Глава 27

Глава 27

Встав на цыпочки, я дотянулась до угла с отпечатком, положила на него свою ладонь и направила в неё магию, добавив мысленный посыл “Откройся!”.

В двери что-то щёлкнуло, и дверь плавно отъехала вбок.

Вход в кабинет перекрывала слабая магическая плёнка.

— Эльтен!, - позвала я.

Хранитель откликнулся на зов немедленно, выйдя откуда-то из темноты.

“Это стазис-поле. И защита. Сейчас уберу”

Пёс ткнулся носом в прозрачную плёнку, фыркнул, и плёнка рассеялась.

Кабинет выглядел так, будто хозяин вышел только вот минуту назад.

Мы с Эльтеном зашли, и я на всякий случай закрыла за собой дверь - нужно было просто задать ей рукой импульс движения, и дверь скользнула вбок, закрывая дверной проём.

В комнате было сумрачно - шторы на окнах были закрыты. Вдоль стен стояли шкафы с книгами и папками. Был камин и кресло перед ним. Но доминировал в этой комнате стол. Массивный письменный стол, на котором в стройном порядке лежали чистые бумаги, стоял письменный прибор, толстый журнал учёта и прочие рабочие атрибуты. К столу я и подошла. Села в кресло и внимательно посмотрела на стол так, как смотрел бы на стол сидящий за ним человек. Стол. Шкафы. Камин.Всё не то.Напротив стола на стене висел семейный портрет. В кресле сидела графиня Анна, вся такая тонкая, воздушная. Белые волосы, светлые, почти что белые глаза. Рядом с ней стоял, положив руку ей на плечо в жесте защиты граф Рудольф. Светловолосый, но не в белизну, скорее в русый пепел. Темноглазый. Одеты в красивую, но не парадную одежду. Семейный портрет, как бы “из жизни”. У ног их сидят два мальчугана, один постарше, лет десяти, серьёзный, насупленный, будущий граф. И один лет пяти, улыбается и прижимает к груди плюшевого мишку.

Где-то в этой комнате спрятан секрет, ради которого и ручки-обманки на двери, и защита, и стазис-поле.Отдельный от всего особняка кабинет в отдельной башне, куда можно пройти только через зимний сад. И есть собственный выход на улицу, да не на парадную сторону. Ровно такой, чтобы незаметно можно было выйти и вернуться.Безопасность и игра в прятки. От всех, даже от семьи.И смерти эти.Сдаётся мне, что игра в прятки была серьёзной. Анна, Рудольф и старший их сын Конрад.

Маги не из последних, с воплощенным духом-хранителем.Графиня Анна, бесконечно любимая мужем. Талантливый химеролог. Двое сыновей.

Граф Рудольф, судя по всему, алхимик - и тоже не из последних. Слабые алхимики не будут в подвалах родового особняка алхимические лаборатории обустраивать.

Конрад, старший сын Рудольфа. Должен был стать наследником, при этом не женат, детей нет. На чём он специализировался?

О чём они мечтали, чем жили, чем дышали? И как умерли?По тем обрывочным записям, что я нашла, вроде бы смерть была признана естественной. Только вот… Смущало, что у всех троих одна дата смерти. И в алтарь тела не попали, чем изрядно алтарь ослабили.

Время, время! С одной стороны вроде и много его, никто меня никуда не гонит.С другой стороны, во все стороны разом не убежишь. Пока одно, пока другое, пока третье… Вот до кабинета совсем старого графа только добралась - а когда ещё собиралась! Так всегда некогда. Долги. Обязательства. Люди.

Люди - важнее всего.Теперь, когда с юридическим статусом вроде прояснили, надо заниматься другими вопросами этого старого, старого графства.И вот один из таких вопросов вызревал, естественным, так сказать, образом.Если не смотреть на объяснения, а только на факты, то факты были следующими.

Есть род Фон Цур Остервальд, древен и славен. И силён.

Но родовая магия имеет одно и то же что слабое, что сильное место - сам род. Когда род разрастается, и каждый его умерший член переходит в алтарь, то род становится сильнее. Накопленная сила, знания, умения и сама жизнь прожитая - всё это алтарь усиливает.

Если же член рода умирает так, что тело в алтарь не попадает - алтарь слабеет.

И вот совершенно естественным образом в один день умирают Анна, Рудольф и Конрад. Тела в алтарь не попадают.Алтарь слабеет настолько, что для следующего графа Фон Цур Остервальд дух-хранитель уже не проснулся. Этим следующим графом становится Казимир, младший сын Рудольфа и Анны.

Из того, что я нашла в дневниках и библиотеке, а также прочих бумагах, следовало, что Казимир в наследники не готовился. В наследники готовился как раз Конрад.

А Казимир наследником стал внезапно.

И для него не воплотился дух-хранитель, не открылся тайный кабинет за камином, в котором лежала Книга. Не открылась башня. И химерологический корпус тоже.

Казимир не готовился стать наследником и управлять графством его не натаскивали.

Он был любимым младшим сыном, баловнем, которому следовало найти себе жену и занятие по душе, а делами рода занимался бы обученный и подготовленный старший наследник. Наследник, которого готовили. Который был в курсе планов и амбиций старшего поколения. И который погиб вместе с родителями в один день “от естественных причин”.

Мне нужно больше информации!И если она где и сохранилась, то здесь, в рабочем кабинете совсем старого графа. Который он не собирался покидать надолго, просто закрыл как привык, вышел - и больше не вернулся.

А привычки у графа Рудольфа были несколько… параноидальные. Как у человека, которому есть что прятать.И вот эта игра в прятки досталась мне.Можно, конечно, в игру не вступать, кабинет закрыть и делать вид, что ничего-то не происходило. Кажется, Казимир так и поступил.

И в целом, прожил долгую жизнь, обзавёлся женой и тремя сыновьями.

Вот только по итогу игра в прятки нашла его сама. И ни его тело, ни тела его детей в алтарь не попали - скудные заметки об этом были в записях Александра, пытавшегося вернуть силу алтарю.

Ну что ж. Раз-два-три-четыре-пять, я иду тебя искать.Где же ты спрятан, секрет совсем старого графа?