Глава 13

— Дар Раамн, ты не находишь, что твой ДНК-симбионт ведёт себя странно? — осторожно поинтересовался наставник, усаживаясь за стол.

«Разящий» опять расстарался с угощением: винегрет, пюре, котлеты и томатный сок выглядели точь-в-точь как в моей школьной столовой.

Когда Ра за нами пришёл, он сказал: «Дар Шииран, есть новости, приглашаю присоединиться к нам за обедом», и вот теперь глава осколков смел обвинять моего любименького «Разящего» в странностях. Я насупилась и запыхтела, готовясь заступаться за звездолет.

— О, нет. Ничего странного, дар Шииран, мой корабль пытается подарить моей энергетической половине уют и комфорт, чтобы питаться её положительными эмоциями. Они ему во благо и даже ускоряют генерацию топлива.

Вон оно что! А я-то подумала, что у «Разящего» появилась душа и чувства. Глупость, конечно. Ну и ладно! Главное, звездолет искренне заботится о моем душевном благополучии, значит он друг. Я решила не расстраиваться.

— Потрясающая машина! — восхитился дар Шииран, и Ра с Ли закивали, подтверждая его заключение.

Наставник набрал на вилку пюре, кусочек котлеты и положил в рот. Прожевал и на лице его появилось облегчение. Судя по всему, отсутствие вкуса его порадовало. Никогда мне не понять этих инопланетян!

Кстати! У меня же есть походная кухня Зира! Надо глянуть, остались ли какие-то полуфабрикаты, и приготовить что-нибудь привычное нормальным древним людям, а то я за неделю путешествия настолько истоскуюсь по любому вкусу, что при первой возможности на корку хлебушка кинусь. Да и Платон, думаю, скоро устанет строить из себя крутого космонавта.

— Так вот я связался с матерью, — вывел меня из размышлений Ра. — Дара Вииара Голиаш согласилась встретиться с нами в нейтральном космосе неподалёку от Вегги, чтобы выслушать и принять решение оказывать содействие или нет.

— Зная дару Вииару, это определённо прорыв, — желчно отметил наставник.

— Верно, — не обиделся за родительницу капитан. — Но неудивительно. Моя мать была невероятно сильно привязана к Хаамну, ведь он взял от неё тягу к знаниям и экспериментам. Я просто воспользовался именем брата, чтобы убедить её уделить нам время.

А свекровушка у меня намечается не сахарная. Интересно, а бабушкой она какой будет? Не придёт ли ей в голову забрать себе внука, чтобы компенсировать потерю сына? Ох, эта постоянная тревожность меня с ума сведёт! Больше всего на свете я боялась потерять Тошку и чуть что, сразу паниковала. Надо уже как-то убедить себя, что под защитой Ра мы с сыном в полной безопасности, но пока не выходило.

— Понимаю, — деловито покивал глава осколков. — То есть ты хочешь сказать, что нам за время полёта предстоит разработать стратегию убеждения дары Вииары.

— Именно. У меня есть хорошие аналитические программы. Нам нужно загрузить в них как можно больше вариантов и вычислить самый действенный. Надеюсь и на твои идеи, дядя.

— Понял, займусь сегодня же, — принял к сведению наставник и сосредоточился на обеде.

А я вот вообще обалдела. Ра собирается просчитывать маму с помощью компьютера? М-да... Высокие отношения! Ничего не скажешь.

— Только очень попрошу делать это не в ущерб развитию Таисии и Платона, — уточнил Ра, пока его дядя не сорвался с места и не кинулся заниматься чем-то более интересным, чем трата времени на меня и Тошку.

— Мне понравилось учиться, — тут же вставил сын, — мы сегодня будем ещё про другие планеты слушать?

— Безусловно. Сразу после приёма пищи отправимся обратно в класс, — заверил наставник, и Платон принялся усердно расправляться с едой.

Между прочим, заниматься с даром Шиираном мне тоже понравилось. Его уроки были краткими, но познавательными. С его помощью я чувствовала готовность постигать основы мироустройства Вселенной — это вам не нудные наборы фактов, которые предоставлялись в познавательных документалках. Их я много раз пыталась посмотреть, но засыпала на третьей минуте. Мне вообще всегда сложно давалось самообучение. Информацию от живых преподавателей я усваивала гораздо лучше. Так что я тоже поспешила покончить с обедом, чтобы скорее вернуться к уроку.

