Глава 21

Мы наслаждались друг другом всю ночь, познавая возможности партнера и лаская его тело. Не знаю, может, дело было в магии, а может, я начала постепенно влюбляться в Арнольда, но рядом с ним я ощущала себя на седьмом небе от счастья. Мне было хорошо и спокойно, а утром не хотелось его отпускать.

Когда, наконец, Арнольд ушел во дворец порталом, я потянулась и села на постели. Старая дева влюбилась, кто бы мог подумать. Рассказать матери, не настоящей, приемной, так она точно порадовалась бы за меня, так как была уверена, что с моим характером я закончу жизнь в собственной кровати в полном одиночестве. Да я и сама в любовь или какие-то глубокие чувства к противоположному полу никогда не верила. Однако смотри ж ты. Арнольд только что ушел, а я уже без него скучаю. И даже если это магия, ощущения все равно крайне необычные для меня.

Встав с постели, я накинула на тело халат, обула тапочки и направилась в ванную — мыться. Сегодня должна была появиться портниха с новыми платьями. Вот как раз одно из них я и надену завтра на встречу с будущими свекрами.

Я решительно отогнала последнюю мысль куда подальше. Потом. Сначала — купание.

Мылась я недолго, минут пятнадцать-двадцать, не дольше. Вдоволь насладившись горячей водой, я тщательно вытерлась большим банным полотенцем, появившимся здесь недавно по моему желанию. Теперь встреча с портнихой. А затем можно будет и позавтракать.

Портниха прибыла, как обычно, со своими помощницами. В их обязанности входило нарядить меня в готовые изделия и выявить все недостатки. А портниха уже магически исправляла эти самые недостатки, прямо на мне. В этот раз их оказалось не так и много, и потому закончили мы с примеркой довольно быстро.

Три платья, плащ, белье — мой гардероб постепенно пополнялся. И я снова испытывала странные чувства — я радовалась получившимся вещам и все никак не могла поверить, что они принадлежат мне и сшиты на заказ, а не взяты у кого-то из фрейлин во дворце. Все же я не привыкла иметь красивую и качественную одежду…

Инга заканчивала завтракать, когда я появилась на кухне.

— Что-нибудь есть пожевать усталой родственнице богов? — иронично спросила я, проходя в комнату.

— Да, лейра, — кивнула Инга. — На плите ножка поросенка и шарта.

— Отлично, — довольно потерла я руки. Не пиршество богов, конечно, но мне вполне сойдет. Я никогда не была прихотливой в быту.

Шарта и поросенок уже остыли, но меня такая ерунда не остановила. Набив желудок, я задумалась: уборка была вчера. Сегодня пыль и грязь еще не успели скопиться по углам и на поверхностях. Что ж, значит, будет стирка.

Всю нашу грязную одежду мы складывали в отдельной комнате. Белье стирали самостоятельно, верхнюю одежду — по очереди. Сегодня была моя очередь, так что я порадовалась, что спустилась в кухню в привычных штанах и кофте. Не хотелось бы испачкать ни одно из нарядных домашних платьев.

С этими мыслями я поднялась со своего стула и отправилась стирать.

День прошел спокойно. Я намеренно стирала без магии, заставляя себя переключиться на физический труд, а потому мысли особо в голову не лезли. Поужинали мы с Ингой вместе, вовремя, и сразу же разошлись по своим спальням.

Минут через пятнадцать после того, как я, одетая в длинную ночную рубашку, улеглась с книгой в кровать, в спальне появился дед, в своих неизменных камзоле и штанах, на этот раз темно-синих.

— А если бы я была занята? — поинтересовалась я вместо приветствия, не понимая, как можно вламываться в помещение, предварительно не сообщив о своем появлении.

— Чем? — насмешливо поинтересовался дед. — Впрочем, можешь не отвечать. Если бы ты была «занята», магия сообщила бы мне об этом.

Еще и магические «жучки». Впрочем, чего еще ожидать от всемогущего бога-основателя?

— Посмотри на меня, — то ли попросил, то ли велел дед, становясь напротив меня и впиваясь внимательным взглядом в мое лицо. — Так я и думал. Успела себя накрутить. Женщины. Еще ничего не произошло, а вы уже переживаете.

