Глава 11

Я настолько погрузилась в размышления о природе своей магии и возможно связи с богами, что даже не сразу сообразила, откуда на кухонном столе появились три золотые монеты.

— Все-таки заплатили, — удовлетворенно произнесла я. — Признаюсь, я думала, что они забудут. Что именно ты делала? Яды определяла?

— Да, лейра, — кивнула Инга. — Смотрела на больных и говорила, какой из ядов мог быть там использован.

— Сложно было?

— Не особо. Маричка, травница, хорошо в них разбиралась. И меня заставляла учить все наизусть.

«И правильно делала, — подумала я. — Вот теперь твои знания помогут нам прожить безбедно всю зиму».

На самом деле я сама забыла полностью об оплате, настолько шокирующими были для меня новости о богах. И поэтому щедрость Арнольда меня удивила. Хотя, с другой стороны, все верно: он думал, что общается с кем-то из приближенных к небожителям, а потому постарался задобрить меня приличной по местным меркам суммой золота.

В любом случае, теперь мы с Ингой вернулись в усадьбу, и жизнь точно войдет в привычную колею.

Мы с Ингой разошлись по комнатам — следовало переодеться, убрать грязные вещи в стирку и только потом заниматься приготовлением пищи и уборкой дома.

Пока поднимались по лестнице и шли по коридору до комнат, я заметила, что температура в доме действительно поднялась. И мне, мерзлячке, можно было ходить теперь всего в двух кофтах и одних, пусть и теплых, штанах. Инга же вообще после переодевания вышла в одной кофте и легких штанах. Ну да, она местная, холод переносит лучше меня…

Драгоценности я предусмотрительно сняла и положила в тайник. Бог-основатель, думаю, при желании сможет со мной связаться и без активации кольца. А местным крестьянам незачем знать о золоте, хранящемся в этом доме. Искусов меньше будет.

Встретились мы на кухне, насыпали на стол часть запасов шарты, стали неспешно ее перебирать. Говорить ни о чем не хотелось. Мне нужно было все обдумать. Инге, видимо, тоже. Ну, или же она просто не хотела мне мешать. В любом случае, в тишине мы перебрали шарту, поставили ее на огонь и занялись рукоделием. Я штопала старые вещи, Инга вязала то ли шарф, то ли шапку. Хорошо, тихо, спокойно.

Следующие двое суток новостей не принесли. Мы ели, спали, занимались домом и рукоделием. Мне ничего не снилось, и это меня радовало. Все же страшновато было бы повстречаться с тем самым богом или его потомками в реальности.

На третий день возле усадьбы появились деревенские жители, на телеге. Они привезли двух девчонок-погодок, лет пяти-семи, неудачно упавших на обледенелой дорожке неподалеку от деревенской речки. Перелом руки и сильный ушиб ноги. Перелом сращивала магией Инга. Она же занималась ушибом. Два цыпленка и часть свиной туши стали отличным дополнением к нашим припасам. А я подумала, что без надобности зимой из усадьбы точно нос не высуну. Если руку или ногу сломаю, лечить меня будет некому — магия Инги на меня не действует…

На улице между тем похолодало — температура, по моим ощущениям, опустилась до минус десяти, хотя Инга уверяла, что там было не больше минус пяти. Снег прекратился, но и того, что нападало, было достаточно, чтобы потонуть в сугробах дай бог, если по пояс. Правда, с моим небольшим ростом я там могу и по шею провалиться.

Что меня удивляло, так это то, что температура в доме не менялась. Как повысилась во время последнего выброса искр, такой и оставалась. И мы с Ингой практически радовались жизни, гуляя по дому в легкой, на наш взгляд, одежде.

Дни шли неспешно, но неумолимо. Через три недели наши припасы начали подходить к концу. Воды было еще прилично, а вот еда… Миска сырой шарты и половина уже сваренной курицы. Не густо. Максимум на полтора дня для нас с Ингой. Надо было выбираться в деревню. Ну, или же ждать кого-нибудь в гости. А вдруг уважаемым лейрам снова понадобится эксперт по ядам со стороны?

