Глава 19

— Избранный, значит, — скривилась Миролава. Как и Нортона, я даже про себя не могла называть ее матерью. — Вот потому я и сбежала отсюда. Совсем забыли о нормальных отношениях. Избранность во главе угла. И плевать на чувства. Мама, твоя бабушка, все порывалась и меня «посмотреть». Как же, единственная дочь среди сыновей, надо же узнать, кто именно ей судьбой предназначен. Это счастье, блин, жить рядом с избранным! Меня, конечно же, никто не спрашивал. Родилась в семье богов — подчиняйся правилам.

Миролава говорила экспрессивно. Было видно, что она не привыкла сдерживать свои эмоции и чувства и предпочитала говорить в лицо все, что думает.

— А ты была против? — спросила я.

Мы сидели в моей комнате, в особняке теперь уже Миролавы и разговаривали вот уже больше часа.

— Ты тоже против, — ответила Миролава. — И я прекрасно тебя понимаю. Ненавижу, когда принуждают к чему-то. Эта черта характера в тебе от меня.

Я решила не развивать эту тему и уточнила:

— А бабушка не могла посмотреть без твоего согласия?

— Не в согласии дело, — качнула головой Миролава. — Смотреть судьбу и избранного можно только после совершеннолетия, до этого момента нити судьбы подвижны и могут переплетаться друг с другом, постоянно меняя узоры. Я еще до совершеннолетия поставила защиту на себя. Сейчас это трудно объяснить. Начнешь заниматься с дедом, он тебе покажет, как это делается. Из меня учительница так себе. Чем сильнее существо, тем мощнее его защита. Мою мог пробить только твой дед. Но это потребовало бы от него больших усилий. И они с матерью постоянно откладывали данный момент. А потом я влюбилась в Нортона и заявила, что никто другой мне не нужен. Избранный, не избранный, какая разница, если есть чувства. Мы с Нортоном не так уж долго встречались. Я не заметила у него сильных чувств к себе. У меня взыграла гордость. Я порвала со всеми: и с ним, и с семьей, — и сбежала. Сюда. Здесь тихо, спокойно, рядом магический источник, из которого при должном умении можно черпать силу. Уже здесь я узнала, что мои подозрения насчет беременности оправдались. Рожать я решила в другом мире, чтобы по всплеску силы меня не смогли отследить ни мать, ни отец. Но произошла накладка. Я слишком слаба была перед родами, не смогла открыть портал туда, куда задумывалось, родила уже здесь, потом попыталась срочно переместиться хоть куда-нибудь. Переместилась… — горько усмехнулась Миролава. — Незнакомый безмагический мир высосал из меня все силы. И лишил памяти. Я не помню, кто и когда тебя у меня отобрал, при каких обстоятельствах это было. Помню только, что жила я там долго, очень долго, с чувством потери. Затем какие-то молодые идиоты решили создать портал. В безмагическом мире, да. У них ничего не получилось, а меня мои крохи магии выкинули в соседний мир. Я бродила по мирам несколько лет, пока, наконец, случайно не вернулась сюда.

Я молча слушала. Миролава рисовала образ этакой жертвы обстоятельств. Не знаю, может, все в реальности так и было, но мне она представлялась чересчур взбалмошной женщиной, привыкшей, что все подчиняются ее приказам.

Миролава ушла примерно через час. Сообщила, что собирается пока жить у родителей, с которыми успела встретиться до меня. Усадьба ей не нужна, и я могу распоряжаться этим зданием так, как считаю нужным. И селить здесь могу кого угодно.

— Если нужно будет обновить защиту, это сможем сделать и я, и отец, — сообщила Миролава и обняла меня, крепко прижав к себе. Я не противилась и даже обняла в ответ.

Правда, не почувствовала в душе никакого тепла. Но ведь ему и не откуда было взяться. В отличие от приемной семьи, которая давала мне все, что могла, Миролаву я видела первый раз в жизни.

Оставшийся день я провела дома. Поела, убрала, вместе с Ингой приготовила еду на завтра. А потом, ближе к вечеру, закрылась в своей комнате с купленной книгой.

В моей душе был настоящий раздрай.

