Глава 32
Лаван проснулась от посторонних звуков. Распахнула глаза и удивленно посмотрела по сторонам. Она лежала на настоящей кровати… и… с ума сойти… в лепестках роз…
В окно, прикрытое нежной розовой занавесочкой, проникало утреннее солнце. Девушка села на постели и прислушалась. За окном слышались голоса, выкрикивающие какие-то команды, пел негромко петушок, кудахтали куры. «Мы на Заставе» - догадалась она.
У двери нашла свои сумки, быстро умылась водой из лохани, переоделась в чистую одежду, выбросив перепачканные кровью вещи. Она как раз собиралась выходить, когда в комнату вошел Ниран с подносом в руках.
-Доброе утро! – Лаван подбежала к мужу, обняла за шею и крепко поцеловала.
-Доброе, моя молодая жена, - Ниран выглядел уставшим, серые тени залегли под глазами, одежда перепачкана, красивые волосы спутаны, но улыбался он искренне и по-доброму, - а я завтрак принес!
-Я собиралась тебя искать, где ты был? По твоему лицу понятно, что спать не пришлось…
-Ничего, высплюсь следующей ночью, - он повел плечом, отмахиваясь, - давай сначала поедим, потом все расскажу.
За незатейливым завтраком Ниран все рассказал жене, упустил лишь новость о том, что к ней пожаловали гости, опасаясь, что она все бросит и побежит к ним, а им сначала предстояло одно важное дело.
-Так значит Вик с самого начала был сообщником Арханы, - Лаван даже немного расстроилась, - а я жизнью рисковала, что бы спасти его…
-К сожалению да, но ты знаешь, что я заметил? – муж активно жевал кусок мяса и болтал с набитым ртом.
-Что?
-Он… какой-то странный… ненормальный… одержимый, что ли…
-А как это выражается? – заинтересовалась девушка.
-Глаза у него горят, так словно он слегка пьян и только об Архане все время говорит, мол красивая такая, богиня, свет очей его, единственная, жить без нее не может, бред в общем, слушать противно было, фу! – горный скривился.
-Хм, глаза говоришь горят… даже не знаю, какой из камней такой эффект дает, есть конечно камни, которыми можно приворожить, но на горных они слабо влияют, больше на людей рассчитаны. Может опоила она его зельем, или колдовской обряд провела? Я в этом слабо разбираюсь…
-Ага, глаза необычные очень, синие-синие, слишком неестественные…
-Что? – Лаван даже подпрыгнула на стуле, - синие глаза? У него тоже синие?
-А почему тоже? У кого еще синие? – Ниран даже жевать перестал. Лаван поняла, что проболталась.
-Ну… у тебя были глаза… синие… - пришлось признаться.
-Путаешь ты что-то, с детства зеленые, - Ниран, отложив еду, подошел к зеркалу, - ну, что я говорил, зеленые у меня глаза!
-Сейчас зеленые… как и у всех горных, но какое-то время были синие… - сказала она, - когда я тебя в первые увидела и до того момента, как нашла спящим на полу пещеры, у тебя были синие глаза… Меня это тоже очень удивило…
-Хм, ничего себе… - Ниран устало потер лоб, - одни загадки вокруг… А от чего цвет глаз может измениться?
-А, что, Вик запросто рассказал тебе о своих… хм, чувствах к Архане? – перебила хамгаАла.
-В общем да, я когда шел к нему, то подготовился, запасся цирконом, чтоб язык развязать, но он сам принялся болтать, словно слова в нем не держались!
-Стоп, каким цирконом ты запасся? Откуда? – Лаван вновь удивил собственный муж.
-А, так циркон же - «камень правды», разве нет? Мне Дух говорил, - Ниран достал из кармана золотисто-коричневый камень, величиной с большой кулак и протянул жене, - я, когда только поселился здесь, случайно нашел отцовскую казну, в ней было много камней разных, вот я и повадился… э-э-э… заимствовать у отца то один, то другой красивый камешек и прятал их в своем тайнике в старом дубе.
