Глава 66
Экскурсия в Истон-корт была назначена на субботу – после посещения церковной службы, потому что накануне два дня не прекращался противный осенний дождь, и обитатели Литлл-хауса сидели в своих комнатах (кроме Анны и Дэвида, которым все было нипочем, тем более, что сквайр им выделил подлатанную братьями Милс старую карету).
И как назло, день субботний был на удивление погожим, поэтому, вернувшись из Пендлитона и отобедав, обитатели коттеджа начали сборы в дорогу, отложенную на полчаса: мистер Барнет и сэр Дуглас (Мэри, если честно, начала тихо ненавидеть и его, по непонятной причине практически не покидавшего все эти дни Литлл-хаус и поддерживающего сквайра в его необъяснимом поведении в отношении Кларксонов), следуя наставлениям доктора Хоупа, пошли пройтись вокруг дома, дабы уложить съеденное и не растрястись в экипаже больше допустимого.
Вот тогда-то все и произошло…
***
Воспользовавшись моментом, Дэвид решил снова взнуздать Грома и, наконец, занять приличествующее наследнику место в ездовой иерархии: Лиам в это время запрягал в конюшне кобылку Салли, а Люси крутилась рядом.
Попытка ненравящегося человека принудить жеребца вызвала у того недовольство, выразившееся в громком ржании, взбрыкивании, мотании головой и даже вставании на дыбы, что привлекло внимание ребят. Они выскочили во двор и, увидев, что разозленный неповиновением скотины Дэвид начал избивать Грома, подбешивая того еще больше, кинулись спасать коня: Хоук умудрился вырвать уздечку у Кларксона и отогнать жеребца, стараясь заодно его успокоить, а Люси тем временем укусила противного кузена за руку, за что была им отброшена в сторону и упала на землю
Лиам, не мешкая, набросился на Дэвида с кулаками, и между парнями завязалась нешуточная драка. Гром возбужденно ржал, удерживаемый невесть откуда выскочившим Томом, Люси орала «Бей его, Лиам, бей!», Гупта трясся в уголке – так позже описывал сцену не заставший начало «дворового побоища» Дик Милс.
На шум из дома выплыла леди Анна, которая, увидев драку и Люси, подбадривающую криками младшего Барнета и, тем самым, усиливающую накал страстей, на миг остолбенела…
Но тут Лиам выскользнул из захвата более рослого, хоть и неуклюжего, Дэвида и нанес ему сокрушительный хук в челюсть, потом начал наносить удары в корпус и, в конце концов, повалил наследника на землю, отчего тот рассвирепел и начал ругаться, поминая и «грязного дикаря», и «старого дурака, который никак не сдохнет», и «глупую гусыню, связавшуюся с грязнокровками», и « малолетнюю ядовитую шлюху», и так далее и тому подобное…
Наследник смог встать (Хоук просто отошел от лежащего на земле кузена), чтобы попытаться снова напасть на Лиама, но был сбит полукровкой ударом ноги, вызвавшим повторное тяжелое падение Кларксона и ликующий вопль Люсинды, перекрытый звериным рыком устремившейся к не заметившей угрозу сзади девочки обезумевшей (как сказал свидетель Том) леди Анны, на полной скорости сбившей младшую Мэйден с ног и принявшейся таскать её за волосы.
Люси потеряла концентрацию на мгновение, а потом, забыв про боль, начала яростно вырываться и отбиваться от хрипящей и выкрикивающей грязные ругательства тетки, отвечая ей не менее забористыми выражениями и норовя достать более мощную противницу то рукой, то ногой.
Склока женщин ошеломила парней: они повернулись к дерущимся, как базарные торговки, дамам и ненадолго забыли про свои разборки, чтобы узреть, как из дома со странным криком «Polundra, pionery nashihk biut!» несется степенная обычно мисс Мэри…Вот она, подобно выпущенному из пушки ядру, налетает сзади на леди Анну, толкает её и дает тем самым Люси возможность освободиться, после чего буквально запрыгивает на спину высокой крупной родственницы, и вцепившись ей в растрепавшуюся уже прическу, таскает уже её за волосы, сопровождая свои действия все такими же непонятными криками про кровь (blood) или лезвие (blade) и совсем уж непереводимыми «suhka krashena» и «mochi kozlov poka ish malo!»!
Вдова, не выдержав вес и напор напавшей сзади, упала на четвереньки, по инерции, рядом свалилась Мэри, вокруг них прыгала, потрясая в воздухе кулаками, в победном танце племени тумбу-юмбу торжествующая Люси … Эпичное зрелище, если не сказать «нееб…ческое» - если бы кто здесь знал такое определение.