Уйма новых родственников, внезапно свалившихся на меня, душевному спокойствию откровенно мешала. Я не успела принять существование бабушки и деда, как оказалось, что у меня есть отец и избранный. Только начала налаживать контакты с ними, как внезапно появилась мать. Для меня, тихой, зажатой женщины, столько существ вокруг было многовато. Я радовалась, что они давали мне возможность привыкнуть к новым обстоятельствам. Но ведь для каждого из них нужно было отыскать в душе хотя бы частичку тепла. И вот тут уже я готова была благодарить то ли мироздание, то ли судьбу, в общем, кого угодно, что то, что появилось между нами с Арнольдом, та самая «искусственная химия», возникло из ниоткуда само собой. Хотя бы к будущему мужу я однозначно что-то чувствовало. И мне не нужно было рядом с ним изображать несуществующие эмоции.

Вздохнув, я заставила себя открыть книгу и углубиться в чтение. Листала страницы, узнавая о сохранившихся литературных памятниках, из уст в уста передававшихся мифах и сказаниях. Многое было в новинку. Например, я понятия не имела, что раньше в мире имелось не четыре материка, а пять. Потом случилась катастрофа, что-то, подобное земному падению метеорита, и один из материков ушел под воду. Катастрофа ударила по всем жителям мира без исключения. И восстанавливаться после нее пришлось десятки лет. Именно после этой катастрофы на многих землях стали появляться ведьмы — женщины, приобретшие внезапно магическую силу.

— Ну конечно, — пробормотала я, оторвавшись от книги, — такой стресс пережить. На Земле можно с ума сойти. А тут магия пробуждается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Я хмыкнула про себя и снова вернулась к чтению.

Заснула я поздно, с трудом оторвавшись от чтения, прочитав предварительно примерно половину книги. Остановилась на современном времени, за три-четыре века до моего появления в этом мире. Вопреки ожиданиям, спала я спокойно, кошмары мне не снились. И проснулась я в умиротворенном настроении.

Ну, здравствуй, новый день. И что именно от тебя ждать?

Сразу после завтрака появился Арнольд. Пришел, как и раньше, порталом. Поздоровался, мягко улыбаясь, вручил букет цветов. Я смутилась, первый раз в жизни, наверное, по-настоящему смутилась. Мне никто никогда не дарил цветы, не считая детей в школе. Ни один мужчина не вручал мне букеты, да еще и с таким выражением глаз. Арнольд смотрел на меня, как голодный кот на заветное блюдечко со сметаной.

— Горшарны считаются символом верности, — сообщил Арнольд.

Горшарны, значит. Звучное название. Цветы были ярко-синими, с крупными продолговатыми лепестками и толстым мясистым стеблем.

— Спасибо, — совершенно искренне поблагодарила я и зарылась носом в букет. Пахли горшарны легким морским бризом. — Очень красивые.

— Рад, что вам нравится, — а в голосе — обещание райского блаженства, как только я попаду в руки Арнольда.

Мое тело, жаждавшее прикосновений Арнольда, отреагировало предсказуемо: от макушки до пят прошла волна дрожи. Впрочем, только ли тело? Я поймала себя на мысли, что Арнольд выбрал правильный путь, чтобы добиться моей благосклонности. Он действовал вроде и мягко, но в то же время упорно. Видел цель и упрямо шел к ней, не замечая вокруг препятствий. Шаг за шагом он продвигался к тому, что ему было надо, каждый раз демонстрируя себя только с положительной стороны. Драгоценность, наряды, завтрак наедине, цветы. Меня охмурял опытный ловелас. И если я все еще сопротивлялась, то исключительно из упрямства.

Сколько там оставалось до свадьбы? Полторы-две недели?

Эти мысли промелькнули в моей голове за несколько мгновений. Я все еще скрывала лицо в цветах, делая вид, что наслаждаюсь их запахом.

Неохотно оторвавшись от них, я заставила себя посмотреть в лицо Арнольда. Будущий муж. Избранный. Ни за кого другого мне выйти не позволят. Мы оба взрослые люди. И чего, спрашивается, я тяну время?

— Поцелуйте меня, — пересилив себя, попросила я и замерла в ожидании ответа.

Арнольд сделал два шага, подошел вплотную ко мне, пытливо заглянул в глаза, спросил:

— Вы уверены?