В общем-то, дела нашлись у всех, и вскоре мы разошлись в разные стороны: Ли и Ра просчитывать дару Вииару, а мы обратно в релаксатор.

На втором уроке к нашей компании вдруг решили присоединиться хвосторыжки.

Вернувшись из столовой, мы чуть с ног не попадали: пушистые задницы устраивали забег по помещению, никого не стесняясь. Ничего не помогало их утихомирить, пока Тошка не призвал к ответу всю стаю строгим и громким «Фу!». Только тогда наглая семья застыла на местах, а потом на полусогнутых побрела к любимому хозяину и запрыгнула в его гнездо. Наставник за всем этим представлением наблюдал очень внимательно.

— Откуда животные? В чём их польза? — спросил он Платона.

— Это хвосторыжки с Глизе-581. Багира и её дети: Тор, Алиса и Шааз, они мои друзья, — сообщил сын, пытаясь погладить всех четверых разом.

— Дар Раамн сказал, что они прекрасные проводники энергии. Собирают её из пространства и делятся с нуждающимися, если захотят, — сочла я нужным добавить конкретики, подумав, что характеристика «мои друзья» мало главу осколков удовлетворила.

— Очень хорошо. Плаатон, поделись с матерью зверями, ей тоже не помещает положительная энергия, — легко кивнув мне, заключил дар Шииран, — и приступим. Следующий планетой, с которой мы познакомимся, будет Эмон.

Тошка плюхнул мне на колени Багиру и Алису, и я, не медля, запустила пальцы им в шёрстку.

А дар Шииран занялся картой, приближая к нам планету заклятых друзей.

Издалека она казалась похожей на Землю — такая же голубая, видимо, водоёмов много. Но даже от изображения на голографической карте от планеты исходила скрытая угроза. Думается, потому что я имела общение с командорисимусом эмониан и перенесла свое отношение к нему на всю расу.

— Эмон и Даур и их обитатели похожи друг на друга, как никто даже при внешних различиях, — начал лекцию наставник. — Существует теория, что создавшие нас вегатвораги созидали в паре. У нас с эмонианами схожие легенды о сотворении мира, схожие установки в развитии и практически идентичное строение организма. По этой теории, веги планировали создать две родственные планеты, но для чего — вопрос. Кто-то утверждает, что в качестве эксперимента перед двумя нашими расами изначально были поставлены разные цели. Другие заявляют, что создатели не сошлись во мнении и из-за этого из напарников превратились в соперников, заключив спор, какая из рас окажется сильнейшей. Все это догадки и домыслы. Правды мы не знаем. У нас есть только то, что мы и эмониане работаем со своим телом и энергией идентично. Но если даурианцы в своих познаниях ищут гармонию, проповедуя отказ от бездумного насилия и излишеств, то эмониане уважают лишь силу и свои желания. В их обществе выживает сильнейший и существует строгая иерархия, где слабые — рабы. Высшие эмониане — воины, а высшие даурианцы — духовно просвещенные миротворцы. В этом и заключаются наши разногласия.

Однако, неожиданно! Вот сказать, что даурианцы прям миролюбивые душки, я бы не решилась. Достаточно вспомнить нелюбезного старпома или даже Ра при первой встрече.

Так что наставник привирал, идеализируя свою расу. Ну да ладно, каждый кулик свое болото хвалит. Не стоит ожидать иного.

Тут дар Шииран прервал мои размышления, приблизив планету так, что нам открылся высокий утёс, на котором расположился суровый замок. Во дворе занимались своими делами шрамированные эмониане, а на огромном железном троне метрах в трех над плацем парил особенно страшенный инопланетянин в сияющем венце — прям натуральное тёмное фэнтези какое-то, а не продвинутый мир! Я даже сощурилась, недоверчиво разглядывая картинку. Может, сейчас и дракон из леса вылетит?

— Здорово! — восхитился Платон. — Это их король?

