Глава 58
Ванна с несколькими капельками розового масла, шёлковая нижняя рубашка, лёгкий макияж и сложная причёска – так началось для меня утро перед свадьбой.
Под рубашку надела кружевные трусики, пошитые Марусей специально для этого дня. Гретта неодобрительно покосилась на непривычную для неё деталь гардероба, но промолчала. Она теперь вовсе мало разговаривала, но дело своё знала – выглядела я как принцесса из сказки. Особенно, после того, как горничная вместе с экономкой, под присмотром камердинера графа, принесли в мою комнату свадебное платье и помогли мне его надеть.
Платье сверкало и переливалось при каждом моём движении. И мне показалось, что крохотная снежинка на моей груди засверкала в ответ. Фамильное украшение необыкновенно гармонично смотрелось с этим нарядом.
Поэтому я отказалась от других украшений. Это платье само по себе - одна большая драгоценность!
К тому же, только надев его, я поняла, каким оно стало тяжёлым! Это сколько же килограммов драгоценных камней на него нашили?
Оставила я лишь диадему, присланную в подарок матерью Димитрия, из уважения к ней. Гретта ловко пристроила её на моей голове.
Тёплые сапожки, шубка из белоснежного пушистого меха, и вот я выхожу на улицу, с наслаждением вдыхая свежий холодный воздух. Димитрия нигде не видно. Я не видела его со вчерашнего вечера. Гретта объяснила, что он прибудет к храму отдельно от невесты. Так положено.
В карету со мной забираются Гретта и камердинер Светлова.
- На всём пути до храма выставлены посты из королевской стражи. Все дороги перекрыты! – докладывает заглянувший в карету гвардеец.
Мы трогаемся с места. Помимо королевской стражи нас сопровождают мои незримые защитники. Я чувствую их очень отчётливо. Двое даже забрались на крышу кареты и, чувствовалось, что поездка доставляла им массу удовольствия.
-Подъезжаем! – Гретта чуть-чуть отогнула край занАвески, выглядывая в окошко.
- Похоже, весь город собрался поглазеть на свадьбу Главного королевского дознавателя - друга короля!
- Вот, возьмите. Это нужно кидать в толпу, - камердинер сунул мне в руки мешочек, доверху набитый мелкими монетками.
Димитрий накануне рассказал мне, как здесь празднуют бракосочетания богатых и знаменитых. На площади рядом с храмом накрывались большие столы. Подойти к ним могут все желающие. Именно поэтому, такие свадьбы собирают целые толпы простого люда.
А для друзей и родственников устраивался пир после того, как «молодые» выйдут из храма уже мужем и женой. Особенно мне понравилось, что самим виновникам торжества на этом празднике жизни присутствовать не обязательно. Мы оба не горели желанием сидеть за столом, глядя на толпы подвыпивших гостей, которых лично я увидела бы впервые.
Подготовку свадебного пира взяли на себя родители Димитрия. Они так ждали этого дня, что, просто, не могли упустить такой момент похвастаться перед всеми: их сын, наконец-то, женился!
Вот так вся свадебная чехарда прошла мимо меня.
Карета остановилась. Мне помогли спуститься на очищенную от снега мостовую. Толпа за живым ограждением из королевских гвардейцев слаженно выдохнула. Сколько же здесь народу! Гретта, видимо, права - полгорода собралось.
- Монеты! – шепнул мне камердинер.
Запустив руку в мешочек, я бросила в толпу горсть монет. Шум стал ещё сильнее, как и давка, образовавшаяся за заслоном. Все хотели подойти поближе, посмотреть на невесту и, если повезёт, поймать монетку. Монетка со свадьбы приносит удачу!
Я шла к величественному, белоснежному зданию, на ступенях которого меня ожидал сам король Дарий. Он заменит мне отца, ведь папенька не смог присутствовать на торжестве. Именно король поведёт меня к алтарю.
Монеты закончились, как раз, когда я достигла подножия храма. Гретта, державшаяся рядом, забрала у меня опустевший мешочек и сняла с моих плеч меховую шубку. Именно в этот момент, словно по волшебству, разошлись облака и солнечный луч упал точно на то место, где стояла я. Платье заискрилось сотнями искорок, толпа ещё раз дружно ахнула.
