Под маской ненависти

Адалард сидел прямо на полу, прислонившись спиной к письменному столу… и пил. Прямо из пузатой бутылки, в которой был явно не яблочный сок.

– В своё оправдание могу только сказать, что не планировала оказываться здесь, – заметила я, растерянно разглядывая мужчину.

Сейчас, со взъерошенными волосами и в расхристанной белой рубашке, он совсем не внушал страх, а скорее заставлял сердце болезненно сжиматься от жалости.

– Ну, это как водится, – криво усмехнулся Адалард и вновь приложился к горлышку.

Судя по слегка расфокусированному взгляду, он был пьян. Не мертвецки, но уже в достаточной степени, чтобы не до конца осознавать происходящее.

Мне бы стоило уйти. Позвать Кэйли (раз уж сама вернуться домой я не в состоянии) и исчезнуть. Пусть наутро Адалард решит, что я ему просто привиделась в пьяном угаре.

Но какое-то странное, скребущее чувство в груди не позволило мне этого сделать.

Только вот, оставшись, я понятия не имела, что делать дальше. Завести разговор? Попытаться отобрать бутылку?

– Так и будешь там стоять?

– А что я, по-вашему, должна делать? – вежливо уточнила я.

– Сбежать. Ты же всегда так делаешь.

Я тяжело вздохнула. Ну, почему он такой упёртый?

Решение пришло само. Собрав всё скудное мужество, что у меня имелось, я подошла к Адаларду и села рядом.

Адалард повернул ко мне голову, и в его глазах отразился лёгкий интерес.

– А вам бы хотелось, чтобы я осталась? – спросила я.

– Зачем задавать вопрос, на который ты знаешь ответ, – фыркнул Адалард и сделал очередной глоток из бутылки.

– Если бы ответ был мне известен, я бы не спрашивала.

Адалард хмыкнул, но ничего не ответил. А затем вдруг протянул свободную руку и ухватил прядь моих волос, лежавшую на плече.

– Раньше твои волосы были тёмными, как безлунная ночь, – с какой-то подозрительно мечтательной интонацией заявил он, пропуская золотистые пряди через пальцы. – А сейчас сияют, словно сотканы из чистого солнечного света. – Уголки его губ приподнялись в намёке на улыбку. – Мне нравится.

«Что?»

У меня перехватило дыхание, когда Адалард вдруг подался вперёди и накрыл мои губы своими губами.

Поцелуй был мягким и невесомым, однако я поспешила его разорвать, сразу же отстранившись и решительно выставив вперёд ладонь, уперевшись ею в грудь мужчины.

– Да, точно, – Адалард скривился и откинулся на боковину стола. – Никаких лишних прикосновений, Боги не могут предаваться низменным страстям, тем более с людьми.

–Я не богиня, а простой человек, – автоматически поправила я его.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать смысл его слов.

«Адалард что, был влюблён в Мэрен, но она ему отказала?»

Эта мысль поразила меня до глубины души.

До этого всё поведение Адаларда так и кричало, что он Мэрен ненавидит. Но что если вся эта ненависть и злость были лишь ширмой, за которой он прячет истинные чувства?

«Это ещё хуже, – решила я. – Иметь дело с чужой ненавистью – это одно. И совсем другое – неразделённая любовь. Тем более что Адалард продолжает упорно считать меня Мэрен».

– То есть теперь мне можно тебя любить?

Я непроизвольно вздрогнула от этого вопроса.

– Пятнадцать лет прошло, – заметила я. – И вы всё ещё её любите?

– Я люблю тебя, – припечатал Адалард. – С тех пор, как мне исполнилось четырнадцать, и я осознал, что мои чувства далеки от сыновней почтительности или простого дружеского расположения. – Его губы искривились в болезненно гримасе. – Но тебе это и так хорошо известно – я тебе это уже говорил.

И снова приложился к бутылке.

– Адалард, – я осторожно положила ладонь ему на плечо и проникновенно заглянула в глаза. – Я – не Мэрен. Мне жаль, но та, кого вы любили, умерла пятнадцать лет назад.

– Чушь! Боги не умирают.

– Возможно. Но она, как и я, богиней не была.

– Зачем ты продолжаешь мне лгать? – возмутился Адалард, сбрасывая мою руку со своего плеча. – Зачем ты вообще пришла? – его голос был наполнен горечью. – Я пятнадцать лет изо дня в день приходил на берег твоего треклятого озера и звал тебя. И ни разу ты не откликнулась. И только стоило мне смириться с тем, что больше никогда тебя не увижу, ты появилась снова. Решила помучить меня? Отнять у меня жену и сына тебе показалось мало?