Глава 39

Когда немного схлынул восторг от увиденного, я задумалась, что же это сейчас произошло? Что только что случилось, отчего я смогла увидеть свой прежний мир?

Это зеркало волшебное такое?  Или моя морозная магия?  Ведь стекло покрывалось инеем, или всё дело в том самом настое по рецепту из  книги? Как там Антипка сказал? Колдовской гримуар!

Домовой сидел в кресле, болтая ногой и грыз печеньку, которые теперь всегда лежали на этом столике специально для него.

- Антипка, ты сказал, что это ведьминская книга рецептов, я что, ещё и ведьма?

- Окстись, не приведи Боги!  Что за ерунду ты говоришь!

- Но ты сам сказал, что это ведьминская книга и рецепты, там ещё слова всякие снизу приписаны.

- Так чтоб отвар приготовить, не обязательно ведьмой быть. А ты и слова сказала?

- Сказала.

Вздохнула я.

Домовой снова принюхался к остаткам отвара в моей чашке.

- То-то смотрю отвар непростой получился. Но до ведьмовского конечно далеко, каждая ведьма в зелье свою ведьмовскую силу вкладывает. Что там за зелье ты готовила?

- «Зеркало памяти».

- А!  Так это простенькое зелье, помогает вспомнить, если что потерял или забыл. Странно оно на тебя подействовало. Думаю, ты теперь и без него обойтись сможешь, зелье всего лишь  всколыхнуло родовую память, а остальное у тебя само собой получилось.  Главное, часто  так не делай, я только к тебе привыкать начал, жалко терять такую хозяйку.

 И домовой взялся за очередную печеньку.

Как ни хотелось мне вновь увидеть Юльку, но я прекрасно помнила о предостережениях Антипки и, пересилив себя,  отсчитав на самодельном календаре семь дней,  обвела нужную дату в кружочек.

Увиденное немного выбило меня из колеи, я никак не могла взять себя в руки и заняться чем-то полезным. Поэтому взяв с собой кота, вышла прогуляться в сад.

Над головой уже наливались спелостью ранние яблоки. Из падалицы Мина  пекла пироги и готовила яблочную воду - такой компотик, только без сахара. Кисленький - он прекрасно утолял жажду.  А кто любит послаще, мог добавить немного мёду.

 Были в саду и груши, и сливы. Кусты чёрной смородины соседствовали с кустиками незнакомой мне ягоды, похожей на синенькие бусины.  Сад ещё не успел одичать и  был великолепен.

И я уже успела здесь поживится вишнёвым и смородиновым листом для своих сборов. А ещё можно заваривать веточки вишни, из них получается приятный на вкус нежно-розовый напиток.

Прогулка немного успокоила вздёрнутые нервы.

На заднем дворе занимались несколько парней из дружины. После того, как было организовано патрулирование дороги в усадьбе  оставалось всего двое или трое парней, которые обычно тренировались или помогали по хозяйству.

 Решила не терять времени и присоединится к ним,  тренировка - это как раз то, что мне сейчас нужно!

Парни сразу принесли мне несколько вёдер воды и я снова принялась  оттачивать уровень степени заморозки. Вода быстро закончилась, а мне в голову пришло, что вода есть практически везде.  Даже человек, если мне память не изменяет, процентов на семьдесят состоит из воды!

Значит можно замораживать не только воду в ведре. Ведь там, на поляне у меня как-то получилось заморозить траву, и судя по тому, что пошёл снег, даже воздух!

Увы, в учебнике магии практически ничего не было сказано о магии холода, слишком мало было этих магов в мире. Меньше них было разве что магов огня. И обучение их проходило по специальной программе. Так что придётся как обычно методом проб и ошибок.

Я направила руку на землю (без этого жеста у меня пока ничего не получалось) и попыталась как учил учебник нащупать ту самую нить моей магии и послать её в нужном мне направлении.

Сначала ничего не происходило, от усердия я аж зажмурилась, и сразу же  услышала едва уловимый шелест. Приоткрыв один глаз, глянула под ноги. Кустики травы у моих ног, словно в замедленной съёмке покрывались иголочками инея. Осмелев, я послала ту самую нить немного в сторону, и она медленно, словно с неохотой поползла в нужном мне направлении.

Не знаю, сколько я так играла, совершенно потеряв счёт времени. Магия холода меня завораживала.  Я выводила то на траве, то  на стене дома, замысловатые морозные узоры. Осмелев, вызвала небольшой снегопад. Крохотные снежинки кружились в воздухе, и таяли, не успев долететь до земли.