-Ничего себе, ты не перестаешь меня удивлять, - Лаван покачала головой, - а какие еще у тебя камни в тайнике? Покажешь?
-Покажу, у меня там много чего интересного, - он подмигнул ей, но потом посерьезнел, - знаешь, я многое вспоминать начал, сегодня, когда думал, что Вик не захочет ничего рассказать, задумался, какой камень мог бы мне помочь разговорить его и вспомнил про тайник. Думал его давно нашли, но нет, повезло, все на месте.
-А что еще ты вспомнил?
-Вспомнил… что у Арханы тоже синие глаза… И что особенно яркими они бывали… когда… к-хм… из отцовской постели выпрыгивала… -горный скривился, - я давно это заметил, даже мерзко было смотреть на ее сияющее лицо, когда выходила из спальни, из которой накануне доносились… разные звуки… а отец потом несколько дней не показывался…
-Похоже, что она каким-то образом выпивала его силу, понять бы как? -Лаван встала и начала шагами мерять комнату, ей обычно это помогало в раздумьях, - надо останки рассмотреть, может зацепку найдем. Давай ты ложись, отдохни, а я этим займусь!
-Нет! Сейчас мы с тобой встречаемся с народом, я обещал им разговор, нужно успокоить всех, ведь не одни мы напуганы, - Ниран закончил с едой, - вот только приведу себя в порядок и пойдем.
Они стояли на небольшом возвышении на середине плаца. Эта площадка ранее использовалась для построений, которые в хорошие времена проводились два раза в день: во время утренней и вечерней переклички и для собраний по различным поводам, когда необходимо было обратиться к солдатам, их семьям и всем, кто жил на территории Заставы и ближайших селений. Все это было во времена правлений отца и деда и Шелора Равара. Со временем и эта традиция позабылась, площадка там и тут заросла сорняком.
Сейчас на плацу собрались не только военные и их семьи, а и все жители с ближайших деревень. Слух о трагедии и возращении сына Хранителя облетел всю округу и на рассвете толпы людей, а именно их было в большинстве, и горных уже стояли о ворот Заставы. Пришли все, кто был в состоянии передвигаться, от детей до стариков.
И сейчас, толпа шумела, галдела, кое-где слышался плач детей, жители недовольно переминались с ноги на ногу. Но когда появились, за руки держащиеся, Ниран и Лаван, толпа смолкла.
Девушка, увидев такое огромное количество людей слегка заволновалась. Она даже пожалела, что на ней нет ее привычной батины, под которой можно было бы спрятать свой страх и волнение. Но делать нечего, медленной, но твердой походкой муж вел ее на трибуну. Ступеньки она преодолела на трясущихся ногах.
-Я что-то волнуюсь, - прошептала она мужу, - я такую толпу впервые вижу, откуда столько?
-Я тоже впервые, - так же тихо ответил муж, - это из соседних селений, они пришли узнать что произошло и поглазеть на нас. Не волнуйся, говорить буду я!
-Ниран… я думаю не стоит вот так сходу рассказывать о шулам, они пока не готовы к такому известию… вдруг начнется паника, а здесь старики и дети, может умолчим пока?
-Да, я тоже так думаю, - ответил он, - но успокоить необходимо, скажу полуправду.
Они развернулись лицом к толпе и та заулюлюкала. Ниран выдержал какое-то время и поднял руку вверх, прося тишины.
-Доброе утро! – его голос прогремел неожиданно громко и затихли даже дети, - рад видеть всех вас! Спасибо, что отозвались на мою просьбу и пришли, - он отпустил руку Лаван и оперся руками о перила, слегка склонившись ближе к толпе, - вы помните кто я? – кто-то в толпе закивал, а кто-то выкрикнул «да», - я Ниран Равар, нынешний Хранитель Тринадцатой Заставы!
