Глава 39

Погода стояла солнечная и тёплая, но море возле скал Гранд-Мар, бесновалось, грозя разнести шасмаре в щепки. Мы пришвартовали корабль подальше от опасного места.

Мы измазали лица тёмной глиной, чтобы нас не узнали. Поглядели друг на друга и весело посмеялись.

– Здесь всегда так? – спросила Ахсана, посерьёзнев, она не сводившая глаз с гигантских волн, бросающихся на пустынный берег и закручивающих пенные воронки у его подножия.

– Почти, – флегматично ответил Симеон, обозревая буйство стихии.

– Ты доверяешь своему кракену? – подошёл ко мне Демьен, – второго шанса у нас не будет.

Я подошла к борту, взглянула в мутную от поднявшегося песка воду, почувствовала спрута, он был в предвкушении. Для моего могучего друга всё это было очередным развлечением.

“Ты справишься с лодкой?” – не удержалась и спросила я его снова.

“ Да”, – громыхнуло в голове колокольным набатом, заставившим меня схватится за виски.

– Спускайте шлюпку на воду. Нечего терять время, – отошла от борта.

Едва лодчонка коснулась верхушки волн, её подхватило огромное щупальце, обернув судёнышко точно сказочный спасательный круг.

Симеон опасливо первым ступил на дно шлюпки, осторожно выглянул за борт и покачал головой.

– Спускайтесь, держит крепко! – крикнул он нам.

Следующим слез Демьен, за ним Ахсана и потом я. Словно на мягких чутких ладонях, лодка плыла над волнами, не страшась водоворотов и опасного прибоя. Вот перед нами, словно неумолимый церковник в тёмно-серой рясе, выросла гранитная скала, на которой покоился монастырь. Лодка стала подниматься.

– Он решил закинуть нас на берег вместе со шлюпкой? – крикнул Демьен сквозь грохот волн.

– Не знаю, – ответила я и обратилась к спруту, – что ты делаешь?

“Вас поднять, потом разрушить стены. Забирайте кого надо, я спущу вас вниз вместе”, – последовал ответ.

Объяснила план кракена друзьям, все удивлённо переглянулись.

– А может, так и лучше, – сказал Демьен и выхватил шпагу, – ждём, пока не рухнет стена!

Лодка встала на самом краю скалистого обрыва, мы, стараясь не смотреть вниз, выбрались на берег. Кракен поднялся над волнами, его мощное тело, словно огромная подлодка, замерло на поверхности воды. Ввысь взметнулись щупальца, облепили стену, что выходила к берегу, провели по ней вниз. Снова вверх. Зацепившись за зубцы башни, кракен со всей силы дёрнул их. Со страшным грохотом полетели камни, обнажив верхние башни. Теперь спруту стало легче, он огромными присосками приникал к стене и отрывал её целыми пластами. Поднялся страшный грохот, послышались крики, люди, обезумев от страха, метались по этажам, жались к стенам, падали вниз.

– Уйми его, – крикнул Демьен, – иначе рухнет весь монастырь. Этого достаточно.

Я мысленно обратилась к древнему монстру:

“Друг, хватит! Или сейчас всё обвалится и спасать будет некого!”

Щупальца сползли по скале, погрузившись в воду. Мы побежали к пролому в стене.

– Где искать родителей? Мысли есть? – крикнул на бегу Симеон.

– Я чувствую одарённых! Где-то в правом крыле! – Демьен летел так, что казалось, он обгоняет ветер.

– Берегись! – раздался сзади крик Симеона.

Из-за завалов показалась монастырская стража, преграждая нам путь. Воины, слегка помятые и дезориентированные держались твёрдо, выставив вперёд щиты.

– Назад! – гигант в два прыжка обогнал моего мужа, как пушечное ядро, влетев в ряды стражи. Не ожидавшие такого напора, воины отступили, кто-то покатился вниз по камням.

Завязалась драка, Симеон, точно эпический Голиаф, разбрасывал защитников крепости, с ним бок о бок сражалась Ахсана, не хуже своего напарника отправляя в нокаут одного за другим. Демьен орудовал шпагой рядом с ними, стараясь пробраться в темноту каменной галереи. Я спряталась за камнями, муж увидел меня, кивнул Симеону и отступил ко мне, скрывшись за скалами.

– Постарайся пробраться незаметно внутрь, пока мы отвлекаем их внимание на себя. Ищи Жильберта и Хелену.

Демьен, обогнув завал, вышел с другой стороны:

– Эй, святоши! – крикнул он задорно, – идите сюда, потанцуем!

Я пробралась сквозь разлом и на цыпочках пошла вдоль стены в темноту коридора. Факелы задуло ворвавшимся в галерею ветром и приходилось идти на ощупь в полной темноте. Мысленно ощупывала пространство вокруг себя, стараясь найти хоть кого-то живого, иначе рискую заблудиться и тогда спасать придётся уже меня. Вот мелкими всполохами в сознании всплыли чьи-то мысли. Кошка?

– Кто здесь? Кис-кис-кис, – мысленно старалась подозвать зверька.