Рыжий Граф, лежавший рядом, греясь на солнышке, не дождавшись меня, ушёл в дом. Не дождались меня и к ужину, отправив за мной Нессу. Горничная открыв рот, любовалась на хоровод снежинок. К вечеру заморозка стала получаться намного лучше, видимо  увеличилась влажность воздуха.

Это нужно учесть.  На солнце, и там, где мало влаги мне со своей магией лучше не соваться.

Наконец Несса вспомнила зачем её послали.

- Госпожа Каталина, ужин стынет!

Только после её слов я опомнилась и поняла что уже довольно поздно, вечерние сумерки  уже потихоньку накрывали окрестности серой вуалью.

- Иду Несса, иду, только ополоснусь немного.

В руках у горничной я заметила чистую одежду, и поспешила в баньку, которую ежедневно слегка протапливали, и она стояла тёплой весь день.  Переоделась в чистое и поспешила в столовую. Без меня ведь и не сядут.

За ужином как обычно обсудили все дневные новости и разошлись по комнатам. Нужно хорошенько выспаться, ведь завтра опять ждут дела.

Вот только выспаться нам в эту ночь не пришлось.

Проснулась я от шума, доносившегося с улицы. Ржали кони, раздавались мужские крики,  металлическое бряцание конской сбруи. Да что же там происходит?

Зажгла свечу, сонный Граф недовольно жмурился на соседней подушке, с укором глядя на меня. Вместо того, чтоб по ночам ловить местных грызунов, он предпочитал проводить ночи в тёплой постели, полностью оправдывая своё имя.

Подошла к окну, отодвигая плотную штору. Внизу, перед домом, в свете факелов и едва занимающегося рассвета увидела толпу мужчин, узнавая между ними Михайло и несколькольких дружинников, и совершенно незнакомых мужиков со связанными за спиной руками.

Незнакомыми? Отчего их силуэты заставили меня вздрогнуть? Неужели? Нет, не может этого быть!

Кинулась к шкафу, наугад вытащила первое попавшееся платье, натянула прямо поверх сорочки, волосы кое-как закрутила на макушке, скрепив шпильками, и подхватив свечу, бегом помчалась вниз.

Внизу, так же как и я держа в руках свечи, собрались почти все обитатели дома.  Я протиснулась вперёд, окликнув Михайло:

- Что здесь происходит?

Шум немного затих, все повернулись в мою сторону. Михайло, шагнув вперёд, ответил:

- Да вот разбойников поймали, госпожа Каталина. Они ночью барашков из стада пытались выкрасть.

Я спустилась со ступенек, и подошла поближе к связанным мужикам. Не зря их силуэты показались мне знакомыми.  Встречались, и не раз!

Передо мной стояли те самые разбойники, что умыкнули часть нашей провизии.  Пять человек стояли рядком, со связанными за спиной руками, и исподлобья посматривали на меня.

Я прошлась вдоль этого ряда и замерла перед последним мужчиной.  Степан. Какой-то весь помятый, без того, прежнего сытого лоска на лице, зло зыркает в мою сторону, и опускает голову, делая вид, что не узнал.

Резко разворачиваюсь, и подхожу к Михайло.

-  Из наших никто не пострадал?

- Не переживайте, госпожа Каталина,  дружина в порядке, немного досталось Борьке, охранявшему в эту ночь стадо. По голове его стукнули, но он молодец, успел шум поднять, а тут и мы подоспели.

- Сильно он пострадал?

Сердце тревожно сжалось,  Борька мне нравился,  он хоть чудной, но мужик добрый, и животных любит, вон даже ночует вместе с ними.

- Да что ему сделается? Повалялся немного, да очухался. Но мы его на всякий случай в поместье привезли, вон его лекарь осматривает.

Он кивнул в сторону, где Герман хлопотал над сидящим прямо на ступенях Борькой.

На крыльце жались друг к другу Несса с Дариной, стреляя глазками в сторону бравых воинов, охранявших пойманных разбойников. Парни отвечали тем же, с интересом поглядывая в сторону девушек.

Нянюшка стояла рядышком с Миной, она даже переодеться не успела, просто завернулась в сдёрнутое с кровати одеяло. Уверена, она первой выскочила узнать, что случилось.

Мина, недовольно уперев руки в бока, грозным голосом выкрикнула:

- Да что с ними вошкаться, под замок их до утра! Разбудили, паразиты, мне скоро хлеба в печь ставить!

От  её грозного окрика все, даже разбойники, присмирели, втянув голову в плечи.

Я кивнула Михайло:

- Мина права, свяжите их покрепче и отдыхать идите, разбираться уже утром будем.

Все словно нехотя зашевелись,  расходиться никому не хотелось, ещё бы такое происшествие в нашем спокойном  поместье. Но Мина быстро их  разогнала, напомнив, что всех с утра ждёт работа.

