Глава 9

Огневому нравилась мягкая улыбка своей спутницы, и её внешность уже не казалась ему выигрышной только за счёт необычного цвета глаз и белоснежной чистой кожи. Облик госпожи Фокиной был соткан из полутонов, и на фоне ярких красавиц она показалась бы их тенью, но это только на первый взгляд. Сейчас он это понимал и с удивлением замечал, как ему рядом с ней комфортно, хотя они попали в опасную ситуацию и были на волосок от смерти.

Рядом с этой девушкой он неожиданно стал героем и с гордостью сможет рассказывать о прошедшей битве. Отчего-то вспомнились слова деда о том, что есть женщины, которые придают сил и делают мужчин лучше; а есть женщины, которые не дают расправить плечи, и с ними никогда не узнаешь, на что способен.

Маг подал Полине руку — и в глазах девушки отразилось столько тепла и благодарности в ответ, что он крепче сжал её ладошку и не отпустил даже тогда, когда они преодолели купол. Он тщательно отслеживал наличие живых существ поблизости, чтобы вовремя среагировать на опасность, боясь разочаровать свою спутницу, совершив оплошность. В этот момент ему смерть была не так страшна, как позор перед Фокиной.

— Я вас не отвлеку, если буду спрашивать о том, что нас ждёт в дальнейшем? — тихо спросила она.

— Нет, — он чуть сжал её пальчики, показывая, что весь в её распоряжении и остался доволен тем, что девушка, прекрасно понимая его жест, опустила глаза.

— Король нас примет сразу? — первым делом поинтересовалась она.

— Не думаю, что король лично захочет пообщаться с нами. Мы сначала доложим о себе моему начальству, а там уже как получится, — он ответил так же тихо, хотя поблизости никого не было, но ему понравилось шептаться со жмущейся к нему Фокиной.

— А то, что мы потеряли пленника?

Огневой отметил, что девушка считает себя виноватой, и эта неловкая поддержка пришлась ему по душе.

— Ни вы, ни я ни в чём не виноваты, а если кто-то захочет нас выставить в дурном свете, то у меня есть сторонники при дворе. Не волнуйтесь, отобьёмся!

Полина облегчённо вздохнула, услышав, как маг непринуждённо говорил «нас» и «отобьёмся».

— А что меня ждёт, как вы думаете?

— Честно — не знаю, — тут мужчина остановился и проникновенно посмотрел на неё. В лёгкой тени деревьев цвет глаз девушки перестал быть ярко-голубым, но появившиеся серые оттенки в радужке добавили глубины взгляду, и он тонул как в омуте, смотря ей в глаза. — Я постараюсь выставить вас в выгодном свете, — продолжил он, едва вырвавшись из плена чудных глаз. — Но всё зависит от настроения его величества. Наш король довольно любопытен, и в былое время он с удовольствием бы лично пообщался с вами, но сейчас в стране тяжёлая ситуация… и я не берусь предсказывать ваше будущее.

— Ясно, — вздохнула Полина, — буду надеяться на лучшее и готовиться к худшему.

— Я на вашей стороне и не дам вам пропасть, — пообещал Огневой и, кажется, даже стал выше ростом.

— Спасибо!

Поля слегка прижалась к плечу мага, но идти так было бы неудобно, поэтому она продолжила путь, следуя чуть позади и держась за его руку. Впрочем, идти было недалеко, и вскоре они вышли к дороге, по которой шло войско.

— Эй, разве война окончена? — с удивлением крикнул Огневой.

— Ушастые запросили пощады и переговоров, — ответил один из командиров отряда.

— Скоро будем дома, господин маг! — крикнул один из солдат.

— А наш генерал не промах, — с толикой зависти произнёс Огневой и развернулся к приближающимся всадникам, скачущих по краю дороги. — Кажется, это он!

— Генерал Томаш здесь? — тихо пискнула Поля, вытягивая шею, чтобы увидеть героя этой войны.

— Теперь он любимец женщин всех возрастов, — хмыкнул Огневой, зная, как восхищаются молодым генералом дамы королевского двора, и посмотрел на девушку так, как будто она сейчас сделает что-то неприличное под действием генеральских флюидов.