Я так не считала, наоборот чувствовала себя умиротворенной, но спорить не стала.

Дед сделал пару пасов руками и удовлетворенно кивнул:

— Так-то лучше. Все лишние эмоции я убрал. Теперь истерить при встрече с императорской четой ты точно не станешь.

Да я вроде и не собиралась.

Дед между тем исчез, не прощаясь. Я тяжело вздохнула: ох уж эти родственники.

Книга, та самая, купленная Нортоном мне в подарок, так и сыпала именами и названиями. Я и трети запомнить не могла. История, конечно, вещь увлекательная, но только когда есть хотя бы какая-то база. А так поди пойми, почему мой дальний предок, Ронторн, император драконов, пятьсот лет назад отказался жениться на некой Орилис. Правда, через пять-семь страниц я узнала, что Орилис была наследницей одного из сыновей императора оборотней, но ясности истории это не прибавило. А между тем книга утверждала, что с тех пор между оборотнями и драконами довольно напряженные отношения. А я, дочь дракона, собиралась замуж за оборотня…

Впрочем, спать мне вопросы истории не помешали. Видимо, сказались или сильная усталость, или манипуляции деда.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Утром, сразу же после утренних процедур, но еще до завтрака, в моей спальне появился Арнольд.

— Я скучал, — он обнял меня и прижал к себе.

— Я тоже, — призналась я, обняв его в ответ. И не могла не спросить. — Что там за история с Ронторном и Орилис? Почему он на ней не женился?

Секундная заминка, потом веселое фырканье.

— Ира, ты уникальная женщина. При чем тут история о неудачной личной жизни моего прадеда, когда мы с тобой собираемся завтракать с моими родителями?

— Именно, — рассудительно ответила я. — Я — дочь дракона, ты — оборотень. Я читала, что между этими расами до сих пор напряженные отношения.

— Нас с тобой это точно не коснется, поверь мне. Да и торгово-политические отношения с драконами у нас давно восстановлены. Милая, переодевайся, и отправимся во дворец.

С этими словами Арнольд отпустил меня и вышел за дверь, давая мне возможность сменить наряд.

Изумрудное платье, яркое и пышное, с перевитыми лентами на лифе и вышитыми бисером узорами на юбке, делало меня саму яркой и заметной. Рукава-фонарики, неглубокое декольте, пояс — все эти детали способствовали созданию чуждого мне образа. В данном наряде я ощущала себя практически принцессой, что было для меня необычно. Волосы я просто причесала и заколола двумя шпильками.

Кожаные туфли в тон платью, на невысоком каблуке, помогали дополнить образ.

Арнольд, как чувствовал, оделся в зеленый камзол, черные брюки и туфли такого же цвета.

Когда я вышла в коридор, меня встретил полный восхищения взгляд Арнольда.

— Ты прекрасно выглядишь, — эти слова пролились бальзамом на мою душу.

— Спасибо, — ощущая, что краснею, как девчонка, проговорила я.

Портал, и вот мы в уже знакомой мне спальне, той самой, в которой я буду жить после свадьбы. Оттуда, не задерживаясь, мы вышли в коридор и направились в одну из комнат неподалеку — гостиную, в которой был накрыт стол для завтрака с коронованными особами.

Родители Арнольда оказались высокими худощавыми оборотнями, блондинкой и брюнетом. Им обоим было далеко за пятьдесят. И оба держались с достоинством, но при этом смотрели на мир спокойно, без враждебности. Алариса, мать Арнольда, была обряжена в элегантное, с виду простое, платье светло-голубого цвета. Прямой крой, отсутствие украшений, длина до щиколоток, ни малейшего намека на декольте и при этом дорогая ткань и умело пошитый наряд — такое сочетание подчеркивало одновременно и статус, и вкус императрицы. На ногах красовались бежевые туфли-лодочки.

У мужчин мода всегда была проще. Практически никакого разнообразия в фасонах. Муж Аларисы, император Генрих, как и его сын, был одет в рубашку, камзол, штаны и туфли. Только в отличие от Арнольда камзол Генриха был синего цвета.