И в этот момент очнулся Дэвид: зарычав также, как поверженная мать, он рванул к Люси, выставив руки и нацеливаясь на ее шею, за ним – Лиам…Мэри подскочила и встретила парня грудью, а усевшаяся на землю растрепанная и взлохмаченная леди Кларксон начала рыдать и громко поносить всех присутствующих, как ранее делал сын: она проклинала «малолетнюю шлюху и дочь шлюхи» Люси, которая бессовестно вертит хвостом перед Дэвидом, но пока жива она, Анна, не видать ей ее мальчика, как и этого майората, поскольку он будет только их, Кларксонов, потому что «дорогой дядюшка» скоро выгонит всех «грязнокровок» отсюда. Потом перешла на Мэри, смеясь, словно гиена, тыча в племянницу пальцем и желая той опозориться перед светом, выйдя замуж за волосатого дикаря, потому что достойного мужчину она (Мэри), компаньонка прелюбодейки, не заслуживает, поэтому и сидит до сих пор в девках… А уж этого темнокожего дикаря, рожденного от богопротивной связи туземки и нецивилизованного деревенщины, давно следует...
Она еще что-то хотела сказала, но внезапно побледнела, уставившись куда-то за спину Люси, и начала заикаться, а потом и вовсе завалилась на землю –вроде как в обморок…
-Сейчас вы все пойдете в дом, где останетесь в своих комнатах до тех пор, пока я не разрешу выйти оттуда. Это ясно? – раздавшийся в тишине твердый четкий холодный голос сэра Эбенезера был подобен грому и молнии.
Участники недавней потасовки вмиг осознали, что хозяин дома явно слышал, а может, и видел случившееся во дворе, а это значит…Повернувшись на голос, они смогли узреть находящегося в шоке сэра Дугласа с открытым ртом и выпученными глазами, бледного сквайра с, наоборот, сузившимися, стоящих в паре метров от группы бывших противников и чей вид не сулил им ничего хорошего…
О том, что будет после, никто из сражавшихся ранее предпочел бы не задумываться…
-Вы еще здесь? – рявкнул мистер Барнет, и «отряд бойцов» медленно, но постепенно ускоряясь, двинулся в сторону дома…Молодежь была подвижнее и быстрее, а вот вдова замешкалась, не сумев подняться самостоятельно.
-Дэвид, помоги матери, ей вредно лежать на холодной земле, простудится, не дай Бог! – приказал сквайр и, обойдя родню, тяжелой поступью проследовал к коттеджу. Сэр Дуглас составил ему компанию и, уже у самой двери, пошептавшись с другом и откланявшись, посеменил прочь.
Гупта и Дэвид с трудом подняли вдову и, крякая от натуги, повели, вернее, поволокли пострадавшую и потерянную (лица на ней точно не было) мэмсахиб в дом. Двор опустел, Милсы переглянулись и начали распрягать лошадей, справедливо рассудив, что экскурсия в Истон-корт не состоится…
***
Эта ночь в Литлл-хаусе была на удивление тихой…Ужин обитателям подали в комнаты, аптечка Энни уменьшилась вполовину, миссис Кларксон потребовались успокоительные капли, поскольку она никак не могла уснуть и периодически то завывала, то рыдала, пока мистер Барнет не потребовал от неё прекратить спектакль. Дэвид разбил кулаки об стену и тоже был приструнен хозяином –резко и безапелляционно. Люси и Лиам объединились втихаря, но их никто не тронул, а Мэри…
Мэри попеременно то смеялась в подушку, то плакала – от смеха, перебирая в памяти моменты «битвы титанов» и поражаясь самой себе: откуда в интеллигентке в третьем поколении такая, с позволения сказать, бабья скандальная сущность и простонародная прыть? В голове всплывала сцена из «Собаки на сене» и голос Джигарханяна, возмущенного проявленным графиней неуважением «к себе самой, чтоб драться?»
«Вот точно! Но не могла же я оставить Анне без спуску избиение Люси? Корова безрогая, ишь, чего выдумала – девчонку грязью поливать, да еще и волосы рвать! Хорошо, что живем на отшибе, вот потеха-то была бы для соседей! Никогда, до сей поры, не видели небеса Пендлитона подобного зрелища - дерущихся леди! Ха-ха-ха! Это я дала прикурить..И боевые кричалки из небытия выскочили...Господи, на все воля твоя....А вообще, это стресс, конечно…Интересно все же, сколько папенька слышал и видел? А может, он вообще все это спланировал? – Мэри задумалась. – Если так, это было…жестко, если не жестоко…Не ожидала… Как-то …нехорошо это…Ладно – я, а ребята? Ну, да что теперь? Завтра, надеюсь, мы все и узнаем» – решила Мэри и улеглась, кряхтя, на кровать. Странно, но тело болело, будто мешки таскала…Надо заняться зарядкой снова, что-то распустила она себя…А еще свадьба и…тут Мэри смутилась и приказала себя спать.