Глава 28. Староста

– Староста! Власий! – Зосима колотил в широкие дубовые ворота кулаком и громко кричал. – Что случилось? Где пожар? – к нам вышел высокий мужчина, черноволосый с острым носом и неприятным прищуром. Неужели мы оторвали его от чего-то важного, уж очень недовольным тот был. – Да вот, потерянную Лисяну на проверку притащили, а с ней девку приблудную, врут, что в лесу ночевали. Лиська-то вчера пропала, – Зосима толкнул меня вперёд, наконец, отпустив руку. Очень хотелось признаться, что я барыня, на какой-то страх, засевший в груди ещё при первой встрече с душегубами, не давал раскрыть рта. – Приходите завтра, мне некогда! – он ошарашил своим ответом не только меня, но и всех присутствующих. – Но как же, а если они заразные? – на лице говорившего Зосимы было неподдельное удивление. – Заприте их в сарае, ничего до завтра не случится! – произнёс и захлопну ворота перед нашим носом. – Староста! – более яростно заколотил оскорблённый Зосима в ворота. – Это непорядок! – Ещё раз ударишь, – одна створка распахнулась, и показалось озлобленное лицо Власия. – Тебя из деревни прогоню, пришлый, а твоему дружку запрещу жениться на Лисяне. Пшёл вон! В ворота закрылись в последний раз. – Что стоишь? – Зосима отыгрался на Степане, громко гаркнув. – Тащи их в сарай, до завтра будешь охранять. – В какой сарай? – бугай растерянно смотрел на друга. – В сарай, что в нашем дворе стоит! Глупая твоя голова, только и можешь, что шапку на ней носить. Думать учись! Чего уставились? – это он уже выкрикнул в нашу с Лисяной сторону. – Поторапливайтесь да молитесь, чтобы я ночью с проверкой не пришёл. Стало гадко. И почему я не умею драться? Очень захотелось ему что-нибудь сделать, да побольнее. Не успели мы пройти и двух домов в сопровождении обнаглевших мужиков, как нас настиг истошный вопль. – Нашлась! Кровиночка моя нашлась! На кого же ты нас покинула, Лесяна! – на всех порах по улице бежала дородная женщина, в ней было веса две меня. Что-то не вязалось, как себя вела Лисяна в лесу и как сейчас причитала женщина, нагоняющая нас. Может, это не мачеха? – Куда же ты идёшь, милая! Что ж ты бесстыдница мимо дома прошла? У подбежавшей женщины в глазах стояли неподдельные слёзы. Только Лисяна хотела ответить и даже пустую корзину протянула… – Мать! Ты не причитай, – Зосима вышел вперёд. – Девку твою мы в сарай посадим. Она вчера заблудилась, мы должны её проверить. Не в тумане ли она гуляла, да ещё и не одна… На этих словах, слёзы в глазах мачехи высохли, она быстро развязала платок с головы и как пошла, орудовать им словно хлыстом. Впервые такое видела. – Кто тут девка?! Кого ты назвал матерью? Ты кто такой, пришлый? Совсем страх потерял, девицу в сарай тащить? Люди добрые на помощь! Помогите, дочь крадут посреди белого дня! Обесчестить ироды хотят! И что странно на её крики откликнулись, ворота вдоль улицы начали распахиваться, на дорогу, словно горох посыпали и женщины, и мужчины. Кто с палками, кто с вилами. – Влада, мы идём, – прокричал один из мужчин, из ближайшего дома. – Кто вдовицу решил обидеть? – Вот! Вот эти пришлые, а один из них ещё сватается к моей Лисеньки. Пенёк ему из леса, а не моя деточка. Зовите старосту! – Староста и приказал посадить их под замок, баба ты дурная! – уворачиваясь от очередного удара, взвыл Зосима. Как же я была рада, что ему досталось. Степан же, подняв руки, не шевелился, поняв, что против толпы не попрёшь. Третий их подельник так и вовсе на колени упал. – Какой ты гадёныш, не мог тебе староста такого сказать. Его два дня, как в деревне нет. К барину уехал отчёт держать. Только вечером вернётся, – кто-то выкрикнул из толпы. – Точно, я и забыла, – завязывая платок, прокричала мачеха Лисяны. – Бей их добрый люд, неповадно будет в следующий раз девиц невинных воровать. Про туман врут. Когда к нам из тумана возвращались, – она всхлипнула, а народ зароптал, поигрывая вилами. – Да делайте что хотите! Для вас же старались, а староста уже дома! – Зосима отступил от нас. Я смогла выдохнуть. Спасены. – Но если завтра вас всех накроет туман, то некого будет уже винить! – Нет старосты, я на забор залез, амбарный замок на доме и ставни закрыты, – сообщил запыхавшийся мальчишка. Толпа вновь загудела, прогоняя наглых парней. – Что ты наделал? – слышно, как отходя шептал Степан. – Теперь Лисяна не станет моей женой. – Станет! – уверенно произнёс Зосима. Над нашими головами одиноко каркала ворона. Противно так. А может, это просто мне по ушам от стресса било? Я вертела головой, но не видела пернатую. – Идём домой, – мачеха Лисяны потянула девушку за руку. – И ты иди, отдохнёшь и расскажешь из какой ты деревни, – милостиво разрешила женщина. Дважды просить не пришлось. Не в том положении, чтобы отказываться. Мачеха ещё минут пять благодарила добросердечных соседей за помощь, обещая в трудную минуту, помочь всем. И только зайдя в чужой дом, я поняла, почему она так яростно защищала свою падчерицу, пытаясь вырвать её из чужих лап.