После того, как Дарий протянул мне руку, ведя по ступеням, большинство присутствующих направилось к накрытым столам, стоящим за храмом. Торжество началось!
Легкий морозец щипал щёчки, придавая им румянца. Холодный ветерок гладил голые плечи. Но, что мне мороз? Мне - чья магия холод!
Когда мы поднялись по многочисленным ступеням, я увидела Димитрия, одиноко стоявшего у закрытой двери храма. Дарий, молча, передал мою руку жениху. Двери распахнулись, словно ждали, когда мы коснёмся друг друга.
Так же молча, Димитрий повёл меня внутрь. Глаза не сразу привыкли к полумраку коридора, по которому мы шли. Впереди виднелся свет, с каждым шагом становясь всё ближе.
Взору открылся огромный круглый зал, купол которого удерживали высокие мраморные колонны. Между колоннами стояли статуи богов этого мира. Я уже знала, что их несколько. Взгляд пробежал по каменным изваяниям. Казалось, что они вот-вот оживут. И кого же из них благодарить за то, что я попала в этот мир?
К нам вышли несколько служителей храма, облачённые в белые длинные балахоны. Слишком много белого. Всё сливалось, теряя очертания.
Не произнося ни звука, знаками нам указали подойти ближе к мраморному постаменту, стоящему строго по центру зала. На постаменте была водружена большая золотая чаша с прозрачной жидкостью.
У нас на глазах один из служителей кинул в чашу два кольца. По поверхности жидкости пошли круги, она стала мутнеть, пока не стала похожа на молоко.
Димитрий первым опустил руку в чашу и, когда вытащил, в ней было кольцо. Теперь моя очередь, но это уже было совсем не сложно – просто, найти на дне оставшееся колечко. Светлову было намного сложней - он должен был выбрать именно то, которое наденет мне на палец.
Я нащупала его почти сразу, но тут пальцы коснулись ещё чего-то. Ещё одно кольцо? И ещё! Всё дно чаши было усыпано кольцами. Которое из них моё?
Я сосредоточилась, замерла, даже прикрыла глаза. Это мне всегда помогало сосредоточиться. И перед моим внутренним взором возникло видение лежащих в чаше колец. Их было много: простые золотые ободки и богато украшенные перстни, серебро и золото. Но было среди них одно, которое светилось, словно в нём были заключены крошечные язычки пламени. Потянулась к нему, беря в руку. Кольцо даже на ощупь было горячим. Горячим, как этот мужчина, стоящий рядом со мной.
Когда я достала кольцо из чаши, Светлов выдохнул и заметно расслабился, особенно после того, как я надела это самое кольцо ему на палец.
- Ваш брак благословлён богами! – объявил служитель.
Аж, вздрогнула! В полной тишине его слова казались особенно громкими, эхом отдаваясь под сводами. Надо же, я уже думала, что они не разговаривают!
В чаше вспыхнуло пламя, над которым закружились ажурные снежинки. Среди снежинок мелькали едва заметные тени.
-Настоящее чудо! Такое случается крайне редко – когда сами боги благословляют брак, - зашептались между собой служители храма.
Теперь мы должны пройти через зал и выйти с другой стороны храма, как раз туда, где стояли накрытые столы и вовсю шёл свадебный пир.
Из ярко освещённого зала мы вновь попали в сумрачный коридор. Зрение ещё не приспособилось к резкой смене освещения, когда Светлов сильнее сжал мою ладонь, притягивая к себе. И что этот он удумал? Не мог подождать до дома?
Я попыталась вывернуться из его рук, но он зашептал:
- Тихо! Мы здесь не одни!
Я сразу напряглась – в коридоре расположились ниши, в которых стояли статуи в человеческий рост. Идеальное место для засады! Попыталась нащупать связь с моими маленькими помощниками. Она чувствовалась очень слабо, где-то за пределами храма, словно это место было накрыто куполом, не пропускающим любую другую магию.
Димитрий попятился назад, утягивая меня за собой. Делать это в платье с многослойными юбками было очень неудобно, я запнулась. Светлов успел подхватить меня, отвлекаясь от наблюдения за окружающим нас пространством. Именно в этот момент на нас напали.
