Глава 3 · О нестандартных решениях

Бесси сначала подошла к магоциклу, что-то тихо сказала лысому мужику и, не обращая внимания на его округлившиеся глаза и отвисшую челюсть, с видом королевы направилась к кабриолету. Не дойдя двух шагов, присела в приветствии, но и рта не успела раскрыть, как к чуду магической техники подскочила грузная дама в розовом платье с сотней оборок.

В одной руке женщина держала пакет с надписью «Лучшие пирожные от Барри», а в другой — древний, штопанный-перештопанный, кружевной зонт. С таким старьем неприлично ходить по улицам, — подумалось мне, но в следующий миг я узнала знакомый рисунок ручного кружева.

Точно такой же неказистый, но мощный всепогодный артефакт был у моей мамы. Бесценная вещь на самом деле. Это рваное кружево способно защитить даже от бури. Конечно, если знать ключ к магической вещи. Но откуда такое сокровище у служанки лэрда? Это мое наследство, между прочим!

— Ты куда лезешь, оборванка⁈ — взвизгнула дама.

— Сама ты оборванка! — оглушительно гаркнула Бесси. — Уйди с дороги! Меня жених ждет! — и зырк на окна пансиона.

Я спряталась за горшок и расхохоталась. Похоже, мой расчет оказался верным: злючка Бесси вцепилась в свой шанс намертво. На что она надеется?

Но спектакль получился знатным. Чем бы он ни закончился, о Бесси будут долго говорить ее закадычные подружки.

— Жених? — изумилась дама с зонтом. — Так ты, невежа, еще и моя падчерица?

Тут настала моя очередь удивляться. Неужели эта необъятная женщина — моя мачеха? Я запомнила ее как изящную и амбициозную даму. Что случилось за десять лет, чтобы леди Жамета так опустилась, если даже какой-то позолоченный хлыщ смеет называть ее служанкой?

Бесси, поджав губы, протянула даме мою характеристику.

Мачеха развернула, пробежала взглядом и сказала со злорадной усмешкой, очень громко, чтобы все свидетели сцены расслышали:

— Какой ужас! За десять лет ты не заслужила ни одного доброго слова от воспитателей и учителей! А где аттестат? Хочу взглянуть на твои оценки, лентяйка.

Бесси оглянулась на окно, за которым я спряталась, и ее маленькие черные глазки метали молнии. Потом она подняла взгляд на второй этаж и побледнела.

Наверное, нехорошо было подставлять мою врагиню под удар более опытной гадины, но… я не смогла удержаться от ма-аленького возмездия.

Кроме того, я верю в справедливость. Справедливость и воздаяние — это то, чему я тайно училась все десять лет, но не на дневных уроках, а… ночных. Магическое обучение во сне — это моя самая страшная тайна, о которой никто не должен узнать.

Поняв, на кого нарвалась, Бесси уткнула руки в пышные бока и разразилась бранью:

— Аттестат еще не заполнен, его пришлют почтой на мое имя, чтобы ты в него нос не сунула, старая ведьма! Думаешь, стала женой потомственного аристократа, и тебе все позволено? Да кто ты такая? А насчет характеристики, так я ее подменила, чтобы посмотреть, как ты будешь радоваться. Мне эта бумажонка ни к чему, я ведь не собираюсь искать работу на стороне, у меня свадьба впереди! Дай-ка, не твое! — девчонка шагнула вперед, выхватила лист бумаги из рук опешившей от такого отпора мачехи, смяла и сунула в кошель, привязанный к поясу.

Лицо мачехи побагровело, а щеки лэрда, наоборот, побледнели, а глаза округлились. Еще бы. Разве такую невесту он ожидал увидеть? Воспитанницы дири Труфиль славились на всю столицу тихим нравом, скромностью и набожностью. Единственное исключение, не считая меня — наша Бесси, попавшая в пансион переводом из менее престижного интерната ремесленниц.

Следить за эпической схваткой двух упитанных кобр мне помешала Верьена. Запыхавшаяся подруга вбежала в холл с моим чемоданчиком в руках.

— Аль, прости, я задержалась, мне пришлось прятать чемодан от Крысы, а потом пробираться по черной лестнице.

Крысой мы называли между собой директрису.

— Ты моя спасительница! Не знаю, что бы я без тебя делала. — Я обняла подругу.

— Я только успела собрать твое белье, амулеты и конспекты. Прости, но платье и плащ не успела сложить. Ворвалась Крыса, и забрала всю твою одежду и учебники. Сказала, что у тебя ничего своего нет, все казенное.

— Не думай об этом. Пусть подавится. Главное — амулеты. Я их два года делала, было бы жалко дарить их Крысе. Поверить не могу, какая удача — меня отпустили раньше на две недели! И даже без надзора опекунов!