И тут толпа взревела! Закричали одновременно все! Дети, испугавшись, завизжали на всю силу своих легких, взрослые выкрикивали вопросы. Кто-то радовался, кто-то возмущался. Даже Лаван охнула и оторопело посмотрела на мужа, но вовремя опомнившись, взяла себя в руки. Ниран не стал просить тишины и что-либо объяснять, он поступил иначе. Позже Лаван узнала, что представление было продуманным действием.
Он сделал театральный шаг назад, расправил плечи и молниеносно перевоплотился в ящера. Толпа практически затихла, разве что дети все так же плакали. Даже прежний Хранитель, Шелор Равар, не умел настолько быстро трансформироваться во вторую ипостась. А тут, раз, и во все стороны полетели клочки одежды, и перед ними стоит огромный мощный дракон. Но на этом представление не закончилось.
Медленно, величавой походкой, ящер спустился по ступенькам, давая всем рассмотреть себя. Это было красиво! Темно-зеленая кожа плотно обтягивала бугристое от мышц тело. Мелкие чешуйки, словно драгоценные камни переливались на солнце. «Какой же он красивый!» – подумала Лаван, но по восхищенным взглядам молоденьких горных женщин поняла, что так думает не одна она. Маленькая, колючая змейка ревности кольнула сердце. «Мой! Никому не отдам!»
Ящер встал перед народом, гордо держа голову и толпа сделал шаг назад. Рядом, в нескольких шагах от мужа, хамгаАла увидела сложенные для костра бревна и поняла, что будет дальше. Она послала мысль Нирану: «Ты хорошо придумал! Все получится!» и получила в ответ ласковое: «Спасибо, любимая!».
Ящер молниеносно развернулся в сторону сложенных бревен, упал на все четыре лапы и дыхнул на них снопом огня. Бревна, затрещав, загорелись и в небо полетели искры.
Толпа в ужасе сделала еще несколько шагов назад и наконец повисла долгожданная тишина, даже дети перестали плакать. Как завороженные все смотрели то на огонь, то на ящера. Откуда-то тихо подошел Рор и набросил красивый черный плащ на тело ящера. Ниран перевоплотился в человеческое тело и поднялся на ноги, закутавшись в плащ.
«Да они сговорились с Рором, целое представление устроили!» - про себя засмеялась Лаван. «Ты у меня такая догадливая!» - пришел ответ и она поняла, что случайно послала эту мысль мужу.
Ниран поднялся к ней на трибуну, послав ласковый взгляд и вновь повернулся к толпе. Все молчали и с восторгом смотрели на нового Хранителя, никто не посмел сказать ни единого слова против. Доказательство силы было очевидно.
-Раз мы разобрались с тем, кто я… - он сделал паузу, давая возможность возразить, но толпа молчала, - тогда позвольте представить мою жену – Лаван Раттана…
-ХамгаАла… хамгаАла, - зашептали в толпе, - значит это правда…
-Прошу вас, не перебивайте! – Ниран вновь поднял в вверх руку, призывая к тишине, - позже я дам возможность высказаться. Толпа умолкла. – Спасибо! Вы правы, моя жена – хамгаАла! Десять лет назад, Кьет Фейстал, Советник моего отца согласился быть моим посланником и отправился в Великий Храм, выбрать мне невесту, - он сделал паузу, - но, во время обмена сердцами произошла трагедия… Кьет умер… у него было больное сердце… из-за его внезапной гибели моя невеста даже не успела узнать имя жениха… она искала меня десять долгих лет и нашла! – толпа заликовала. Ниран взял жену за руку и притянув к себе поцеловал в лоб и прижал к себе. Лаван покраснела до кончиков волос и скромно опустила глаза. Через минуту, дав толпе время успокоиться, Хранитель продолжил, - именно благодаря своей, уже супруге, я нахожусь здесь и сейчас! Она смогла добраться до меня, не смотря на все козни женщины, которую вы все знаете…
-Архана… он говорит про Архану, - послышался шепот.