Но в этот раз помощь пришла, откуда мы с Ингой и не ждали. Надо заметить, что мне давно уже не снился бог-основатель. То ли потому, что я сняла кольцо, то ли потому что он не мог пробиться ко мне. Второе, конечно, было бы предпочтительней.

И поэтому когда однажды во время обеда со стороны черного входа послышался стук, мы с Ингой многозначительно переглянулись. Или уже знакомые лейры, или крестьяне. Никого другого мы не ждали.

Но ошиблись. За дверью, под козырьком, стоял молодой мужчина. Симпатичный, высокий, голубоглазый, одетый в темно-синее теплое пальто и такого же цвета шапку на меху, он смотрел пронзительно и в то же время выжидающе.

— Ты его знаешь? — спросила я, подходя к двери.

— Нет, лейра, — ответила Инга.

Я тоже не знала. Но мужчина ждал. И оставлять его на морозе с нашей стороны было бы свинством. Пришлось впустить.

Я потянула дверь на себя, давая возможность незнакомцу войти. Он перешагнул через порог, потоптался на постеленном коврике синими сапогами с меховой опушкой и внимательно посмотрел на меня.

— Ты не Миролава, — заявил он вместо приветствия.

— И вам добрый день, — невозмутимо ответила я. — Может, представитесь? Я вас первый раз вижу.

— Смелая, — усмехнулся мужчина, протянул ко мне руку и тут же отдернул ее. Лицо его исказилось, словно от боли. — Можно было и предупреждением обойтись.

Я снова мало что понимала в происходившем, потому лишь пожала плечами:

— Я все еще жду, когда вы представитесь.

— Лорин, бог торговли, брат Миролавы, — его тон неуловимо изменился. Теперь в нем слышалась настороженность.

Рядом тихо ахнула Инга.

Лорин перевел на нее взгляд, его брови встали домиком.

— Моя помощница, Инга, — сообщила я ему, — в обиду не дам.

Лорин криво усмехнулся, но заострять на моих словах внимание не стал, вместо этого спросил:

— Пригласишь в дом войти?

— Вы вроде бы уже вошли, — я повела рукой в сторону кухни, — проходите. Пообщаемся. Втроем.

Лорин кивнул и пошел в указанном направлении.

На входе в кухню Лорин щелкнул пальцами, и верхняя одежда исчезла. Бог торговли остался в светло-коричневом камзоле с посеребренными нитями и золотыми пуговицами. Из рукавов камзола выглядывали белоснежные манжеты с запонками, тоже золотыми. Штаны под цвет камзола и черные туфли вместо сапог — и перед нами с Ингой настоящий щеголь.

— Садитесь, — предложила я.

Лорин выбрал стул поближе к окну. Мы с Ингой уселись на два остальных. Она — у двери, я — посередине комнаты.

Я выжидательно посмотрела на молчавшего Лорина.

Он вернул мне взгляд, только его глаза, в отличие от моих, просканировали меня с ног до головы.

— Ты не Миролава, но живешь в ее доме, и он тебя слушается. У тебя есть сильная защита, — задумчиво проговорил Лорин. — Магией ты, видимо, тоже владеешь, иначе здесь было бы очень холодно. Так кто же ты?

— Зачем вам это? — ответила я вопросом на вопрос. — Для чего вы здесь? Откуда я знаю, может, ответив на ваши вопросы, я подвергну наши с помощницей жизни опасности?

— Справедливо, — согласила Лорин. — Клянусь, что не замышляю против вас обеих ничего дурного и не желаю вам горя, бед, смерти.

Из-под его ладони, лежавшей на столешнице, появилась и тут же растворилась в воздухе небольшая алая молния.

Я скосила глаза в сторону Инги. Она сидела, завороженно глядя на столешницу. Вот же… Магичка…

— Я появилась здесь недавно. Меня перенесли в этот дом издалека. Кто — не знаю. О Миролаве я узнала уже здесь, от помощницы. Магией я владею, — отделалась я общими ответами.

Лорин вызывал у меня подозрения даже после клятвы. Кто он вообще за существо? Какие силы ему подчиняются? И самое главное — что он здесь делает?