Уверена ли я, трусиха? Нет, конечно.

— Да, — ответила я.

В следующую секунду мужские губы накрыли мои.

Я словно нырнула с головой в глубокий омут, наполненный непонятным восторгом, странным ликованием, пресловутыми «бабочками» внизу живота и желанием, чтобы поцелуй не заканчивался никогда. Не знаю, сколько мы целовались в реальности. По ощущениям, это была вечность.

Наконец, Арнольд отстранился, тяжело дыша. Я хватала ртом воздух, пытаясь прийти в себя. Ноги подкашивались, руки тряслись, в голове стоял густой туман, мешавший мыслить адекватно.

— Я пока могу остановиться, — услышала я и качнула головой.

— Нет.

А дальше… Дальше мы сходили с ума от страсти. Время замедлило свой ход. Я наслаждалась прикосновениями желанного мужчины. Его губы покрывали поцелуями мое тело — непривычные ощущения заставляли меня трепетать от восторга.

Когда, наконец, все закончилось, я лежала на постели без сил, не могла выровнять сбивчивое дыхание и поймать хотя бы отголосок мыслей в пустой голове.

— Тебе понравилось? — голосом соблазнителя спросил Арнольд. Его рука мягко коснулась моей щеки, и я готова была замурлыкать от такой немудреной ласки.

— Очень, — честно ответила я. — Но как-то все очень быстро. Я думала, что это произойдет после свадьбы.

— Это сила притяжения избранных, — объяснил Арнольд. — Теперь мы с тобой стали одним целым.

Магия, значит. И тут вмешалась. И почему я не удивлена.

Арнольд ушел примерно через полчаса, спросив, не хочу ли я перебраться во дворец до свадьбы.

— Сначала поговорю с дедом, чтобы поставил защиту на Ингу, — вздохнула я. — Не хочу оставлять ее здесь одну без магической помощи.

— Да, конечно, — кивнул Арнольд и, полностью одетый, поцеловал меня в губы легким поцелуем, а затем исчез в открытом портале.

Я осталась одна. Все еще голая, я поднялась с постели, поморщилась от последствий первых постельных игр, натянула халат и отправилась мыться. Сначала приведу себя в порядок, а потом подумаю об остальном.

Раз уж магия в очередной раз вмешалась, и мы с Арнольдом стали близкими существами во всех смыслах слова, то и тянуть с переездом не стОит. А ведь я даже не спросила, с каким количеством родственников мне предстоит познакомиться. То еще счастье…

С этими мыслями я дошла до помывочного чана, дождалась, когда в нем с помощью моей магии нагреется вода, залезла внутрь и принялась мыться. Настроение было умиротворенным. Я чувствовала себя спокойно и на удивление не боялась грядущих проблем. Новое для меня состояние, не сказать, чтобы неподходящее мне.

Мытье продолжалось недолго. Я вообще старалась все делать как можно быстро, чтобы посвятить время другим делам. Вскоре я вылезла из чана и, стоя на невысоком табурете, начала растирать тело широким махровым полотенцем. Закончив, надела халат и тапки и вернулась в спальню.

Теперь нужно было пообщаться с дедом насчет Инги и защиты дома. Но сначала — одеться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Портниха с новыми вещами еще не появилась, а потому я надела то, в чем ходила раньше, еще до того, как узнала, кем являюсь. Белье, штаны, кофта — все это я натянула на себя довольно быстро, закрыла глаза и постаралась мысленно воспроизвести внешность деда.

— И что опять случилось? — раздался знакомый насмешливый голос.

— Доброе утро, — улыбнулась я, открыв глаза и повернувшись к деду. Как обычно одет с иголочки, стоит, ухмыляется. — Возможно, я в ближайшие дни перееду во дворец к Арнольду. Могу я попросить тебя наложить защиту на дом и мою помощницу?

Пока я говорила, на лице дела деда все сильнее проступало изумление. Когда я закончила, то услышала удивленное:

— Ты кто? Куда делась моя вечно недовольная жизнью внучка?

Очень смешно, да…

— Так ты поможешь? — уточнила я.

— Естественно. Как только пойму, откуда такие резкие изменения.

Вот же… Зараза…