Глава 16

Линда

Ночью со мной что-то произошло.

Что-то странное, необычное для меня.

Я проснулась, резко сев в кровати, и часто-часто дышала, словно только что совершила марш-бросок. Даже горло горело как после долгого бега с открытым ртом.

А сердце так и вовсе зашлось в сумасшедшем ритме, что я ощущала его биение как стук жутко громких барабанов.

Тело мелко тряслось как в лихорадке.

Я была вся мокрая. Ночную сорочку хоть выжимай.

Волосы прилипли ко лбу, пот, стекающий по лицу, шее, спине, неприятно щекотал и раздражал.

Но не это было самым страшным и странным.

Меня накрыло жуткое либидо.

Какой-то дикий, первобытный половой инстинкт требовал действий и накрывал меня волна за волной, разгоняясь, как гоночная машина.

— Какого чёрта… — я почти рычу от непонимания и дикого желания. — Что со мной…

Мне становится страшно, потому что вдруг это непонятное желание скручивает мой живот в такой болезненный узел, что меня уже не просто трясёт, а подбрасывает на кровати, бесится внутри кровь, стуча в висках набатом, в голове рождаются все тайные, грязные желания. Дикие. Бешеные. Неужели мои?

Я с яростью вцепилась в простыни, перевернулась со стоном и улеглась в позу ребёнка.

Но меня всё равно трясёт.

Надрывается внутри что-то тёмное и необузданное, требуя от меня… найти князя и сделать с ним весьма непристойные вещи.

Господи, да я падшая женщина!

Я с трудом справилась сама с собой, преодолев эти непонятно откуда взявшиеся инстинкты, спустила ноги на пол и, шатаясь, точно я пьяна, побрела в ванную.

Мне срочно нужен холодный душ. Ледяной. Просто арктический холод за минус пятьдесят, чтобы выбить из тела и головы эту проклятую дурь!

Неужели меня опоили?

Что-то было в кофе, когда я находилась в библиотеке? Или булочках?

Или за ужином?

Но за ужином все блюда были на общих тарелках!

Чертовщина какая-то…

А быть может, это ещё одна побочка от яда вампира?

Если — последнее, то это жесть!

В ванной трясущимися руками сдираю с себя ночную сорочку, забираюсь под ледяные струи.

Когда разгорячённой кожи коснулась холодная вода, не выдержала и захныкала, подвывая.

Было неприятно, больно, гадко…

Включила воду потеплее, потом снова в холод, и чередовала, пока голова не прояснилась.

— Рагнар… Твою ж… — выдохнула, выходя из ванной.

Прямо с мокрой головой и влажным телом забралась в кровать и плюхнулась, раскидав руки и ноги точно морская звезда.

Но ледяной шок не помог. Буквально через какие-то считанные минуты эта жадная, дикая и воистину жуткая похоть вернулась. Как мне показалось, усиленная. У меня натянулись нервы от напряжения. Начала кружиться голова. Боль от желания скрутила так сильно, что невольно застонала и захныкала.

А потом что-то произошло.

Что-то словно бы отодвинуло меня и заняло моё место. Что-то бессознательное. А я как сторонний наблюдатель лишь фиксировала действия.

Вот я поднялась с кровати, накинула на себя пеньюар, обулась в домашние туфли и побрела к двери. Распахнула её и обнаружила тёмный коридор. Мрак. Бездна.

Вот сделала шаг и оказалась в тускло освещённом коридоре. Вокруг — никого. Лишь пещерные стены.

— Что я творю… — выдохнула я вяло. Но мои слова заглушила боль — горячая, обжигающая, несущаяся по моим венам точно кислота.

Впилась ногтями в ладони до самой крови.

Сделала ещё один шаг, потом ещё один. Где-то на периферии сознания понимала, что поступаю неправильно, мне нужно вернуться, но меня всё сильнее и сильнее заполняла боль, и скручивало желание.

Я с шумом втянула воздух и уже уверенно зашагала по коридору, а потом и вовсе побежала.

Моё тело или моё бессознательное знало путь в покои князя!

Я бежала, сворачивая то вправо, то влево, и спустя вечность, скуля точно побитая собака, остановилась возле дверей Рагнара. Застыла истуканом с занесённой для стука рукой.

Мысли ворочались медленно, с большим трудом, будто увязали в густом мёде.

Но одна билась упрямым мотыльком. Всё неправильно. Что-то неправильное со мной происходит. Что? ЧТО?!

Не знаю, сколько бы так простояла — вечность? Или больше? Но боль вновь накрыла, сметая всю стеснительность и подкашивая меня. Я рухнула на колени и замолотила руками по двери. Со стоном выкрикнула из последних сил:

— Рагнар!