— Нет, Плаатон, это один из повелителей Эмона ист Диар Лаз Дож. Именно он представляет свою планету в совете коалиции. Способен энергетическим ударом вывести из строя хороший звездолет или обесточить небольшой город...

Мы будто облетели вокруг трона, получив возможность рассмотреть лысый татуированный череп повелителя со всех сторон.

— ... Ист Диар родился слабым ребёнком и должен был по всем прогнозам удостоится участи раба. Но будущий политик этого не хотел и в двадцать лет ушёл в северные горы Эмона, а через пять лет вернуться и завоевал титул повелителя небольшой провинции. С этого началось его восхождение. Всё это я говорю для того, чтобы вы поняли, на что способны целеустремлённость и работа над собой.

Дар Шииран глянул на меня с укоризной, и мне внезапно стало стыдно за свою упертость. Я от растерянности лихорадочно прижала к бокам хвосторыжек, ища у них поддержки и тепла, но мелкая Алиска угрожающе щёлкнула зубами — спать я ей мешаю, видите ли! — а Багира недовольно рыкнула.

Похоже, хватит мне искать отмазки и прятать голову в песок. Вон даже хвосторыжки осуждают. Пора отнестись к этому самому совершенствованию всерьёз. Для начала перестать мечтать о вредной, но вкусной еде. Затем, прямо с завтрашнего утра, стоит подойти к зарядке с полной отдачей, а не через пень колоду и поджатыми губами.

И всякие мысли о поцелуях и близости с Ра лучше пока из головы выкинуть. До лучших времен.

В душе постепенно зарождался азарт и зрела решимость. Да! Я не какая-то там древняя отсталая женщина! Я разумный человек, а значит смогу чего-то добиться, приложив усилия!

Сосредоточилась на лекции, боясь пропустить хоть слово.

— .. .Перенесемся на Прайм, — тем временем не подозревавший о моей внутренней борьбе наставник приблизил следующую планету. — У жителей этого мира сильны животные инстинкты и необычайно развита интуиция. Особо просвещенные представители расы обладают третьим глазом, как, например, их посланник в совете коалиции Хели-Фи-Хощь аали Бур.

Перед нами предстал громила с рептилоидными чертами лица, лоб которого украшал блестящий чёрный глаз без белка и зрачка вообще. Жуткий кошмар! Два других глаза этого праймца были закрыты, а этот как будто в душу заглядывал. А потом — хрясть! И изо рта избранника целой планеты на должность посланника в совет коалиции вырвался длинный раздвоенный язык и поймал пролетающую мимо птицу.

У меня сердце ёкнуло!

— Это он по правде?! — в ужасе выдохнул Тошка.

— Нет, это созданная мной иллюзия, — дар Шииран махнул рукой, и перед нами опять раскинулся космос, — но досточтимый аали Бур вполне способен подобное провернуть. А ещё прочесть твои мысли, узнать таланты и рассказать о ближайшем будущем. Если ты, конечно, не научишься ставить мощную защиту.

А я все гадала, мы в реальном времени переносимся на планеты или это просто картинки из головы дара Шиирана?! Оказывается — иллюзии! Но это ничего не меняло. Если ещё вчера я бы после подобного открытия тут же заподозрила наставника в мухлеже, то теперь всем сердцем верила — все и есть так, как он показывал.

— А вот вы говорили, что любой может то, что может другой, значит, я тоже смогу ловить языком птиц или хотя бы мух? — заинтересовался Платон невероятными умениями праймца.

— Платон! Что ты такое говоришь?! Зачем тебе это? — ужаснулась я.

Но наставник невозмутимо принялся пояснять:

— Теоретически — можешь. Если приложишь силы к развитию способностей метаморфа и научишься менять свое тело.

— Как мой папа! — с гордостью подхватил Тошка.

— Не совсем. Мы, даурианцы, не зацикливаемся на какой-то одной возможности и развиваем как можно больше направлений силы. Твой отец совершенствовал ещё и иллюзии. К тому же, насколько я знаю, он и на Землю прошлого отправился, потому что хотел овладеть эмпатией на подобающем уровне. В те далёкие времена земляне кипели страстями, и Хаамн считал Землю двадцать первого века лучшим полигоном для исследований.

