда скрыл тебя от преследователей, помнишь его? Нужно его найти! В столицу тебе нужно, Марго. И этого, — старуха кивнула на бесчувственного Амадея, — этого тоже нужно. На народный суд. Не могу я его черную суть впитать, не пришел его черед еще.

— Рахшара, я не эйра Айранир, — выпалила, не сдержавшись. — Не хочу я быть никакой наследницей, не хочу никакой власти! Пусть лучше этот остается правителем, только меня в покое оставит, большего мне и не нужно!

— Знаю я, девочка, что ты думаешь, — кивнула старуха. — Знаю. Только не так ты все поняла. Не ту суть ты вспомнила. Видимо, задумка Богов в том есть, — пошамкала она губами. — Ты — эйра, девочка, это несомненно!

— Рахшара, я не девочка! Я из другого мира, Рахшара! Я все вспомнила, но не то, что ты думаешь! Не наследница я, а самозванка!

— Мне уж не говори! — прикрикнула старуха, хлопая ладонью по столу. — Я твою суть вижу. Одна это суть, чтобы ты ни думала! Плохо, конечно, что про себя ничего не знаешь, но на все воля Богов! Все мы живем их милостью. Все, что ни случается — дар либо наказание. Не смеешь ты от своей сути отказываться! Не только за себя отвечаешь, за весь Орегор!