Благодаря заклинаниям деда я не чувствовала ни малейшего волнения. Как он там сказал? «Все лишние эмоции я убрал. Теперь истерить при встрече с императорской четой ты точно не станешь»? Ну вот я и шла, спокойная и бесстрашная. Мои ощущения не были похожи на те, которые я испытывала после успокоительной настойки Инги. Тогда у меня было полное бесчувствие. Я словно превратилась в живую статую. Теперь же я все понимала и чувствовала, но как будто умело держала себя в руках, проявляла выдержку. Пока мы шли по коридору на встречу с будущими свекрами, Арнольд кидал на меня обеспокоенные взгляды. Потом, видимо, удостоверившись, что криков и слез не ожидается, успокоился и сосредоточился на завтраке с родными.

Небольшой прямоугольный стол, накрытый на четырех персон, роскошью не поражал, но и посуда, и столовые приборы, и блюда — все буквально кричало о том, что хозяева комнаты существа более чем зажиточные.

Белоснежная, идеально выглаженная скатерть, тонкий фарфор посуды, мельхиоровые ножи и вилки, разнообразные кушанья, о которых я слыхом не слыхивала — я действительно попала во дворец, и мне предстояло совсем скоро здесь поселиться…

После приветствий мы расселись по своим местам. Императорская чета смотрела на меня настороженно.

— Мы рады познакомиться с избранной нашего сына, — взял слово император, когда слуги наложили нам на тарелки различные блюда и отошли к дальней стене. Представительный мужчина с карими глазами, он выглядел настоящим аристократом. Тонкие черты лица, высокий лоб, прямой нос, четко очерченные губы. Вот что значит селекция, если это слово, конечно, применимо к оборотням. — Признаемся, в современном мире это довольно сложно — встретить ту, которая предназначена тебе богами.

«О да, — саркастически подумала я. — Очень сложно. Особенно когда бабушка избранной — сама богиня судьбы. И саму избранную никто о ее желаниях спросить не удосужился».

Вслух я, конечно, произнесла совсем другое.

— Благодарю. В том мире, откуда я прибыла, избранности нет, и поэтому для меня все эти ощущения в новинку.

От Арнольда я знала, что он сообщил своим родителям о моем иномирном происхождении. А значит, я могла в любом случае списать свое необычное поведение на этот факт.

— Понимаем, — кивнул император. — Довольно тяжело, должно быть, привыкать к тому, о чем никогда не слышал.

— Скажите, Ирина, — перехватила нить беседы императрица, такая же аристократка, как и ее супруг, с пухлыми губами, синими глазами и немного выпиравшем подбородке, что говорило об упрямстве, — где вы собираетесь жить после свадьбы?

Я только хмыкнула про себя. Какие все же разные интересы у супружеской четы. Он думает об избранности, она — о месте проживания. Как будто это так уж важно — проводить все часы в выделенной тебе комнате неподалеку от покоев императорской пары.

— В основном во дворце, ваше величество, — ответила я, уже осознавая, что завтрак здесь присутствует только номинально.

Ни один из нас не притронулся к тому, что лежало на тарелке. И вряд ли притронется до конца разговора.

— В основном? — уточнила императрица.

— Да, ваше величество. У меня есть дом, к которому я магически привязана. И я должна появляться там время от времени.

Императрица кивнула. Похоже, мой ответ ее удовлетворил.

Допрос, именуемый встречей, длился больше часа. И если бы не колдовство деда, я давно изнервничалась бы. А так… Так я сидела с ровной спиной, благожелательно улыбалась и с нетерпением ждала возможности вернуться домой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Впрочем, дома я пробыла недолго. Не успел Арнольд, вернувший меня порталом в мою спальню, уйти во дворец, как в дверь комнаты постучали.

— Войдите, — откликнулась я, сдерживая растущее раздражение.

На пороге оказалась Миролава. Веселая, довольно улыбавшаяся, она первым делом прижала меня к груди:

— Доченька, я соскучилась. Как ты смотришь на небольшую прогулку по столице оборотней? Тебе все равно придется изучать этот город, когда переедешь во дворец.

Я никак не смотрела. Мало общительная, после аудиенции у императорской четы я с удовольствием никуда не выходила бы несколько суток. Но Миролаву, как я поняла, такой вариант не устраивал.