Вот так по крупицам и узнаешь много нового. А из Ра все надо вытягивать клещами. Мелькнуло секундное раздражение, а за ним усилилось желание стать продвинутой и образованной. Пожалуй, мне будет общаться с Ра куда проще, если я почувствую себя более значимой и смогу не только принимать его покровительство, без устали заглядывая в рот, но и предлагать что-то взамен. Мне необходима самодостаточность!

Я ведь совсем не такая, какой прикидываюсь последние дни. Зачем врать себе и верить, что если я приму все, что скажет Ра, и смирюсь, то жизнь станет простой и счастливой? Нет, не будет такого никогда. Я готова меняться, но и мой избранник должен шагать мне навстречу. Он тоже должен менять свое мировоззрение, а не только я своё. А ещё Ра должен отвечать на мои вопросы прямо, вместо того чтобы наводить тень на плетень. Всё! Так и будет! Решила это и сразу как-то даже духом воспряла.

— А давайте теперь познакомимся с Дауром и его порядками, — смело попросила я наставника в надежде прояснить у него некоторые детали, которые Ра упорно опускал.

К примеру, про семьи и партнёров для рождения потомства.

— Не сегодня, Таисия. На Дауре мы остановимся подробнее и посветим ему не один день, начиная с завтрашнего. Сегодня же в заключение занятий мы познакомимся с Либером и его жителями, — обломал меня наставник. Ла-адно, тема Даура действительно большая и серьёзная. Послушаем пока про либерцев. Ведь всё, что я о них знала — что пола они не имеют, а в остальном не сильно отличаются от людей. — Так вот, либерцы избрали путь гендерного равенства и благодаря стремлению полностью избавиться от половых отличий стали превосходными учеными-генетиками и медиками. Именно они задают тон в совершенствовании прокачек, а так же под их крылом проводятся основные программы по клонированию.

Наставник приблизил планету, и мы оказались в белоснежном кабинете, где за длинным столом сидели шесть совершенно одинаковых либеров в белоснежных костюмах. Даже я знала, что клонирование гуманоидов запрещено. Вскинула взгляд на дара Шиирана.

— Глава планеты Либер — шестерняшки? — спросила, понимая, что несу несусветную глупость.

— Знакомьтесь: представитель планеты Либер в совете коалиции Долоноа Вух и его клоны,

— невозмутимо сообщил дар Шииран.

— Но ведь это запрещено! — не поверила я такому вопиющему нарушению, которое допустили в самом сердце коалиции.

— Запрещено только если ты не воспроизвел себя самостоятельно, — поправил меня наставник. — А Долоноа самостоятельно воспроизвел и вырастил себя пять раз. Вот что значит целеустремлённость.

Затем он нам рассказал о всех препятствиях, которые преодолел это гениальный либер, заставив впечатлиться, и на это закончил словами:

— Размышляйте. На этом пока прервёмся, а встретимся перед сном на вечернюю медитацию,

— сказал наставник и покинул релаксатор.

Мы с Тошкой переглянулись.

— Понравилось, всё понял? — спросила я сына и опустила хвосторыжек на пол.

— Понравилось, конечно, и всё понял.

— А что именно? — уточнила, чтобы лишний раз удостовериться в том, что сама всё правильно поняла.

— Что нет ничего невозможного, и зря ты говорила, что летать нереально.

— Да, именно в этом и была суть, — задумчиво покивала я, соглашаясь с выводом Платона.

— А ты теперь тоже поверила, да, мам?

Я заправила выбившуюся из хвоста прядь за ухо, на миг задумалась, а потом совершенно честно ответила:

— Да, поверила. Теперь тоже буду развивать способности.

— Ура! Я тебе помогу, мам! Пойдём на травку к хвосторыжкам в каюту? Там хорошо лежать

и мечтать. Точно тебе говорю, мам, сначала надо начать мечтать с закрытыми глазами и представлять себе всё-всё как настоящее.

Тошка соскочил с релаксатора и потянул меня за руку.

— Ну пойдём, попробуем, — согласилась я.

И до самого ужина мы с сыном занимались этим крайне полезным делом — мечтали и воображали.

