Глава 18

Глава 18

В алтарной ничего не изменилось - пусто, голые стены и сам алтарь. В воздухе плавало два светляка - один от Эльтена, и один от Прохора Феоктистовича.

— Собственно, вот, - развела руками я, - Делайте всё необходимое.

И к двери спиной прислонилась. Эльтен же лёг у моих ног, всем собой показывая, что он - очень хорошая собака. Катти тенью замерла рядом со мной.

— Значит, ищем-то что?, - вопросил Прохор Феоктистович, скидывая форменный свой китель на пол и закатывая рукава рубашки.

— Следы смерти Александра Фон Цур Остервальда, насильственной или естественной, - отозвался князь, оглядывая комнату. Мне снова стало неловко, что алтарная была такая. Ни стула, ни кресла, ни даже лавки захудалой. Голый камень.

— А период?, - уточнил, прищурившись, господин начальник полиции.

— Период… Хммм, - призадумался князь, - Период пусть будет две недели, чтоб с гарантией.

Начальник полиции кивнул и передал князю кристал.— Как скажу, передадите запоминающий кристалл мне. Сложно оно, и чары плести, и о другом разом думать, - сообщил начальник полиции. И усы его пышные разом встопорщились, а на лице вновь проявилось то выражение, что делало его похожим на бульдога, вцепившегося в жертву.

— Итого, ищем остаточные эманации смерти лица мужского пола, периодом от сего дня на две недели, - повторил вслух Прохор Феоктистович и закрыл глаза. Лицо его сделалось сосредоточенным, а кисти рук словно бы заиграли на невидимом рояле. Или арфе. Из-под пальцев распускалась тонкая паутинка силового плетения. Паутинка была эфемерной и походила скорее на сложное, с геометрическим узором, кружево. Кружево это ползло, множились, ширилось и затягивало собой всю комнату без остатка. И потолок, и стены, и пол. На алтарь тоже пыталось заползти, но соскальзывало бессильно. А когда кружевная паутина затянула всё, кроме алтаря, то нити вспыхнули и заискрили. Где-то синим, где-то розовым, где-то алым. Красиво.

Прохор Феоктистович побледнел, на лысине проступили капли пота.

— Кристалл, - сказал он не открывая глаз и руку вытянул вперёд.

В эту вытянутую руку, с синеватыми лунками ногтей, Костадис Петрович вложил мутно-белый, непрозрачный кристалл с куриное яйцо размером. Кристалл вспыхнул, и в него начала стягиваться кружевная паутинка со всей комнаты. А как вся втянулась, кристалл почернел и погас. Прохор Феоктистович открыл глаза, достал из кармана другой рукой платок и отёр голову.

— Ну вот и всё. Кристалл я вам не отдам, ведомственный он. А вот запись расшифрованную вышлю. Со всеми печатями, официальной почтой. Но ежели меж собою, то мужчина тут умер, и даже внезапно, но совершенно добровольно. Или даже не столько умер, сколько сменил форму существования…

Прохор Феоктистович призадумался, поднял китель с пола и сунул почерневший кристалл в карман брюк.

— Впрочем, для физического мира он более не существует совершенно точно, так что официально будет зафиксирована смерть от естественных причин.

— А вы уверены, что это точная информация?, - уточнил князь Девиер с несколько рассеянным видом.

— По искомому запросу - абсолютно, - твёрдо ответил начальник полиции.

— Если вы закончили, может, поднимемся?, - предложила я, - Здесь несколько… Неуютно.

— И в самом деле, в гостиной оно поудобнее будет, - хохотнул Прохор Феоктистович. Был он всё ещё бледен, но синева из-под ногтей постепенно уходила.

Я открыла дверь и даже придержала её, пока все не вышли. А после закрыла.

Поднимались не спеша. Начальник полиции магически выложился, а князю необходимо было беречь ногу. Мне же торопиться и вовсе не имело смысла. Что-то мне подсказывало, что если я выйду первой и дверь закрою, то ни верхняя, ни нижняя дверь без моей руки не откроются. И будут Прохор Феоктистович и Костадис Петрович сидеть на этой лестнице, пока дверь не откроет глава рода.

Так что мы поднялись наверх, всем составом вышли и только потом я закрыла дверь.

— П’елестная г’афиня, вы как ’аз вов’емя! Мы тут успели обсудить все плюсы и минусы, и заключили с пани Новак годовой конт’акт. По истечении кото’ого вы его п’одлите, или нет, это уж как вас обеих будет больше уст’аивать, - Яков Иммануилович встретил нас в Малой Жёлтой Гостиной.

— Прохор Феоктистович, голубчик, тут как раз принесли свежий горячий кофе, и вот меренгу к нему съешьте обязательно! Судя по вашему усталому, но довольному виду всё получилось?, - губернатор любезно налил кофе в чашку и пододвинул в сторону Прохора Феоктистовича.

Тот сел, фыркнул в усы, выпил чашку залпом и тут же долил из кофейника ещё одну.

— В результате снятия эха смерти зафиксировано, что граф Александр Фон Цур Остервальд расстался с физическим своим существованием совершенно добровольно!, - сообщил начальник полиции и пододвинул к себе поближе вазочку с меренгами.

— После магических взаимодействий сладкое очень хорошо силы восстанавливает, - пояснил он.

— Какие замечательные новости!, - воодушевился Яков Иммануилович, - так что же, Костадис Пет’ович, когда нам ждать ю’идического подтве’ждения п’ав г’афини и ’азблоки’овки счетов?

— Как только прибудет курьер, я с ним отправлю свой отчёт, и, после оформления всех бумаг в официальном порядке - так сразу, - развёл руками Костадис Петрович, - думаю, в течение месяца оформим все необходимые документы и разрешения.

— Прекрасно! Это, получается, на бал Первого Дня Зимы Елизавету Андреевну как раз уже можно будет вполне официально представить всему нашему обществу!, - обрадовался, и повернулся ко мне.

— Ну что, Елизавета Андреевна, прокатите нас с ветерочком обратно до города? Заодно и за рулём освоитесь, так сказать.

Я улыбнулась.— Почту за честь, Станислав Карлович, Прохор Феоктистович. А Яков Иммануилович мне как раз на обратной дороге расскажет некоторые детали по вопросам интеллектуальной собственности. Костадис Петрович, вам привезти что-нибудь из города? Свежую газету, быть может?

— Буду премного благодарен, - подарил мне в ответ лёгкую улыбку господин проверяющий.

Моя же улыбка в ответ была искренней и полной счастья.Во-первых, я теперь чиста перед законом - осталось дождаться официальных бумаг.Во-вторых, Руссо-Балт!

Шофёр любезно показал мне, как управляется Руссо-Балт, и уехал вместе с Михалом на двуколке.

В прошлой жизни у меня был приличный водительский стаж, в этой… В этой Лизонька не сидела за рулём никогда, но вдвоём мы справимся.Мне предстоит прокатиться на магическом автомобиле, а я так люблю руль и скорость!

Пока все рассаживались, Катти принесла мне по моей просьбе несколько заряженных кристаллов-накопителей. Ну так, мало ли - на добрых богов надейся, а запас энергии для магмобиля с собой бери.Так и запишу потом в своих мемуарах, назову их “Мудрые изречения гномьей бабушки”.