Вернулась в свою комнату.  Нервы были вздёрнуты настолько, что уснуть я уже не смогла, поворочавшись в постели, под недовольное сопенье Графа.

Решила немного позаниматься медитацией, в магическом учебнике чуть ли не на каждой странице упоминалось, что  для любого мага самое главное держать себя и свою магию в руках, а этому помогает только медитация и познание самого себя.

Если с медитацией худо-бедно у меня что-то получалось, то вот с познанием себя как-то не очень.  Домедитировалась до того, что уснула прямо на полу, на одеяле, которое подстелила чтоб медитировать было помягче.

Спина и ноги затекли настолько, что я с трудом собрала свои конечности в кучку  и доползла на четвереньках до кровати. И уже держась за неё, выпрямилась в полный рост.

Граф, наблюдавший за всем этим одним глазом, сладко зевнул, потянулся и спрыгнув с кровати прошествовал мимо меня к двери. Там остановился, и выразительным взглядом оглянулся: - Мол, что стоим? Открывай дверь, я выйти желаю!

Ворча себе под нос про особо наглых котов, пошла открывать ему дверь. И тут мне вспомнилось всё, что произошло сегодня ночью.  Если мне всё это не приснилось!

Быстренько приведя себя в порядок, спустилась на первый этаж. У парадного входа дежурил парень из дружины, он то мне и доложил, что разбойников заперли в одной из комнат казармы.

Поблагодарив его за службу, через сад  направилась в сторону казармы.

 Не смотря на раннее утро, обнаружила там Радимира и Касьяна.  Мужчины  сидели за большим длинным столом и разговаривали. Они были очень удивлены моим ранним визитом.

- Не спалось!

Ответила я на их невысказанный вопрос, они вон похоже  вообще ещё не ложились.

Сев с мужчинами за один стол спросила:

- Что-нибудь удалось выяснить? Откуда они?

- Молчат, не желают с нами разговаривать.

Ответил Михайло.

- Знаете, что мне странным показалось? Что в прошлый раз, что сейчас? Они ведь спокойно могли нас если не убить, по покалечить знатно. Но  этого не сделали. С возницей тогда случайно вышло.  Вы видели их главного? Здоровенный мужик! И оружие они своё в ход не пускали.

- Странно всё это….  Я хочу с ними поговорить. Сначала с их лидером. Можете привести его сюда?

Главаря разбойников привели двое дружинников, руки у него по прежнему были связаны за спиной, а под глазом наливался синевой свежий синяк.  Зацепили  видать его наши ребята.

Здоровяк сначала ни в какую не хотел разговаривать, не верил, что я хозяйка усадьбы. Но в этом его как ни странно убедила Несса. Эта непоседливая егоза ворвалась в казарму со словами:

- Госпожа Каталина, госпожа Каталина! Я Вас всё утро ищу! Завтрак накрывать?

Но увидев стоящего посреди казармы разбойника во всей красе, охнула, и задом попятилась к двери.

Я, повернувшись к ней, ответила:

- Скажи Мине, чтоб всех покормила, меня не ждите, чувствую, я здесь немного задержусь.

Несса умчалась, а разбойник, наконец, заговорил:

- Неужто, действительно хозяйка? Неужели в поместье мужчин не нашлось?

- Да вот так, как-то не нашлось.

Пожала я плечами.

- Вот и приходится всё самой делать. Я своих людей не брошу и в обиду не дам!

Мне показалось, или он покосился на сидевших рядом со мной мужчин с плохо скрываемой завистью?

- Я пока здесь сидел, разговоры кой-какие слышал. Все как один только и говорят: хозяйка то, хозяйка это. Я и подумать не мог, что такая молоденькая барышня может в руках целое поместье держать.

- Это не сложно, когда рядом с тобой столько помощников. Люди сами хотят жить лучше, вот и стараются. Для себя же стараются. Вот ты, такой видный мужчина, тебе бы работать, а ты мирных жителей грабишь!

Разбойник насупился,  потом решительно поднял голову, и тут его словно прорвало:

- Так не от хорошей жизни! Я ведь раньше кузнецом был, а потом как все на войну пошёл, а вернулся - ни родного дома, ни деревни и в помине нет! А жинка в приживалках у дальней родни, насилу отыскал. Решил, война закончилась, надо дальше жить, дом строить, работать. Денег занял у хозяина корчмы. 

Он на минуту замолк, словно вспоминая, что с ним произошло, а потом продолжил:

- Только новый дом и года не простоял, сгорел. А вместе с ним и три соседних. Денег на новый не было, я ещё за сгоревший дом с корчмарём  не рассчитался.  Вот тогда то он и заставил нас своих постояльцев грабить. Присматривал, у кого чем можно поживится. А семьи наши у него в залоге, пока весь долг не отработаем.

