Интерлюдия

Ступивший на берег после долгого плавания (Четыре месяца! Четыре, Карл!) сержант-майор Джеймс Мэйден сидел в своей комнате в гарнизоне в Калькутте, перебирал оставшиеся от жены драгоценности и чувствовал себя прекрасно.

Перед ним открывались такие возможности! Нет, не зря он решился на эту авантюру! Образ безутешного вдовца, привлекательного и перспективного, уже растревожил умы местного женского населения, на сержант-майора обращали внимание и молодки, и вдовы, и замужние поглядывали с интересом.

Офицеры местного гарнизона, открыв рты и развесив уши, слушали его рассказы о войне в Европе (где правда ловко и привычно для него переплеталась с ложью), «о подвигах, о доблести, о славе», очаровывались им, навязывались в друзья и предлагали участие в операциях по обогащению, проводимые с негласного одобрения командования и властей.

Так что, будущее со всех сторон обещало только плюшки. Его, Джеймса Мэйдена, ждут великие дела! А женой больше, женой меньше…Право, это такие мелочи!

***

Про то, что измученная морской болезнью, захватившей ее в сети почти сразу после выхода в море, и изведшая на этом фоне капризами и стенаниями и мужа, и офицерских жен, и даже команду корабля, похудевшая и подурневшая, ослабленная, но все еще прилипчивая Джесси не была им остановлена в одну из ночей от похода на палубу «подышать», а потом не сразу обнаружена в каюте «проснувшимся» мужем, он никому говорить не будет, даже под страхом смерти.

Когда он вместе с вахтенными матросами обшаривал палубу в темноте южной ночи, капитан корабля сразу предложил считать ее погибшей при шторме – так они все выглядели бы лучше. Сержант-майор, поломавшись для вида, согласился. А остальным судьба надоевшей до чертиков дамочки была глубоко фиолетова: британцы умеют держать лицо и молчать, когда им выгодно или все равно.

Встречный английский бриг, везущий из Индии на родину чай и драгоценности, забрал сообщение о пропаже/гибели миссис Мэйден и продолжении следования вдовца к месту назначения со словами соболезнования и приветами родне. О беспокойной пассажирке все на корабле забыли через неделю плавания по бескрайнему Индийскому океану…Как и не было Джесси…

***

Удивительная удачливость и порожденная ею самоуверенность все же не спасла Джеймса Мэйдена от укуса змеи, настигшей сержант-майора в джунглях Индостана.

Спустя полгода после прибытия в колонию, он, вместе с группой офицеров-однополчан, отправился за сокровищами в храм богини Кали, где ее жрецы и сбросили на головы белых пришельцев несколько королевских кобр, когда англичане с шумом и по-хозяйски вошли внутрь святилища.

Ослепленные блеском золотых изделий и украшений, статуэток и драгоценных камней, заполнивших все ниши храма и грудами сваленных на полу, британские офицеры не сразу заметили падающих сверху гадов, а те, злые и быстрые, не желали это учитывать. Так что счет в мгновение ока стал в пользу пресмыкающихся и мстительной кровожадной Кали, а колониальные войска потеряли пяток боеспособных единиц, естественно, «погибших при исполнении», о чем в метрополию с оказией был отправлен соответствующий рапорт.

***

Так, в течение года, старшая внучка мистера Барнета стала круглой сиротой.

К слову, она сама об этом никогда не жалела.