Тошка рассказывал мне про свой внутренний город, а я закрыла глаза и представляла, как внутри меня кипит жизнь. И в какой-то момент мне даже показалось, что я увидела то самое сухое русло реки!

Но пришёл Ра, и картинка пропала.

— Что делаете? Идём ужинать? — спросил он с порога, оглядев нас с ног до головы.

— Идём, — ответила, вздохнув, и поднялась на ноги лишь после того, как Тошка умчался из комнаты, — но знаешь что, Ра?

— Что?

— Удели мне, пожалуйста, после ужина несколько минут. У меня есть к тебе важный разговор.

— Тая, что ты там надумала? — насторожился капитан и сдвинул брови. — Меня подобные слова тревожат.

— Ничего такого. Я просто очнулась и решила стать собой. Вернее, очень усовершенствованной собой, — загадочно сообщила ему и, обогнув мощную фигуру, вышла из зелёной каюты.

Я приняла твёрдое решение сообщить дару Раамну, что отказываюсь считаться и называться его половиной до тех пор, пока не пойму что это такое и надо ли оно мне вообще.

Пора прояснить все непонятки, они мне мешают.

Ра шёл сзади и пыхтел, но ничего не говорил. И за ужином тоже. Ужин вообще прошёл в напряжённой обстановке: Ли бросал взгляды то на меня, то на капитана и пытался развлекать Тошку. Ну а мы с Ра сосредоточились на жареной рыбе с рисом и салате из свежей капусты

— внешне, естественно, а на вкус, как обычно, никакущих.

— Пойдём прогуляемся, — позвал меня Ра, поднимаясь из-за стола, как только «Разящий» убрал тарелки, а я отпустила Платона смотреть мультики.

Я кивнула, и мы покинули лекарский отсек. Ра вёл меня по коридорам звездолета куда-то далеко, пока не привёл в безлюдный отсек. В его строго обставленную гостиную.

И тут я поймала себя на том, что хоть мы с капитаном практически женаты, я даже ни разу не была у него в гостях! А это вообще не нормально! С этим надо срочно что-то решать.

Прошла, огляделась и уселась в ортопедическое коричневое кресло в ожидании, пока капитан займёт второе. А когда он это сделал и посмотрел на меня выжидающе, я заговорила:

— Ра, сегодня я многое осознала и очень благодарна тебе за то, что убедил послушать уроки дара Шиирана. Мне это помогло.

— Что ты имеешь в виду?

Капитан выглядел настороженным и крайне серьёзным.

— До меня вдруг дошло, что последние дня я не была самой собой. Я пыталась подстроиться и смириться с тем, что дремучая, ничего не понимающая в вашей реальности переселенка. Надеялась, что смогу полностью положиться на тебя и плыть по течению. Хотела стать такой, какой ты будешь рад меня видеть. Но, послушав наставника, я осознала, что это невозможно! Из-за внутренних противоречий я никогда не смогу достичь душевного равновесия.

— Скажи мне, в чем они, эти противоречия? Уверен, что ты преувеличиваешь.

Ра сжал подлокотник кресла и даже подался мне навстречу.

— Например, ты говоришь, что на Фениксе никто никого не держит. Но как же я? — с готовностью выдала я первую претензию. — Меня там держали против воли.

— Но ведь тебя же не держали в клетке, правда? Ты могла передвигаться свободно...

— Но только в пределах планеты!

— Да, но если бы ты заявила о своём желании покинуть Феникс через отведенный на адаптацию месяц, тебя бы отпустили.

Глубоко в этом сомневаюсь!

— Правда? И многих так отпустили?

— Думаю, ни одного, потому что не было желающих, — признал очевидное Ра. — Дядя умеет убеждать.

— Ну так вот мне это не нравится. Его способы убеждения и твою позицию в этом вопросе я считаю неправильной и принимать не хочу. Я пыталась сделать так, как ты говоришь, и просто принять, но противный червячок несогласия постоянно точил меня изнутри. Я не смогу с ним жить.

— Не вижу в этом проблемы, Тая. Я не принуждал тебя менять убеждения, просто призывал расширить горизонты.

— Возможно, и так, — согласилась я, — но, опять же, в силу своих отличий от тебя, я не способна сделать это по щелчку пальцев. Поэтому тебе придётся принимать меня такой какая я есть.