Серые безликие тени бесшумно появились из ниш и направились к нам. Димитрий передвинул меня к себе за спину, и это стало его роковой ошибкой. Меня подхватило сразу несколько рук, утягивая в боковой проход. Последнее, что я увидела – это, как мой муж дрался с парой безмолвных теней без лиц.
Попыталась активировать свою магию, но в пределах храма она не отзывалась. Меня вели тёмными коридорами. Ничегошеньки не видно, хотя мои похитители прекрасно здесь ориентировались.
Сколько мы уже так шли? В темноте понятие времени стиралось – это могло быть всего несколько минут или много больше. Досчитала до ста и ещё раз до ста, когда почувствовала, что стало холоднее. Перед глазами показался открывающийся прямоугольник двери, в который хлынул морозный воздух. Мы, явно, вышли за пределы храма – я снова чувствовала свою магию. Но не успела я порадоваться, как на голову мне натянули что-то вроде мешка. Снова полная темнота. На плечи накинули шубу, под ногами заскрипел снег.
Чьи-то руки подхватили меня за талию, приподнимая и сажая на жёсткую скамью. Почти сразу скамья подо мной закачалась.
- Это же карета! Меня куда-то везут! – догадалась я.
Применять магию холода я опасалась - ничего не видела сквозь плотную ткань, закрывающую лицо, и поэтому боялась навредить случайным прохожим. Да и лошадей было жалко.
Тогда я начала ощупывать пространство вокруг кареты, ища поблизости хоть какую-то нечисть. Откликнулись сразу два незнакомых мне домовых и одна пустодомка. Домовые не смогут далеко уйти от своего жилища, а вот пустодомка свободна в своих передвижениях.
Подпитала её своей магией и попросила разыскать городового.
Пока ехали, я связывалась со всей попадавшейся мне нечистью, делясь магией, и так отмечая свой путь. По нему городовой с лёгкостью меня отыщет, и передаст моё местонахождение Светлову – ведь их связь становилась прочнее с каждым днём.
Только бы с Димитрием было всё в порядке! Сердце кольнуло ледяной иглой. Лишь сейчас я поняла, как он мне дорог. То, в чём я даже сама себе не признавалась – я люблю его!
Именно сейчас я молила богов, чтобы они помогли не мне, а ему!
- Только бы с ним всё было хорошо! – беззвучно шептали мои губы.
Домовые попадались всё реже, пока я их совсем не перестала ощущать рядом.
Повозка последний раз качнулась и остановилась. Меня вновь подхватили чужие руки опуская на землю. Под ногами чувствовалась каменная дорожка. Было тихо - не слышалось городского шума, лишь ветер завывал, путаясь в стволах деревьев.
Мы за городом!
Вошли в дом, стало теплее. И снова меня куда-то вели.
- Ваша комната, госпожа! – единственные слова, которые я услышала с того момента, как меня похитили.
Стукнула дверь, с характерным скрежетом провернулся ключ. Я содрала с головы мешок, проморгалась, привыкая к свету.
Небольшая, богато обставленная комната. Кроме меня в ней никого. Подбежала к окну, выглядывая на улицу.
Я не ошиблась – мы где-то за городом. Вокруг только заснеженный лес. Даже если сумею открыть окно, куда потом бежать я не знала. Было ещё довольно светло, но зимние сумерки наступают стремительно, а оказаться ночью одной в зимнем лесу мне как-то не хотелось.
Методично осмотрела комнату, явно, принадлежавшую женщине. Об этом говорило обилие подушечек, кружев, салфеточек. Единственное, что мне приглянулось, это бронзовая статуэтка милой собачки. Я взвесила её в руке, прикидывая, подойдёт ли она в качестве оружия? Статуэтка оказалась увесистой.
Взяв её в руку, я продолжила изучать комнату. Обнаружила две двери, одна из которых была заперта, за второй нашлась ванная и прочие удобства.
Переставив статуэтку поближе ко входной двери, я подтащила одно из кресел к окну и, максимально подобрав многочисленные юбки, села. Мне оставалось только ждать.