“Фу! – в голове как будто разговаривали сразу несколько десятков голосов, – сравнила нас с этими блохастыми!”

– Да кто это? Ничего не вижу.

В ответ донёсся смех, раздававшийся, кажется, отовсюду. Мне стало страшно.

“Это мы! Крысы! Что ты за одарённая, если не можешь отличить нас от кошек?”

– Помогите мне, – взмолилась я, – мне надо найти пленников. Вы знаете, где они?

– Это чужачка! Точно! Мы сразу тебя раскусили!

Почему так странно слышу их? Может, оттого, что у крыс коллективный разум? Вроде это так называется.

– Я хочу их спасти. Да помогите же!

“Спасти, спасти, спасти, – понеслось со всех сторон, – покажем чужачке дорогу. Одарённые нам не враги, они добрые, не то что эти серые”.

К моей ноге подбежал мохнатый комочек. Я с детства недолюбливала крыс и невольно вздрогнула, когда грызун полез по моему платью. Справившись с нахлынувшими чувствами, успокоилась. Сейчас не время пренебрегать помощью. Крупный крысюк взобрался на плечо, устроился поудобнее и скомандовал:

“Вперёд! – его шёрстка щекотала ухо, крохотные коготочки впились сквозь одежду в кожу, – иди вдоль стены”.

Под ногами раздавалось шуршание крохотных лапок. Сколько же их здесь? Осторожно ступая, продолжила своё блуждание в темноте.

“Сейчас будет поворот направо, там лестница”.

Нащупала руками проём, вот и она. Ступени были выщерблены временем, и подниматься приходилось медленно, чтобы не упасть. Добралась до первого пролёта.

– Дальше куда? – спросила я крыс.

– Пришли, – раздался смех моих помощников, – тут башня для одарённых, они везде.

– Мне нужны Жильберт и Хелена. Они давно живут здесь. Может, вы их знаете?

– Жильберт, знаем! Хелена! Да, знаем! Только она простая. Но очень добрая. И оставляет нам объедки. Иди наверх, дальше.

Подъём продолжился, на третьем этаже я увидела свет: это был незатухший факел. Вынув его из подставки, оглянулась на плечо. Там сидел жирный крыс, со шрамами на носу. Невольно вздрогнула, когда он уставился на меня чёрными бусинками глаз.

“ Чего встала? Крысу никогда не видела?”

– Свет ослепил, – я и не заметила, что разговариваю со своими спутниками в голос, лишь их ответы звучали в голове, – как вы научились так хорошо общаться с одарёнными?

“Это ты глупая, – со всех сторон опять понеслись смешки, – а мы умные. Мы всегда живём с вами рядом, с детства слышим и видим вас”.

Подъём при свете пошёл быстрее, одолела ещё пару пролётов.

“Стой! – крысюк вцепился мне в ухо так, что я вскрикнула, – пришли”.

– Эй, аккуратнее нельзя?! – возмущённо повернулась к нему.

“А чего ты несёшься, как ошпаренная? Открывай”.

На каждом пролёте виднелись по три двери, запертые снаружи на железные засовы.

– Какую? А впрочем, есть ли разница?

Кинулась к первой, распахнула её. Из маленькой кельи на меня смотрел древний старик с бородой, наверное, до самого пола.

– Вы Жильберт?

– Нет, дитя, – покачал он головой и ткнул пальцем за стену, – там.

Отворив засов, открыла следующую дверь, на меня недоумённо устремились два взгляда:

– Жильберт, Хелена, это вы?

Мужчина и женщина кивнули:

– Кто вы?

– Мы приплыли за вами. Надо выбираться отсюда как можно скорее!

– Слышала, Хелена! За нами! – мужчина обнял свою супругу.

– Кхм, давайте оставим все эмоции на потом. Время! – поторопила я их.

– Да, конечно,– женщина смущённо отпрянула.

Мы вышли из комнаты.

Я замешкалась, оглянулась на другие камеры.

– Мы не можем взять их всех, наш корабль слишком мал, – вырвалось вслух, – но не дать им шанса на свободу я не могу. Потому, помогите, пожалуйста, открыть все двери.

Мы поднялись на самый верх башни и, спускаясь, открывали двери темниц.

– Бегите, спасайтесь, – торопили супруги людей.

Кто-то тут же бросался к выходу, а кто-то предпочёл остаться в своей знакомой и привычной тюрьме.

Наконец, все замки были открыты, пусть пленники решают сами, как распорядится полученным шансом. А мы спустились в галерею и бросились к светлому пятну пролома.

– О, и ты тут,, – заметил Жильберт, – здравствуй, дружок!

“Привет, Жильберт!” – откликнулись крысы.

– Вы тоже их слышите? – обернулась я на мужчину.

– Иначе меня бы не заперли здесь на долгие годы, – в голосе Жильберта не было и оттенка грусти, скорее кураж, такой знакомый мне.

Мы подбежали к каменным обломкам.

– Аккуратнее, там стража, – придержала я обоих, а крысюк спрыгнул с моего плеча и исчез в темноте.

Крадучись мы направились наружу. Там в окружении стражи стояли мои друзья и муж.