— Я и принимаю, — решительно заявил Ра и попытался взять меня за руку, но я её мягко убрала.

Не время! А то опять раскисну!

— И даже больше, чем принимать — нужно делать шаги ко мне навстречу.

— Не понимаю, а я не делаю?

— Ты темнишь и опускаешь неудобные темы.

— Какие?

— Например, в чем отличие между семьёй и партнёрами для создания потомства? В чем разница между любовью и единым энергетическим целым двух половин? Какова, в конце концов, в твоих глазах моя роль в вашем продвинутом обществе?

Ра задумался и потер бровь — опять подбирал слова?

— Партнёры для создания потомства — это выбранные компьютером наиболее гармоничные пары. В наше время они могут даже не встречаться, чтобы зачать ребёнка. Просто сдают биоматериал, и весь процесс от начала до конца происходит в лаборатории. Потом над детьми устанавливается совместная или индивидуальная опека — в зависимости от договора. У меня заключено три сделки с последующей совместной опекой.

Шикарно! Нет, я, конечно, обрадовалась, что это не договоры на брак, но пока не очень понимала как относиться к трём будущим детям своего якобы будущего мужа от других женщин.

— Понимаешь, вот это меня и выбивает из колеи, Ра, — грустно сказала я, — у нас так не принято. Нормальные люди моего времени женятся по любви, делают детей приятным способом, а потом изо дня в день их растят. Я люблю эту схему! Она прочно въелась в мой разум как единственно верная.

— Понимаю, — кивнул Ра, — и ведь я собирался лететь на Даур, чтобы разорвать контракты, но пришлось свернуть на Феникс. Но ты не думай, я это все равно сделаю при первой же возможности.

Какой же он у меня всё-таки зайка! Люблю его страшно! Но от намеченного плана не отступлюсь.

— Хорошо! Это очень хорошо, Ра. Но я все равно приняла решение сбавить обороты в наших отношениях до тех пор, пока точно не пойму, что мы имеем в виду под словом «любовь» одно и то же.

— Что это значит сбавить обороты? — нахмурившись, уточнил капитан.

— Ну, мы не будем обниматься, целоваться, делать громкие заявления и предъявлять друг другу какие-либо претензии, пока не придём к единому мнению. То есть сейчас мы сделаем шаг назад.

— Мне будет непросто это сделать, но если так тебе станет спокойнее, я буду сдерживаться,

— нехотя согласился Ра. — Надеюсь, что этот твой мораторий закончится как раз к концу нашей экспедиции, и вскоре мы всё же создадим семью.

Обязательно создадим, но по совместным правилам, а не только по даурианским. В общем-то, результатами разговора я осталась довольна.

— Отлично! — я бодро вскочила с кресла и хлопнула ладонями себя по бедрам. — Тогда я медитировать, а потом спать. Встретимся завтра утром в столовой.

— До завтра, Тая, — задумчиво сказал Ра, провожая меня взглядом.

В коридоре я немного растерялась, обнаружив множество ответвлений — вдруг заблужусь? А потом вспомнила, что никуда с «Разящего» не денусь, и смело отправилась по ним путешествовать. И чем дольше я бродила и размышляла, тем сильнее убеждалась, что все сделала правильно.

Мы с капитаном слишком быстро переместились из точки А в точку Б. Ни ухаживаний, ни свиданий, сразу оп — и энергетическая половина! Я оказалась шокирована, дезориентирована и от этого испытывала стресс. Зато теперь я получила время и спокойно во всем разберусь. И в возможностях своего организма, и в чувствах к потрясающему дару Раамну, и в своём отношении к предлагаемому им развитию событий.

В какой-то момент я даже поймала себя на том, что улыбаюсь от предвкушения! Теперь у нас с Ра наступит нормальный букетно-конфетный период, недосказанность, переглядки там всякие, душевные томления — прелесть же! А потом пусть делает мне предложение и нормальную свадьбу! А то как-то слишком просто у него все выходит. А что просто даётся, то и просто теряется.

Я пришла в лекарский отсек как раз ко времени медитации и в позу лотоса уселась с полной гармонией внутри себя. Впервые.