Было невыносимо больно. И я просто разревелась.

Голова гудела, во рту сухо, как в пустыне, и неправильное желание крошило меня изнутри, ломало и убивало…

Двери резко распахнулись, и я увидела князя в одних шёлковых чёрных брюках, низко сидящих на узких бёдрах.

— Линда? — искренне удивился вампир.

— Что… со мной?… — просипела я, не в силах оторвать взгляда от обнажённого торса и как зачарованная потянулась к телу князя жадными руками.

Вампир вдруг грязно и неприлично выругался, поднял меня на ноги, прижал к своей груди так, что мне не сдвинуться, не вырваться из его стальных объятий, и прорычал, глядя в моё разгорячённое и явно раскрасневшееся лицо:

— Проклятье, Линда! Похоже, ты съела слишком много супа! Приправа, что входит в состав, стимулирует и усиливает сексуальное влечение к желанному объекту. Я польщён… Я могу очистить твою кровь, но тебе будет больно. Или же могу удовлетворить твоё желание приятным способом… Выбирай.

Чёртов суп.

— Больнее вряд ли уже будет… — прохрипела я. — Давай, избавь меня от этой дряни! Очисти мою кровь!

Князь насмешливо фыркнул, но тут же серьёзным тоном произнёс:

— Прости за боль.

И тут же в мою шею вонзились острые клыки.

Рагнар сказал, что будет больно?

ОН СОВРАЛ!

Это был АД!

В мою кровь словно реально залили кислоту, и она разлилась не только по венам, но и расползлась по всем органам, тканям, нервам, клеткам.

Я горела изнутри и, кажется, надрывно закричала.

Меня словно вывернули наизнанку, а потом решили вернуть в исходное состояние.

Боль была столь сильна, что в какой-то миг мой мозг сжалился надо мной и отключил моё сознание.

Спасительная темнота обняла меня и унесла прочь от боли…

* * *

Рагнар

Сам себя спрашиваю: а верно ли я поступил? Эта женщина могла бы остаться в своём мире, где бы я её навещал и пил её кровь за вознаграждение.

Я не видел бы её каждый день, и не было бы этого постоянного соблазна.

Не поторопился ли я с ограничениями в наших личных отношениях?

Быть может, стоило бы и попробовать?

Но Линда не из тех женщин, что меняют свои решения. Она принципиальная и слишком гордая. Да и пунктик с поиском невесты для меня она отлично запомнила. На память Линда точно не жалуется.

Смогу ли я жить в обществе обольстительной представительницы женского пола, которая, вдобавок ко всему, с моей лёгкой руки станет в княжестве практически вторым лицом после меня и взойдёт на одну ступень с Саймоном?

Никаких сомнений, это будет самое настоящее наказание. И лучшее, что я сейчас могу, — это сделать хорошую мину при плохой игре.

Зря я затеял идею с супом страсти. Я явно перестарался. Линда — кремень.

Обессиленная от моего яда, она съела суп страсти, ощутила все «прелести» сексуального голода, но всё равно сдержала себя и отказалась разделить со мной постель. А ведь я всё рассчитал верно! Люди — ведь такие слабые существа, но почему-то Линда оказалась крепче, чем я сначала решил.

С одной стороны, данный факт меня разочаровал и расстроил.

С другой, она прошла проверку на устойчивость. Её психика гибкая и крепкая. Её убеждения и принятые решения нерушимы. Для работы по управлению государством — это хорошие качества.

Что ж, в одном я оказался прозорлив и прав: Линда станет прекрасной управляющей.

Усмехнулся, вспомнив за ужином её недовольный намёк на контракт. А я всё же надеялся, что Линда подпишет его, не внося изменений. В глубине души я знал, что этого не случится, но попробовать стоило.

Что ж, теперь она будет зубами рвать и на смерть стоять, но требовать свои условия.

Это будет весело…

Ад. Это чистой воды ад. В бездну — позитив. Никакого веселья на самом деле нет. Княжеству в срочном порядке требуются изменения. Нужно навести порядки и внутри замка. Придворные слишком уж избаловались, пока я занимался исследовательскими работами.

Ещё и казна…

Придётся признаться Линде, что казна находится в плачевном состоянии, и я не в силах оплачивать её услуги донора в тысячу золотых за один укус. По крайней мере, пока.

Перевёл взгляд на спящую девушку и тяжело выдохнул, чувствуя, как в душу просачивается тревога.

Слишком уж комфортно мне становится в обществе Линды.

И куда мне теперь девать сорвавшееся с катушек либидо?

Впрочем, сама Линда ещё не знает, что я положил глаз на неё. И, скорее всего, пока не пришло время просвещать её. Я к признанию ещё точно не готов.