Полина тут же перестала любопытствовать, чтобы маг успокоился и не подозревал её в пристрастии к красавцам.

Это он совершенно напрасно волнуется!

Никогда в жизни она не проявляла интереса к смазливым мальчикам.

Во-первых, их не было вблизи!

Во-вторых, Поля в принципе не умела боготворить красавчиков, будь то певцы или актёры. И это, между прочим, очень мешало ей вливаться в коллектив своих сверстниц ещё со школьных времен.

В конце концов, она предпочла тихое рукоделие на дому вместо кипучей, но какой-то бессмысленной жизни в обществе подруг, преклоняющихся идолам.

Предпочла, хотя это не было пределом её мечтаний, и с каждым годом в душе у неё зрело предубеждение против красавчиков, что сводили с ума девчонок, и это стало какой-никакой, но первой собственной жизненной позицией.

А генерал Томаш был великолепен!

Молод, статен, черноок и исполнен достоинства. Казалось бы, можно расслабиться, если ты не плацу, не ведёшь солдат в бой, а всего лишь проверяешь, насколько сильно растянулась колонна усталых вояк. Тем более, что, по мнению Полины, сами воины походили больше на переселенцев в поисках работы… но генерал был настоящим!

Он выглядел не просто мужчиной, взявшимся за оружие, когда появился враг, а именно предводителем, военным вождём, под завязку наполненным успехом, удачей, источающим харизму!

Будь он даже страшен, изуродован шрамами, хромой или однорукий, на него всё равно смотрели бы с восхищением! А так получилось убойное сочетание красоты, искрящей энергией молодости, статуса победителя!

Но Полинино предубеждение не дремало, и в мгновение ока разложило типаж генерала по полочкам, от чего она почувствовала себя умудрённой женщиной и чуть насмешливо позволила себе разглядывать героя войны. Наверное, именно этот взгляд зацепил генерала, и он обратил на неё внимание. Вспомнив об уважении, девушка приветливо улыбнулась ему, но в этой улыбке осталась снисходительность, как к несомненно достойной, но слишком уж важничающей персоне.

Генерал вопросительно выгнул бровь, но Полина благоразумно опустила голову, признавая его силу и власть.

Но вот ведь бывают же такие люди! Он не поехал дальше, а остановился и, сделав вид, что запамятовал известного ему мага, всё-таки вроде как неуверенно спросил:

— Господин Огневой?

— Да, господин Томаш, — кивнул маг.

— По поручению или та-а-ак? — впиваясь взглядом в Полину, небрежно спросил генерал, удерживая недовольного остановкой коня.

И что означает его протяжное многозначительное «та-а-ак», после которого ухмыльнулись его сопровождающие? Поля хотела было возмутиться, но тут ведь надо уметь, чтобы метко, остро и так же неоднозначно получилось. Она не умела и ограничилась сердитым взглядом, тем более Огневому тоже не понравились намёки, и он жёстко ответил:

— Следую в город, выполняя королевское поручение.

— Помятый вы какой-то…

— Отбил нападение эльфийской группы.

— Да ну! — засмеялся генерал с подпевалами. — Это где же вы нашли эльфов?

— Об этом я доложу своему начальству.

Генерал недовольно прищурился и вернул своё внимание вцепившейся в руку мага девушке. Он бы ни за что и никогда не признался бы, что его зацепил её скептический взгляд. Он точно знал, что сейчас все женщины мчатся к королевскому двору, чтобы посмотреть на него, удостоиться танца с ним или хотя бы взгляда. Что перед ним склонятся в реверансе первые красавицы, демонстрируя грудь в глубоком декольте, а эта девчонка, у которой только и достоинства, что необычный цвет глаз, сочла его неинтересным для себя!

— Ну что ж, мы ещё встретимся, но мне хотелось бы предупредить вашу милую спутницу, чтобы она правильно оценивала диспозицию.

Огневой и Полина с непониманием посмотрели на него, а он с усмешкой показал взглядом на их сцепленные ладони.

— Господин Огневой женат, и негоже юной деве строить планы по разрушению счастливого брака.

Ничего не добавив, генерал как ни в чём не бывало легонько сжал коленями бока коня, разрешая ему двигаться дальше, а с ним вместе последовали его сопровождающие, ставшие свидетелями странного разговора.