Ждать пришлось недолго. Сначала я почувствовала, как нагрелось обручальное кольцо на моём пальце, следом за этим пришёл сигнал от знакомой пустодомки. Вскочив с кресла, уткнулась лбом в стекло.
Если там, за деревьями кто-то есть, то отсюда этого совершенно не видно. Я оказалась в незавидной роли заложницы. Всё это усугублялось тем, что городовой, с которым у Светлова была связь, остался в городе. С пустодомкой граф общаться не мог, она в свою очередь не могла войти в дом, в котором уже кто-то жил.
Местного домового я не ощущала, да и не факт, что он станет мне помогать. Конечно, я могу его заставить, но уже давно решила, что не буду использовать эту часть своей силы, принуждая нечисть служить мне против воли.
Кольцо на пальце запульсировало - Светлов совсем рядом. Я зажмурилась, шепча:
- Димитрий! Дима, Димочка, я здесь!
И сразу же пришло видение, как там, в храме: - Светлов стоит за деревьями, глядя на большой трёхэтажный дом. В одном из окон виднеется белое пятно, именно, это окно притягивает всё его внимание.
Резко открыв глаза я прикинула разделяющее нас расстояние. Метров девяносто, тридцать из которых совершенно пустынно – ни кустика, всё как на ладони.
Решение пришло само собой. Я подтащила кресло ещё ближе к окну. На него перенесла самые большие подушки и статуэтку с собой прихватила.
Пыхтя и сдувая с глаз локоны из растрепавшейся причёски, перекрыла вход в дверь одной из тумбочек. Вернулась к окну, прихватывая по пути один из пуфиков, стоящих у кровати. Забравшись ногами на кресло, на мгновение замерла, прикрыла глаза.
- Милый! Я иду к тебе! - пуфик полетел в окно.
В тишине звон разбившегося стекла показался оглушительным. Схватив в руки статуэтку, очистила оконный проём от оставшихся осколков.
Сгребла подушки в охапку и забралась на подоконник. Ко мне из леса бежали люди. За спиной кто-то пытался выбить дверь. Сильнее оттолкнувшись от подоконника, я прыгнула.
Юбки раскрылись, словно парашют, летела я вниз томительно долго - казалось, воздух превратился в вязкий кисель. При приземлении постаралась выставить перед собой подушки, они значительно смягчили падение. Сделав кувырок через голову, я встала на ноги.
Осмотрелась. Ко мне бежали сразу с двух сторон: от леса - Светлов и несколько гвардейцев короля, от дома - два незнакомых мужика, у которых на голову были натянуты мешки с прорезями для глаз.
Дом был намного ближе, Димитрий, по-любому, не успевал. Взвесив в руках бронзовую статуэтку, я приготовилась к обороне.
Первым делом заморозила дорожку под ногами похитителей, но это их не остановило - только быстрее заскользили в мою сторону. Они были совсем близко, когда в поле моего зрения попала висящая на карнизе сосулька.
Один из мешков с глазами издал треск спелого арбуза, встретившись с упавшей на него ледяной глыбой. Мужик замахал руками и осел на землю.
Теперь у меня появился шанс – с одним похитителем справиться намного легче, чем с двумя. Подбежав, он попытался схватить меня в охапку и сразу получил статуэткой под дых, отчего, слегка просел, и получил новый удар бронзовой собачкой уже сзади, чуть ниже шеи. Слегка закачался, но устоял, попытавшись вновь обхватить меня руками. Я увернулась, но ему удалось схватить меня за пышную юбку, подтаскивая к себе.
Подоспевшие Димитрий и гвардейцы обступили нас со всех сторон, медленно зажимая в кольцо. Прямо на меня шёл мой муж, бледный бледный, как снег, с плескавшимся в глазах пламенем. Два огненных шара плясали у него на ладонях, готовые в любой момент сорваться и направиться к цели. Вот только цель успешно пряталась за моей спиной.
- Отпусти её и, может быть, ты останешься жив! – Светлов сделал ещё шаг вперёд.
В этот момент в руках похитителя, непонятно откуда, взялся нож. Он приставил его к моей шее.
- Уйди с дороги и она не пострадает! – раздался из под мешка хриплый мужской голос.