Во сне Линда вдруг вздохнула, приоткрыла губы и провела по ним языком, и я с трудом сдержался, чтобы не наброситься на неё и не облизать самому эти волнующие полные губы.

Линда пахла сочными вишнями, шоколадом и сахарной пудрой. Моё сердце учащённо забилось. О да, я мог бы съесть Линду живьём. Не в прямом смысле… Ей бы понравилось. Ей обязательно понравится. Придёт время.

* * *

Моника

— Типичная представительница жалкой человеческой расы — вульгарная и падшая женщина! Кайл! Я её насквозь вижу!

Я помедлила, сжала виски, потёрла их и добавила решительно:

— Ты должен избавить нас от этой женщины. И чем скорее, тем лучше.

Кайл, мой младший брат, вздёрнул смоляную бровь и хмыкнул.

— Моника, ты ходишь по острию ножа. Князь давно тебя отстранил от себя. Лучше затаись и сделай вид, что смирилась с участью обычной придворной дамы.

— Кайл! Поверь мне! С появлением этой женщины не будет покоя никому из нас! Этот замок станет для нас ненавистным! — воскликнула я яростно и сжала руки в кулаки. — Я могла бы смириться с будущей супругой князя, любовницами, но не с донором! Между ними возникнет наивысшая степень доверия! И она начнёт манипулировать Рагнаром!

— Доиграешься, сестра, так, что вылетишь со двора, — произнёс братик ласково язвительным тоном. Я словно ощутила, как с его слов капает яд. И губы его изогнулись в издевательской усмешке.

— Ты меня, вообще, услышал? — прорычала я. Сузила глаза и облила брата взглядом, полным презрения. — Больной вампиришка. Ты без меня в этом замке никто. Ничтожество. Неудачник. Ты здесь только из-за меня. Если я буду лишена места в замке, то его лишишься и ты. Запомни, братик.

Казалось, Кайл не услышал меня. Секунду высокий мужчина стоял неподвижно в тени ниши; его обезображенное лицо, обрамлённое длинными чёрными косами, было непроницаемо. Затем он проговорил медленно:

— Ты слишком высокого о себе мнения, сестра. Ты должна быть осторожной, должна быть всё время начеку. Не бросайся угрозами, грязными словечками и не делай гадости, тем более донору князя. Присмотрись к ней, Моника. Быть может, стоит сделать её не врагом, а подругой? Тогда ты и сама приблизишься к князю.

Я уже открыла рот, чтобы послать брата в бездну, но тут же закрыла. Было что-то особенное в его совете.

— Я подумаю, — сказала ему.

Брат снова усмехнулся.

Как же меня раздражает его язвительность и снисходительность, словно он старший, а я младшая и глупая сестра.

— Ты обмолвилась, что князь готовит с ней какой-то проект. Что это может быть? — задумчиво поинтересовался Кайл.

— Я не знаю, — выдохнула устало.

— Эта человеческая женщина при всей её вульгарности, как ты сказала, явно привлекла князя не только своей бесценной кровью. Я думаю, в ней есть то, чего нет в тебе, — жажды жизни.

— Ты её даже не видел! — вновь вспылила я. — И я полна жизни!

— Увы, сестра. Ты полна не жизни, а тщеславия, гордыни и жажды власти. В твоих венах давно течёт кровь, полная тлена. Ты — пресная и неинтересная… На месте князя я бы давно от тебя избавился, но лишь твоя сила ещё удерживает его от этого решения…

Я не выдержала, полетела к брату и нанесла ему сокрушительную пощёчину. Я не пожалела силы и влила в удар достаточно магии, чтобы причинить ему боль.

Голова Кайла дёрнулась, и из разбитой губы потекла кровь.

Но он лишь рассмеялся и поднял на меня взгляд янтарных глаз. Они засветились в темноте.

Я зарычала и дала ему ещё одну пощёчину.

Потом ещё и ещё, разрывая отросшими чёрными когтями кожу на его лице.

Кайл не оттолкнул меня. Он не проронил ни слова. Позволил мне сорваться на нём. Глядя на изувеченное лицо, я процедила:

— Никогда не смей говорить со мной подобным образом. Ясно тебе? Ты, видимо, кое-что забыл, Кайл, ты всё ещё жив, потому что привязан к моей силе. Захочу и оборву твою жизнь.

Резко развернулась, отчего платье шумно ударило по ногам, и направилась прочь из маленькой, неуютной спальни Кайла.

— Быть может, я давно об этом мечтаю, — прозвучало мне в спину.

Скрипнула зубами и, выйдя, хлопнула дверью.