Полина не доставила радости генералу своей реакцией на его сообщение только потому, что до неё долго доходила суть его слов. Почему-то ей показалось, что красавчик сказал неправду ради того, чтобы задеть её.

Глупая мысль!

Это ж тогда надо признать, что у неё мания величия, если первый парень в королевстве врёт при других, только чтобы досадить незнакомой пигалице!

— Мой брак фиктивный, — услышала девушка глухой голос Огневого.

Полина вытащила свою ладонь из захвата мужчины и растеряно посмотрела на него. Он был смущён и раздосадован, а она продолжала пребывать в какой-то прострации.

Ей всё ещё хотелось найти меткие злые слова для генерала, чтобы утереть ему нос, и осознание того, что она «выстроила замок из песка» по отношению к Огневому, приходило не сразу.

— Она прекрасная женщина, её муж был моим другом, и я не мог отдать их имущество на растерзание родственникам… жадным и бессовестным людям.

А Полине было стыдно. За то унижающее Огневого предупреждение, что прозвучало от генерала при свидетелях, за своё желание понравиться и за робкую надежду, что ей удалось заинтересовать собою мужчину.

Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь и окрашивая щеки пунцовым румянцем. Хотелось исчезнуть, лишь бы не стоять рядом с оправдывающимся магом. Он тоже был взволнован. Взволнован и унижен. И осознание этого помогло ей успокоиться, а следом появилось сочувствие. Полина прекрасно понимала, что генерал выказал неуважение к Огневому.

Они знакомы, и он его не уважал. И дело было не в том, что именно сказал Томаш, а в том, как сказал и при каких обстоятельствах. А Огневой проглотил… при всех и это тоже было унизительно! И вот если бравый генерал думал, что его выходка заставит её отвернуться от мага, то ошибся. Может её сопровождающий не герой королевства, не хитроумный полководец, но в минуту опасности он старался спасти её и этого не вычеркнуть. А ещё Полина чувствовала себя виноватой, потому что в этой некрасивой ситуации провокатором стала она. Никогда не делала подобных глупостей, а тут откуда что взялось… и вылилось в такую некрасивую сцену.

И что теперь? Что ей делать?

Ей давно хотелось влюбиться. Очень сильно хотелось и уже не верилось…

И вот рядом с магом она испытала так много, и он ей отвечал!

Как глупо всё сложилось! Она насела на него, а он… у него не было времени ей признаться, да и не до того было.

— Через месяц будет ровно два года нашему браку, и я попрошу развода у Нинет. У нас нет детей, и мы не консумировали брак.

Полина сосредоточилась на том, что говорит Огневой, и в ответ в её голове маминым голосом отчётливо прозвучала фраза, что когда разведётся, тогда и поговорим!

Но…

Их ситуация особая, ведь правда же?

Особая во всех смыслах!

А Огневой не Казанова какой-то… это сразу видно. Обычный мужчина, который помог в своё время женщине и… запутался… не подумал, что через пару лет он из-за этого окажется в неловкой ситуации…

И если брак фиктивный, то… Надо быть гибче и поддержать…

— Не надо оправдываться, господин Огневой, — твёрдо произнесла она. — Генерал поставил нас с вами в неловкое положение, но сейчас главное разобраться не с вашим браком, а с тем, что с нами произошло.

Полина увидела, что маг облегчённо выдохнул и сама тихонько выдохнула. Пусть он знает, что она не сторонница скандалов и выяснения отношений, а чтобы поскорее замять возникшее неудобство между ними, Поля стала задавать вопросы о королевском дворе.

Он рассказывал интересно и было видно, что делиться своими наблюдениями о разных людях ему нравилось. Ей незнакомы были те господа, о которых говорил Огневой, но он остроумно описывал их, и она искренне смеялась, задавала вопросы и вновь улыбалась. В этой болтовне отпускало напряжение пережитого и казалось, что тяжесть увиденного на войне и собственное участие в ней отступило навсегда.

Быть может, позже Полина пожалеет, что не выспросила у мага подробностей о его фиктивном браке, но сейчас хотелось сохранить на как можно долгий срок лёгкое, воздушное настроение. И к тому же, ещё ни один мужчина не смотрел на неё так благосклонно, не старался развлечь и уж тем более «не пушил перед нею хвост». Она впервые ощущала себя желанной девушкой.