Так! Мне всё это надоело! Видят Боги, я этого не хотела!
Морозная сила заклубилась в моей крови. Видимо что-то почувствовав, Димитрий отступил назад, знаками показывая сделать тоже самое остальным. Он не сводил с меня своих пылающих глаз. Я улыбнулась ему, и изо всех сил шарахнула заморозкой по прижимавшемуся ко мне похитителю, словно он был большой, только что выловленной, рыбиной. Тот, видимо, даже не успел ничего понять. И теперь я стояла в объятьях ледяной статуи.
Димитрий кинулся ко мне, первым делом, пытаясь выбить нож из заледеневшей руки. Только это не так-то и просто! Проморозила я своего похитителя на славу!
- Прикрой глаза и отведи голову, на сколько сможешь, в сторону! – попросил Светлов, берясь рукой за лезвие.
Прямо на глазах нож стал нагреваться, я чувствовала исходящий от него жар. Сильнее обхватывая лезвие, мой муж потянул нож из слегка подтаявшей руки. По пальцам Димитрия потекли ручейки крови, окрашивая красным снег у наших ног.
- Ты порезался! – я дёрнулась к нему, но похититель крепко держал меня второй замороженной рукой. Забавная, наверное, из нас получилась композиция! Ледяной злодей, удерживающий в объятьях девицу в пышном наряде!
Димитрий попытался хоть немного отогнуть обхватывающую меня руку, да, куда там, держит намертво!
- Нужно нести в дом,- подал идею стоявший рядом гвардеец, - Там тепло, быстро оттает!
В доме, у меня за спиной, похоже, шёл настоящий бой. Слышался звон металла, крики мужчин, грохот падающих предметов.
- Понесли! – приказал мой муж, первым подхватывая меня за талию.
Я ничего не видела, так как, несли нас похитителем вперёд. Передо мной было только решительное лицо Димитрия.
Занесли нас в какую-то комнату, пододвигая поближе к пылающему камину.
Подбежавший к Светлову гвардеец доложил, что все обитатели дома пойманы и надёжно связаны. Только теперь Димитрий немного просветлел лицом, снова кидаясь ко мне:
- Как ты себя чувствуешь? Они тебе ничего не сделали? Он обвёл встревоженным взглядом лицо, задерживаясь на шее, которой, не так давно касался нож похитителя.
- Со мной всё хорошо, они накинули мне на голову мешок и посадили в какую-то повозку. Я ничего не видела, поэтому опасалась пользоваться морозной магией. Зато моя нечисть, похоже, отлично справилась, раз ты здесь! Потом меня, просто, оставили в пустой комнате до тех пор, пока я не почувствовала, что ты рядом!
Светлов, наконец, облегчённо выдохнул, а я обеспокоенно посмотрела на его руку, с которой на ковёр, одна за одной, стекали капельки крови.
- Ты ранен! Нужно срочно перевязать руку! – забеспокоилась я.
Димитрий поднял ладонь, с удивлением рассматривая порез, словно заметил его только сейчас.
- Ничего страшного! Царапина! – кривовато улыбнулся он.
- Пожалуйста! Перевяжи руку! Так мне будет спокойнее! – настаивала я.
Успокоилась только, когда он, оторвав край своей рубашки, обвернул свою ладонь.
В комнату то и дело входили гвардейцы, докладывая обстановку. Я прекрасно понимала, что Светлову нужно быть там, где собрали всех обитателей этого дома, и вести допрос. Но он упрямо не отходил от меня ни на шаг.
Ледяной похититель начал оттаивать - у моих ног уже собралась приличная лужица. Лицо горело от жара камина, я потихоньку охлаждала его с помощью морозного ветерка.
Когда в очередной раз Димитрий попытался отодрать от меня ледяную руку, она, наконец-то, поддалась. Не обращая внимания на треск ломающегося льда, он вызволил меня из этой ловушки.
Я оказалась в его крепких объятьях, чему была бесконечно рада. Подняла голову, заглядывая в глаза, на дне которых ещё плескалось усмирённое пламя. В этот момент губы Димитрия накрыли мои.
А я только сильнее прижалась к его горячей груди, впитывая в себя наш первый поцелуй.