— Как это? А тот красавчик? Он же должен тебя сопроводить! Ох, Аль, как же тебе повезло с женихом!

— Думаешь, повезло? — рассмеялась я над наивностью подружки. — Вряд ли. Если бы мачеха сама не появилась, я бы подумала, что она специально решила меня скомпрометировать поездкой наедине с мужчиной. Но оказалось, Жамета тоже тут. И сейчас она как раз заново знакомится со своей падчерицей. Бесси отлично играет мою роль.

И мы повернулись к окну, за которым крики стали еще громче.

— Что ты творишь, дрянь! Я тебя в чулане запру! — визжала мачеха.

— Да ну? Сначала спроси разрешения у моего жениха! — расхохоталась дочь кожевника. Взглянула в изумленное лицо беловолосого мага и рявкнула: — А ты чего расселся? Кто даме дверь этой колымаги открывать будет? Долго мне еще ждать? А то папа убежит к какой-нибудь доброй женщине, пока эта грымза добрых девушек позорит, и ей жаловаться некому будет.

Молодой мужчина, икая то ли от ужаса, то ли от сдерживаемого хохота, выбрался из кабриолета, обошел его, галантно открыл заднюю пассажирскую дверцу и помог «невесте» в пышном платье забраться. Затем усадил на переднее сиденье леди Жамету и вернулся за руль. Магомобиль рванул по дороге, истерично гудя клаксоном.

Я еще успела заметить, как мачеха, продолжая склоку, попыталась ударить Бесси по голове сложенным зонтом, но не на ту напала! Зонт был вырван из рук и отлетел в пыль.

— Мой зонт! — Взвизгнула мачеха. — Стойте! Я хотела сдать его в ломбард!

Кабриолет даже скорость не сбавил из-за такой мелочи. Но Жамета не стала долго переживать из-за потери артефакта, у нее была еще в качестве гири внушительная дамская сумочка.

— Мне пора, Верьена, — вздохнула я. — Иначе Крыса заметит подмену.

— Что ты задумала, Аль? — нахмурилась подруга.

— Точно не выскакивать замуж за подозрительного незнакомца, — сощурилась я, глядя на дорогу, по которой еще клубилась поднятая колесами пыль. — Хочу воспользоваться неожиданной свободой. Пока меня хватятся дома и начнут искать, я успею заглянуть к нотариусу и узнать о судьбе маминого наследства. Я прекрасно помню, в завещании было сказано, что я вступаю в права сразу после окончания обучения в пансионе. Официально я его закончила сегодня. Какая неожиданность! — я не сдержала ликования и рассмеялась.

— Отличный план! Обещай, что будешь писать мне не реже раза в неделю, а то я умру от беспокойства!

— Но… — я с сомнением покосилась на поджаренную дверь кабинета директрисы. Все девушки знали, что ни один клочок переписки не минует любопытных глаз дири Труфиль.

И подруга прекрасно меня поняла.

— Пиши на адрес кондитерской, Аль. Я договорилась с хозяйкой, она будет оставлять для меня письма. Даже после выпускного. Вряд ли я уеду из города. Хорошо?

— Договорились!

Мы обнялись, и я, забрав легонький чемоданчик, навсегда покинула ненавистные стены пансиона.

Лысый Панас еще изумленно таращился вслед исчезнувшей машине, когда я подошла к нему и вежливо поздоровалась:

— Добрый день, мастер Панас. Меня зовут Альята, и я соседка Бессары по комнате. Вы не отвезете меня в магическую мастерскую Ревье?

— А, так ты подружка нашей Бесси? Моя невеста просила, чтобы я подвез тебя, куда скажешь, в пределах города. Только недалеко, а то у нас с ней свадьба завтра, готовиться надо!

— Свадьба? Ваша с Бессарой?

— Ну да, — широко улыбнулся мужик. — Мы с ее приемным папашей соперничали люто, пока он не предложил мне жениться на Бесси и дело объединить. Я ж не дурак, сразу согласился. Огонь девка!

— Это точно. — Меня на миг кольнуло что-то вроде совести, но тут же блажь прошла.

Всё верно сделано. Панас хороший мужик, сразу видно, Бесси и мизинца его не стоит, не пара они совсем, а вот с психованным лэрдом у скандальной девицы будет полная гармония.

— Ну, надевай шлем, красотка, и садись, ежели не боишься моего стального дракона!

— Я их обожаю! — рассмеялась я, забираясь в пассажирскую люльку. — Но притормозите вон у того зонта, пожалуйста.

— Зачем это старье такой юной девушке? — прокричал Панас сквозь рычание магоцикла, но остановился у выброшенной вещи.

Я подняла зонт, отряхнула от пыли и бережно сложила в свой полупустой чемоданчик. Вот ты и вернулся ко мне, мамин любимый артефакт. Хороший знак.