Дорога до города показалась короткой прогулкой. Огневой и Полина с удивлением смотрели на входные ворота, вдруг выросшие перед ними, и вновь улыбнулись друг другу.

— С вами время летит незаметно, — произнёс он.

— А с вами так легко! — призналась Поля, понимая, что не польстила, а сказала истинную правду.

Они шли по улочкам, наслаждаясь мирной суетой горожан, украшающих окна цветами и лентами в честь победителей. Повсюду обсуждали назначенный на завтра парад, как много народу соберётся на площади и всех ли защитников возвращают по домам.

Полина с улыбкой смотрела на возбуждённых хорошими новостями людей, заражаясь их настроением, стараясь отогнать тревожные мысли о собственном будущем.

Делая шаг в этот мир, она твёрдо решила для себя продумывать всё до мелочей, но с первого дня всё пошло непредсказуемо. Сейчас девушка в равной степени ожидала как тюремного заключения, так и самого благоприятного развития событий. В плохое не верила, но на всякий случай не исключала.

Подходя ко дворцу, спутник Полины принял сосредоточенный вид, приосанился и подойдя к дворцовым воротам, велел стражнику:

— Доложи главе внутренней службы: маг Огневой вернулся!

Страж отбежал в сторону, а на его место встал другой. Полина с любопытством проследила за первым, но он всего лишь передал слова мага старшему, тот вскользь посмотрел на Огневого, кивнул ему и скрылся в сторожке. Через несколько минут он вышел и махнул рукой, предлагая следовать за ним:

— Господин Огневой, вы должны были вернуться ещё вчера, — укоризненно заметил старший стражи. — У меня пропуск на троих, а вас двое.

— Вообще-то у нас война, — высокомерно бросил Полинин спутник, игнорируя вывешенные флаги в честь праздника победы, — а на войне бывают потери.

Старший удивлённо посмотрел на мага, словно бы у него в голове не укладывались слова придворного о войне и, подойдя к небольшой двери в стене замка, затейливо постучал. Дверь бесшумно отворилась, все друг другу кивнули и Огневого с Полиной повели плохо освещёнными ходами внутрь огромного каменного монструозного дворца. Девушке показалось, что тишина навалилась на неё, и ей не хватало сил идти.

— Не бойтесь, здесь безопасно, — прошептал ей маг, поддерживая за локоть.

Она благодарно кивнула и, глубоко вздохнув несколько раз, постаралась не обращать внимания на мрачную атмосферу, пронизывающий холод и ощущение, что здесь можно вечно бродить, не выйдя к людям.

На самом деле вскоре им попались двое слуг с корзинами, посланных вниз за продуктами, потом Полину, Огневого и их сопровождающего проводил любопытным взглядом мужчина с огромной связкой ключей, а после уже провожатый вывел Огневого с Полиной на жилой этаж.

— Дальше вы знаете, куда идти, — буркнул он, оставляя их.

Маг ничего не ответил, отпустил локоть девушки и повёл её к виднеющимся открытым дверям.

На взгляд Полины жилой этаж отличался от того, где они были лишь шириной коридора и более частым расположением факелов, которые горели один через три. Она не сразу обратила внимания, что факельный огонь горел ровно, не потрескивал и не чадил. Хотела подойти поближе, но Огневой потянул её дальше, шепнув, что потом всё рассмотрит. Но рассматривать особо было нечего.

Никаких ковровых дорожек, гобеленов, оружия на стенах, даже скамеечки в тупике, где стоял страж, не было. Был широкий проход, а по бокам мощные двери — и всё тот же холод, спрятавшийся от солнца в толще замковых стен.

Там, где их ждали, в здоровенном камине плясало настоящее живое пламя на небрежно брошенных брёвнах, но девушка физически ощущала, как весь жар улетает в широченную трубу.

— Дань моде, — услышала она скрипучий голос и поспешно повернулась на него.

При входе Поля сразу же окинула взглядом своеобразный кабинет и остановилась у камина только потому, что за столом никого не было. Оказалось, что она не заметила маленькую узенькую дверку, из который вышел хозяин в накинутом на плечи меховом плаще.

