Разборки

– Нет, это называется вежливость, – с тяжёлым вздохом ответила я, ощущая себя так, словно говорю с умственно отсталым. – Обычно люди, знаете ли, представляются, когда начинают общение с незнакомцами.

«Лорд» смерил меня презрительным взглядом. А затем всё же снизошёл до ответа:

– Адалард Вьеренс, – представился он. – Для тебя лорд Вьеренс или милорд.

«Как официально», – мысленно фыркнула я. Однако вслух сказала: – Как скажете, милорд.

Его взгляд всё ещё был наполнен подозрением, однако каменная линия плеч немного расслабилась.

– То есть ты утверждаешь, что переместились ко мне случайно? – уточнил он.

– Я только что именно это и сказала, – пожала я плечами.

– Докажи.

Он подошёл к ванной и повернул вентили, после чего заткнул слив изящной медной пробкой.

– Я не уверена, что получится… – предупредила я.

Но в целом перспектива разрешить зарождающийся конфликт мирным путём мне нравилась.

Адалард ничего не ответил, лишь впился в меня колючим взглядом.

– Почему ты вся блестишь? – неожиданно спросил он спустя пару минут тишины, нарушаемой лишь тихим журчанием воды.

Я развела руками и беспомощно улыбнулась.

– Моя помощница Кэйли назвала это «благословение Великого Ияр». Что это значит, я понятия не имею, и хочу от него как можно скорее избавиться.

– Благословение Великого Ияр? – переспросил лорд с какой-то очень странной интонацией в голосе.

– Ага, – подтвердила я, осторожно заглядывая в небольшую лужицу, успевшую собраться на дне ванны.

К сожалению, ничего интересного я там не увидела, только своё лицо.

«Может, нужно большее количество воды?» – неуверенно предположила я.

В этот самый момент Адалард внезапно схватил меня за плечи и толкнул к стене, с силой впечатав в неё спиной.

Я испуганно охнула, но ничего предпринять не успела: мой рот запечатали грубым поцелуем.

В груди тут же вспыхнула ярость. Никто не смеет целовать меня без разрешения!

Вода в кране неожиданно брызнула во все стороны, окатив нас с лордом, комната дрогнула, и мы оказались посреди огромного сугроба в окружении высоченных елей.

Ни я, ни мой спутник к столь внезапному перемещению оказались не готовы. Только вот если он ошеломлённо принялся оглядываться по сторонам, я, движимая праведным гневом, с силой пихнула его в грудь, усилив удар магией.

Адалард, явно не ожидавший такого поворота событий, не устоял на ногах и комично плюхнулся задницей в соседний сугроб.

– Вы совсем из ума выжили? – возмущённо воскликнула я, экспрессивно взмахнув руками. – Я вам не кухарка, которую можно зажимать по тёмным углам и делать с ней всё, что вздумается!

Адалард, ловко вскочив на ноги, сделал стремительный бросок и, схватив меня за руки, повалил спиной в снег.

– Ты – мелкая дрянь, оккупировавшая часть моего леса! – зло выплюнул он мне в лицо. – И ты принадлежишь мне, как и этот лес, и твоё трижды проклятое озеро. А значит, я могу делать с тобой всё, что захочу!

И вновь заткнул мне рот поцелуем.

По спине у меня пробежал противный холодок, а память услужливо подкинула похожую сцену, только со мной и Эриком в главных роля.

Он тоже всегда кричал, что я принадлежу ему, и он может делать со мной всё, что хочет. В большинстве случае это заканчивалось побоями. А порой разорванным платьем, синяками и укусами по всему телу, и исполнением супружеского долга через кровь и слёзы.

Ярость в груди разгорелась с новой силой.

Ну, уж нет, больше никому не позволю со мной так обращаться!

Я с силой стиснула зубы, прикусив нахалу язык, и тут же ощутила во рту металлический привкус крови.

Адалард с болезненным шипением отстранился, и сразу же мою щёку обожгла резкая пощёчина.

Внезапно налетел мощный порыв ветра, отбросивший моего обидчика на пару метров в сторону, а я вдруг оказалась в центре самой настоящей снежной бури.

У меня не было сомнений, что вызвала её я сама. Только как сейчас это всё прекратить?!!