- И большой за тобой долг остался?

Он назвал сумму, Касьян, не выдержав, присвистнул.

- Да за такую сумму два дома построить можно, аль ты хоромы себе возводил?

- Сам не пойму, как так получается, что долг только растёт. Корчмарь всё списывает на то, что семьи наши кормит и одевает.

- А если бы тебе предложили работу и жильё, чтоб  только ты ремесло своё разбойничье оставил?

- Да я на всё согласен, только бы жинку мою, да  мальца из опалы этой вызволить. Я бы день и ночь работал, а долг бы отдал!

Я повыспросила его обо всех разбойниках, что с ним ещё были. Тут и выяснилось, что четыре мужика, что были с ним, как раз хозяева тех самых сгоревших домов, тоже построенных на занятые у хозяина корчмы денег.

Пятым в прошлый раз с ними был свояк корчмаря, он то всё добро и забирал.  А несколько дней назад к корчме новенький прибился, его велено было с собой взять. И этим пятым оказался бывший староста Ближнего, Степан. И как он в эту шайку только попал? Но с ним мы позже поговорим, сначала нужно с остальными разбойниками что-то решать.

По очереди переговорила с каждым из них, и везде рассказ повторился, с небольшими вариациями.  Все заняли денег у хозяина корчмы, у всех добро погорело и они попали в полную зависимость от этого человека.

Велела всех пленников накормить, да и самим поесть не мешало, дело уже к обеду, а у нас во рту маковой росинки не было.

В столовой долго обсуждали что  делать дальше.  Я предложила помочь нашим пленникам встать на путь исправления. Ведь они не по своей воле в разбойники попали. Даже Михайло заметил:  они старались не причинять никому особого вреда, просто, хватали, что под руку попадётся, и убегали. Возможно, именно поэтому ими ещё не заинтересовались местные власти.

Мы ещё долго обсуждали это предложение, спорили, взвешивали все за и против и, наконец , решили дать им шанс.

Вернувшись в казарму, собрали всех разбойников кроме Степана.

- Предлагаю вам два варианта: первое - мы сдаём вас властям, и уже они будут решать, что с вами делать дальше. Вариант второй: вы остаётесь на моих землях, получаете работу и кров. Мне, как раз, нужны люди на глиняном карьере. Жить пока будете во времянках, а если оправдаете доверие, построите себе новые дома.

- А наши семьи?

- К сожалению, у меня нет денег выкупить ваших близких, но мы  в любом случае постараемся их вызволить.

Бывший главарь разбойников глянул на своих товарищей, они согласно кивнули.

- Мы согласны на любые условия, только помогите вызволить наши семьи.

- Хорошо. Михайло, развяжите их. Радимир,  поставьте их на довольствие и отправьте в Горшечное, там рабочие руки, ох, как нужны! Вот, Сашко обрадуется!

- Я к ним пока двух человек с дружины приставлю.

Ответил Михайло.

- Само собой. Никто и не собирается их без присмотра оставлять!

Вот теперь дошла очередь и до бывшего старосты Ближнего. Не терпелось узнать - он то как в разбойники попал? По словам сельчан, добра, что он вывез, ему бы на всю жизнь хватило.

Всклокоченный и слегка помятый Степан смотрел на своих бывших соседей волком. Кормить его я не велела, сказала только воды дать. Никакой симпатии я к нему не испытывала.  Да и не верю, что он может встать на путь исправления.

- Да что с ним говорить, сдать его властям, и дело с концом! Что на него время тратить? - предложил Михайло.

 И вот тогда Степан заговорил. Оказалось, он той памятной ночью, погрузив на три телеги весь скарб, полевыми дорогами отправился в соседнее поместье, где проживал жених его дочки.

Увидев привезённое добро, будущие родственнички приняли его очень приветливо  и через несколько дней справили свадебку. Вот только после свадьбы, молодые, забрав всё наворованное добро, попросили папеньку покинуть их дом. Мол, им и самим тесно.

Степан кинулся к новоявленным родственникам, то бишь к родителям жениха, теперь уже мужа дочери, те его даже слушать не стали, впустив вдогонку собак. Вот так  остался он и без дочери и без добра.

Поскитавшись по округе, вспомнил про знакомого корчмаря, у которого частенько останавливался в своих поездках в город. А тот сходу предложил ему вакантное место в банде разбойников.

Вот что тут скажешь? Как говорится, яблочко от яблоньки не далеко укатилось.  Дочка оказалась достойна своего папаши.

- Ладно, накормите его, и назад заприте. Потом придумаем, что с ним дальше делать!