— У меня тут целая лавка с подогревом, а горящий очаг — дань моим воспоминаниям, — скрипуче пояснил старик. — Если бы я знал, что ко мне в гости пожалует столь очаровательная дама, я бы велел принести сюда камни саламандры.

Полина вежливо улыбнулась, не зная, что ответить на этот своеобразный флирт.

— Скромна. Что скажешь, голубчик? Где глава клана Луны? Почему ты задержался?

— На пленника было совершено нападение.

— Это кто же у нас такой смелый? На порученца королевского двора обнажить меч?

— Эльфийский клан Утренней росы.

— Хм. На нашей территории, в то время как все остальные запросили пощады? Ох уж эти вечные эльфийские дрязги! До чего же вероломная раса! Ну, я так полагаю, что и вам досталось на орехи?

— Да. Я был ранен, и госпожа Фокина укрыла нас иллюзией, давая возможность подлечиться. Мы надеялись, что после свершения убийства главы клана Луны нас не будут преследовать, но на рассвете пришлось принять бой.

— Да вы храбрецы! — воскликнул старик, но непонятно было, всерьёз он или посмеивается. — Ну, твои возможности я знаю, а чем меня удивит славная дева из дальних земель?

Глава внутренней службы напомнил Полине Кутузова из фильма «Гусарская баллада». Этакий милый старикан! И приходилось себе ежесекундно напоминать, что нельзя расслабляться, потому что этот старик смотрит на неё цепким взглядом, всё подмечает и решит судьбу

Услышав, что ей дают возможность проявить себя, она заволновалась и подалась вперёд, а «Кутузов», как будто бы сам с собой продолжал бормотать:

— Признаться, не ожидал, что доживу до того времени, когда смогу увидеть одну из славного народа, уплывшего по большой воде в поисках новых земель.

Полина уже знала, что её принимают за представительницу народа, отправившегося искать новый континент, но было это так давно, что о них уже почти стёрлась память. И если бы не война с эльфами, то Полине пришлось бы отвечать на многие вопросы, а так интерес к ней был умеренным и скорее застольным.

Ну, живут где-то ещё люди, так об этом догадывались, точнее надеялись, и хорошо, что это не дикари, а именно тот смелый народ, о котором ещё помнят. Ну, послушать бы, что расскажет девчонка, но времени нет. Да и что столь юная особа может рассказать? Зато есть дела, и они сейчас важнее.

Поля в ответ на просьбу старика создала иллюзию заснеженного кабинета, в котором под порывом ветра закрутилась метель.

Она создала простенькую иллюзию, потому что опасалась чрезмерного внимания великих мира сего, но поскольку Полина использовала готовые заготовки из виденных ранее мультиков, фильмов, картинок, то метель получилась с чётко проработанными снежинками, с закручивающейся по спирали вьюгой, со свистом ветра.

— Э, дорогая моя, да я вас, оказывается, заморозил! — при этом старик приободрился, явно довольный увиденным.

Девушка виновато улыбнулась, поскольку и вправду уже не могла скрывать, что у неё зубы стучат от холода, волнения и страха. Интерес «Кутузова» к ней пугал.

— А вы впечатлительны, дитя.

А вот это ему явно не понравилось, так как он досадливо поцокал языком.

— Наверное, сильно испугались, когда на вас напали?

— Мне было так страшно, что я боялась бояться. Если бы не господин Огневой и его чёткие указания, я бы… я бы… — Полина всё-таки расплакалась, вспоминая пережитый страх и не выдерживая напряжения момента. Страшно в этом замке, называемым дворцом! Дадут ли ей выйти из него?

— Ну-ну, всё уже позади, — тяжело вздохнув, заворковал старик, подавая знак магу, чтобы тот утешил и прекратил слезоразлив.

Полина понимала, что ей надо поскорее успокоиться, но тело содрогалось от запоздалой истерики.