— Меня послал отец, — словно услышав мой последний вопрос, произнес Лорин. — Он не может с тобой связаться, даже во сне. Он был уверен, что общается с Миролавой, и приказал вернуть сестру домой. А теперь я даже не знаю, что ему говорить.

— Правду, — посоветовала я. — Что я не Миролава, с опасением отношусь к общению с богами напрямую и хочу жить спокойной жизнью здесь, в этой усадьбе. Как вы меня нашли, кстати?

— Я знал об убежище Миролавы, — последовал ответ. — От меня она никогда не скрывала, где живет.

Ах, даже так. Ото всех скрывала, а от него нет.

— А еду вы нам можете доставить? Хотя бы немного? — решила я немного поэксплуатировать бога торговли. Нет, ну а что? Кто же приходит в гости с пустыми руками?

Лорин недоуменно на меня посмотрел, потом зачем-то провел ладонью над столешницей и хмыкнул:

— Немного, говоришь. И сколько дней вы собирались жить на свои остатки?

— Сколько получится, — ответила я честно, удивившись способностям Лорина. С другой стороны, он все же бог…

— Будет вам еда. С отцом я поговорю. И если будет нужно, открою ему твое местонахождение, — сообщил Лорин и исчез.

А на его месте появилась небольшая горка разнообразных продуктов. Даже на первый взгляд того, что он оставил, нам с Ингой хватило бы недели на три, если не больше.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌ — Инга, отомри, — насмешливо позвала я помощницу, смотревшую на еду, как мартышка на удава.

Инга покраснела, отвела глаза.

— Что опять не так?

— Тут все дорогое очень, лейра, — последовал ответ. — Вот, например, — указательный палец Инги завис над караваем хлеба, но не дотронулся до него. — Он из белой муки, чистой, просеянной не раз. У крестьян на такой хлеб денег не хватит.

Да? А по мне, каравай, как каравай. Ну, разве что действительно немного цветом отличается от того, к которому я успела привыкнуть.

— Предлагаешь не есть и помереть от голода? — снова иронично спросила я. — Инга, он бог. Доставил то, что под руку попалось. А попались ему дорогие продукты. Что ж тут поделать.

— Я понимаю, лейра…

Да? А по тону не скажешь.

— Тогда предлагаю начать разбирать продуктовый набор.

Инга заторможенно кивнула.

В оставленных Лорином продуктах оказалось два каравая, три крынки молока, айнар — густая местная сметана, лочики — кисло-сладкие фрукты фиолетового цвета, напомнившие мне земные мандарины, несколько килограмм картошки, благо она росла в обоих мирах, местное сливочное масло, называемое сортоной, и три тушки курицы. По уверениям Инги, мы могли жить на этих продуктах больше месяца.

— Это если кто-нибудь в гости не пожалует, тогда и за неделю управимся, — проворчала я, оглядывая взором генерала на плацу разложенные припасы. — Что тут быстро портится, кроме молока, айнара и хлеба?

- Только лочики, лейра.

— Вот их и будем есть в перерывах между приемами пищи. Заодно и на иммунитете должно сказаться положительно.

Инга кивнула, но вряд ли поняла слово «иммунитет». Впрочем, она давно привыкла к моей заумной речи.

Часть продуктов мы спустили в подпол, остальное оставили на кухне и с удовольствием поужинали вечером остатками сваренной курицы, хлебом с айнаром и молоком. Ну и лочики попробовали тоже. Все же зимой нужно есть как можно больше фруктов и овощей.

— Если так и дальше пойдет, то к весне мы с тобой растолстеем и в дверь не пролезем, — заметила я, сыто вздохнув.

— За весну и лето скинем, лейра, — улыбнулась Инга.

— Угу, а потом снова наберем.

В общем, спать мы отправились, довольные жизнью.

Первый раз за все время пребывания в другом мире мне снилась Земля. Я молчаливым призраком ходила по знакомым и давно изученным местам: по городу, в котором работала, по кварталу, в котором росла, по квартире, в которой жила с рождения. Ходила, смотрела, вспоминала. И как будто бы прощалась со всеми этими, привычными для меня, местами.

Проснулась я рано утром, угрюмая. И вот что это было? К чему такой сон? Зачем мне напоминание о прошлой жизни? Кто и для чего мне все это показал?