Глава 25

Марк

Абсолютно не сомневался, что мама не только поддержит мою идею, но и вызовется помочь. Еще вчера, как только забрал кольцо от гравировщика, назначил маме встречу за ужином в ресторане, куда они с папой часто любили ходить.

Кратко рассказал ей нашу с Мари историю и обрисовал мои попытки сблизиться, пояснив, что без хитрости не обойтись, и права на ошибку у меня нет. Объяснил, что от нее требуется и в чем жду ее помощи.

Немного напугала ее почти дьявольская улыбка, и неоновый блеск в глазах с объемной вывеской «свершилось», но счел, что ничего страшного не случится, а без ее помощи мне не обойтись.

– Ма-а-ам, – осторожно позвал зависшую в своих размышлениях родительницу, когда уголки ее губ поползли вверх еще больше, – Слышишь, мам… Ничего такого, просто помоги мне подвести Мари к мысли о замужестве.

– Конечно-конечно, сынок, – ехидно проворковала мама, явно формируя в своей голове как минимум план по организации свадьбы, – Все будет в лучшем виде, ты же меня знаешь.

– Вот это-то меня и пугает, – вздохнул, взъерошив и без того непослушные пряди, – Не напугай мне ее еще больше, а то у нее тараканов и предрассудков на эту тему тьма. И если что-то пойдет не по плану, мне придется начинать все сначала.

– Не волнуйся, – отмерла мама, переведя на меня взгляд, – Задачу я поняла. Кольцо то готово.

– Да. Вот, – достал и протянул ей коробочку, – Только сегодня забрал от гравировщика. Что скажешь?

– Шикарно! – довольно поцокав, закивала мама, достав и покрутив колечко, – Я думаю, ей очень понравится. А как размер узнал?

– Алинка помогла, – усмехнулся я, – Чисто девчачьим способом, так что Мари не догадывается.

– Одного не пойму, – нахмурилась мама, убирая коробочку с кольцом в свою сумку, – Ну относится она со страхом к браку, но почему ты не признаешься, что любишь? Девушкам это нужно услышать, и желательно не один раз.

– Чтоб сбежала от меня сломя голову? – хохотнул я.

– Почему? – напряглась мама.

– Я подозреваю, что смерть отца повлияла, – вздохнул я, разводя руками, – Видя пример матери, она боится любых сильных чувств. Вот и кусается на любое проявление или зарождение привязанности.

– Надо с ее мамой познакомиться, – пробубнила мама, что-то обдумывая, – Видимо пока она не найдет свое счастье, дочь так и будет нести на себе бремя солидарности.

– Ты права, – опешил я от досады, что сам раньше не догадался, – Но давай потом об этом, ладно?

– А вот ты зря так, – несогласно тряхнула головой мама, – Девочка явно взвалила на себя больше ответственности, чем требуется. Маму осчастливим, и Мари расслабится.

– Что ты мне предлагаешь ей мужчину найти? – округлив глаза, уточнил я.

– Не тебе, – хихикнула мама, – Я ж говорю, надо мне с ней подружиться нечаянно, а красивых, холостых и богатых друзей у твоего папы хватает.

– Вот только давай не надо, – запротестовал я, бессильно понимая, что бронепоезд с транспарантом «осчастливим всех» в лице моей мамы уже не остановить.

– Не надо, так не надо, – хитро улыбаясь, отмахнулась мама, визуально напоминая секретного агента в процессе разработки секретного плана по секретному осчастливливанию мамы Мари.

– Ну не сейчас хотя бы, – в последней надежде воззвал к ее пронырливости, – Чуть позже я вас познакомлю и приглашу в гости.

– Сам-то познакомился? – припечатала меня родительница.

– Не-е-ет пока, – страшась реакции, проблеял я, – Не до того было.

– Сынок, – поцокала языком мама, – С этого и надо было начинать. Поддерживающая тебя теща, это половина успеха.

– Я подумаю об этом, – кивнул я, соглашаясь с ее доводами.

– Вот и подумай, а повод я придумаю сама, – кивнула мама, потирая ладони в явном предвкушении.

– Ну все, жду тогда тебя утром в офисе, – настороженно произнес я, осознавая, что обратного пути нет, и даже я сейчас скажу «отбой», мама придумает свой «гениальный» план помощи.

– Договорились, – кивнула мама, вставая из-за столика.

* * *

И в общем-то все пошло как надо и как планировал я, но… ровно до тех пор, пока мама не выкатила требование об обязательном визите в родительский дом, да еще и на все выходные. Еще, как понял с ее слов, отец тоже в курсе, и тоже жаждет поучаствовать в укрощении моей строптивой девочки.

Мои вербальные и мысленные намеки и воззвания не помогли, а переигрывать ситуацию было уже поздно, так что пообещал, что мы будем.

А ведь хотел на все выходные уединиться с Мари в своем, ну, то есть в нашем будущем доме. Распланировал шашлыки и спокойные вечерние развлечения перед камином, чтобы наконец-то раскрутить Мари на откровенный разговор, и вкратце поведать ей о нашем знакомстве.

Не судьба, как выходит. Ну что ж, зато Егор с Алиной получат возможность немного побыть в изоляции, и надеюсь, наконец то поговорят откровенно.

Судя по выражению лица Мари, она в шоке, причем настолько, что ни возмутиться, ни как-то повлиять на происходящее даже не пытается. Ничего маленькая, это полезный шок, который заставит тебя задуматься о том, что все может быть иначе.