— Командир Лог докладывал, что вы считали себя пустышкой в магическом плане, а потом поразили всех удивительными иллюзиями. — Начал разговор старик, но Полина всё всхлипывала и содрогалась всем телом. — Вам бы попить успокоительного и провести недельку другую в лености и покое, но обстоятельства таковы, что нынче это для вас роскошь, — старик почесал нос и, обратив свой взор на мага, пожаловался: — Суматоха и столпотворение, а дела не терпят отлагательств. Нас ожидает тяжёлый год и боюсь, что он растянется лет на пять. М-да, — вновь вздохнул хозяин кабинета и, пожевав губами, продолжил:

— Лог очень высоко оценил вашу помощь, прелестная госпожа, и он уверен, что если бы не вы, то не видать победы нашему славному генералу Томашу.

— Если бы не госпожа Фокина, то не быть мне живым, — вставил Огневой.

— Ну, тебя я ещё послушаю. А деву мы больше не будем задерживать. Завтра её представят королю, наградят и… там видно будет.

Он позвонил в колокольчик — и из маленькой дверцы, согнувшись, вышел худощавый мужчина, держа в руках поднос с кубками. Глава службы внутренней охраны поморщился:

— Я тебя не за этим… это потом. Сначала проводи госпожу, назначь ей служанку и попроси даму Фейрану ввести милую девушку в наше общество.

Мужчина поднял склонённую голову и с интересом посмотрел на Полину.

— Сильный необученный маг иллюзии. Впрочем, обучать иллюзионистов её уровня у нас некому, да и не время сейчас, — вернув внимание девушке, старикан по-доброму буркнул: — Идите, дорогуша, отдыхайте.

Полина, подобрав юбку, присела склонившись, благодаря за внимание и заботу, посмотрела на Огневого, который одобрительно ей кивнул, и более не задерживаясь, так как худощавый мужчина вновь согнулся в поклоне теперь уже перед ней, показывая ей рукой, куда идти, быстро вышла.

«…ввести в наше общество…» — застряла нужная фраза в её голове. Это лучше, чем «бросьте её в застенки!» Но, кажется, случившая истерика произвела жалкое впечатление. И наверное, это хорошо, хотя стыдно было предстать в таком жалком виде перед Огневым.

Сопровождающий вывел девушку в более обжитую часть замка, где сновала прислуга, слышались возгласы их хозяек, и пахло духами, по́том, выпечкой.

— Прошу, — мужчина толкнул тяжёлую дверь и пригласил войти Полину.

Комната была маленькой, и её большую часть занимала широкая, но короткая кровать. Позже Поля узнает, что знатные люди в этом мире спали полусидя-полулёжа, чтобы кровь не приливала к голове, а сейчас она непонимающе таращилась.

— Я пришлю вам служанку, — сообщил мужчина и скрылся прежде, чем Полина успела поинтересоваться его именем.

Досадуя на себя за то, что не выяснила этого сразу и не устроила минидопрос по поводу его хозяина, короля и правил проживания в замке, она села на кровать и стала осматривать помещение.

Помимо кровати в комнате стоял здоровенный сундук, который больше походил бы на кровать, если бы не выпирающие железные полосы на нём. На полу стоял высокий канделябр с толстыми свечами, но сопровождающий, открыв дверь сразу вставил в выемку на стене гладкую пластину размером со столовую тарелку, и она светилась почти как двадцативаттная лампочка. Не ахти как светло стало, но не чадило и кислород не ело. В углу стояло здоровенное деревянное ведро, на грубо сколоченном ящике лежали пучки травы и стоял здоровенный кувшин литров на десять. Более ничего не было, как не было и окна.

Спокойно сидеть в глухой комнате с каждой минутой становилось всё сложнее. Стены давили, и казалось, что массивная дверь призвана не защищать от нежданных врагов, а запирать доверчивых иномирянок. Но вскоре в неё постучали, и вошла низенькая плотно сбитая женщина с большим подносом в руках. Она смотрела на Полину с любопытством и приветливо улыбалась.

— Бель, ваша служанка, — коротко сообщил появившийся следом доверенный человек «Кутузова» и, прежде чем девушка успела что-то сказать, вновь скрылся.

— Госпожа, я на кухне собрала вам еды, — вопросительно посмотрев на незнакомую гостью, неуверенно произнесла женщина.

Поля одобрительно кивнула. Давление стен с приходом этой уютной женщины она более не замечала. А в душе росло ощущение, что начинается новый волнительный эпизод её жизни.