А когда все встанет на свои места, я исполню все то, о чем ты втайне мечтаешь, но боишься признаться. Все, о чем трубил твой пьяный мозг при нашей первой встречи. Все, о чем, ты, не стесняясь говорила, отключив тормоза под действием алкоголя и стресса из-за предательства.

– Мама, ты же планировала куда-то ехать? – намекаю родительнице, которая, наделав кучу наших с Мари фоток, вроде, как и не планирует уходить.

– Ах, да, – охнув, опомнилась мама, – У меня же запись в салон. Все. Завтра ждем вас дома.

– До свидания, – лепечет Мари, все еще пребывая в замороженном состоянии.

– До завтра, – улыбаясь, отзывается мама, и подмигнув мне, идет на выход.

– Я так понимаю, вы теперь помолвлены? – уточняет Дэл, хихикая и переводя взгляд от остолбеневшей Мари ко мне и обратно.

– Это временно, – ворчит моя девочка, выкручиваясь из моих рук и отходя к столу, – Не смей рассказать маме или еще кому-нибудь.

– А что мне за это будет? – хохочет Дэл, а потом восторженно добавляет, – Потрясающее кольцо, кстати.

– Я придумаю, что… – рычит на сестру Мари, и повернувшись ко мне пытается снять колечко, – Думаю это надо вернуть.

– Не вздумай, – предупреждающе выставляю руку, – Мама может вернуться в любой момент, а мы с тобой договорились.

– Оно же фамильное, – делает еще одну попытку Мари.

– Ну и что, – улыбаясь, беру ее руку и разглядываю колечко – Тебе очень идет. Не снимай пожалуйста, а то спалимся.

– Мы же и так завтра спалимся, – передразнивает меня Мари, – Зачем согласился на поездку?

– Все будет хорошо, тебе понравится у моих родителей.

– А ремонт? – напоминает об отмененных планах.

– Успеем, – киваю я, – Егор и Алина пока справятся одни, тем более за выходные.

– А, ну да, – рассеянно соглашается Мари, и о чем-то задумавшись, улыбается, – Даже лучше, наверное, если мы их не будем отвлекать своим присутствием от кх-м… проекта ремонта.

– Вот и я так же думаю, – киваю, расплывшись в улыбке, – А сейчас у меня много работы, так что приготовь кофе, и никого ко мне не пускать, кроме Егора.

Мари

– Я же говорила, – вполголоса говорит сестра, стоит только Марку скрыться в своем кабинете.

– Ты о чем? – не понимаю я.

– Наш с тобой спор помнишь? – подмигивает Дэл, – Я ставила на три месяца до его тотального в тебя влюбления.

– Какие три месяца, – шиплю я, – Мы знакомы всего ничего. И, кстати, это был спектакль для его мамы, и во имя твоего благополучного будущего на учебе.

– Ну, допустим, знакомы вы дольше, чем ничего. Просто ты не помнишь… – ухмыляется сестра, а мне охота ее треснуть.

– Ну и что, что не помню, вообще-то я…

– А, во-вторых, – перебивает меня сестра, складывая руки на груди, – Не похож Марк на «тварь, дрожащую», неспособную объясниться со своей мамой, вместо того чтобы врать о таких серьезных вещах.

– Кх-м, – хмурюсь я, понимая, что логика в ее рассуждениях есть, – А ведь у него и правда пунктик на вранье.

– Я в курсе, – напрягается сестра, отводя взгляд, – Так что я выиграла наш спор.

– Пока не ясно, – рассеянно бормочу я, и тут-же с непонятным азартом уточняю, – Ты правда думаешь, что он того, ну… этого, ну… влюбился?

– А смысл такие трудности себе накручивать? – вздернув бровь, пальцем покрутила у виска сестра, – Вот делать ему больше нечего.

– И что же мне теперь делать? – опешила я, – А если и правда…

– Расслабиться и наслаждаться жизнью, – откинулась сестра на спинку кресла, расплывшись в улыбке.

– Ты шутишь? – рявкнула я на сестру, и выставив вперед руку со сверкающим на пальце кольцом, добавила, – Расчёт был на то, чтобы освободиться от долга и уехать, а не вот это.

– Только не говори, что он тебе не нравится, – подначила меня сестра, крутясь на кресле, вокруг своей оси.

– Нравится, не нравится… – заворчала я, – Не пара мы. Не-па-ра…

– Откуда такие мысли? – с психом выпалила сестра, уставившись на меня в упор, – Ну вот объясни хотя бы мне.

– Мама кое-что рассказывала, – начала я не уверено.

– Что? – навострила ушки сестра.

– Ну-у, – вздохнула я, – Она в универе была влюблена в одного мажора и параллельно за ней папа ухаживать начал.

– А потом? – по-детски округлив глаза и открыв рот, уточнила Дэл.

– А потом ей дали понять, что они не смогут быть вместе.

– Кто?

– Родители того мажора, вроде бы, – поморщилась я, пытаясь вспомнить подробности маминого рассказа.

– И-и?

– И она выбрала папу, – сократила я историю до минимума, – А потом родились мы с тобой, и родители были счастливы.

– Но ведь она сама отказалась, – предположила Дэл, – А если бы боролась за свою любовь, может все было иначе.

– Теперь не важно, – отмахнулась я, – Давай за работу.

– Ага, – лениво отозвалась сестра, и тыкая кнопки на селекторе, заворчала, – Как это выключить то?

– Чего? – напряглась я.

– Ничего, ничего, – буркнула сестра, – Кнопка все время мигает. Раздражает, до жути. Давай работать что ли.