-Да! Я говорю про Архану! Эта женщина, использовав магию, подчинила себе моего отца, - здесь его голос слегка дрогнул, - и едва не довела до могилы меня… - народ вновь зашумел, – и, именно Архана, желая убить мою жену, подстроила вчера несчастный случай, на котором погибли две замечательные женщины…
После этих слов толпа ревела дольше всего. Ниран больше не успокаивал их, давая выплеснуть свои эмоции. Он молча обнимал жену и поглаживая волосы.
-Где Архана? Что с ней сделали? Сжечь ее! – послышалось со всех сторон.
-Архана находится узнице, ее надежно заковали, выбраться она не сможет! – заверил Ниран, - ее ждет суд по нашим традициям!
Про какие традиции говорит, он еще и сам не знал, но говорил твёрдо и уверенно, желая успокоить народ, чтоб тот не требовал сжечь ее прямо здесь и сейчас.
Ниран и Лаван еще какое-то время провели с народом, отвечая на вопросы. Отвечал Ниран, а Лаван лишь смущалась и иногда кивала головой. Когда, измученные эмоционально, они вернулись в свою комнату, послышался быстрый стук в дверь.
-Лунная! – доложил запыхавшийся дежурный, - твои гостьи волнуются, требуют позвать тебя, иначе они выйдут на улицу! Но тогда же… - молодой парнишка покраснел.
-Какие гости? – удивилась девушка и повернулась к мужу, - по слегка порозовевшим щекам Нирана она поняла, что тот в курсе.
-К тебе приехали сестры по Храму, родная, - ответил он, - с настоятельницей… я утром заходил к ним, но решил сказать тебе после встречи с жителями…
Лаван помчалась вниз по лестнице, а дежурный едва поспевал следом. Ниран вздохнул и пошел одеваться. «Нужно проведать отца и заняться Арханой»
Лаван вбежала в большую комнату в хозяйском доме, куда предусмотрительно, подальше от казармы, поселили девушек. У входа стояли два горных, смущенно переминающихся с ноги на ногу.
В комнате, служившей ранее для приема гостей, у кровати толпились девушки в белых баттинах.
-О Богини, девочки, что вы здесь делаете?! – воскликнула она.
-Л-Лаван? – послышался слабый голос, - это ты?
Девушки в белом расступились и Лаван увидела фигуру, замотанную в голубое, лежащую на подушках.
-Настоятельница! - девушка стремительно подбежала к кровати, - что с тобой?
-О, девочка моя, ты жива! Слава Богиням! – руками, в голубых перчатках, настоятельница притянула девушку к себе и обняла, - какая же ты красавица стала, не узнать…
Сначала Лаван долго обнималась с настоятельницей, затем с девушками, которые тоже восхищались ее красотой. Когда первый восторг от встречи прошел, девушка присела на край кровати возле настоятельницы и серьезно спросила:
-Что все-таки произошло? Как вы здесь оказались и… зачем?
-Девочка моя, мы можем поговорить наедине в укромном месте?
Лаван увела пошатывающую настоятельницу в свою спальню. Ну не вести же ее в лекарскую, туда останки тел снесли. Нирана в спальне уже не было. Настоятельница прилегла, отказавшись от кресла, сказав, что сидеть ей слишком сложно и сказала:
-Прости меня моя девочка, я не хотела создавать проблемы, но Богиня Раттана сказала, что спастись мы сможем только у тебя!
-Богиня Раттана сказала? - удивилась Лаван, - Когда… как?
-Так же, как общалась с тобой… - голос настоятельницы дрогнул.
-Но… она сказала, что я единственная могу говорить с ней, потому что… - она покраснела, - после… мой камень…
-Теперь и я могу с ней говорить… - перебила настоятельница, - прошу, не спрашивай как… Сейчас главное не это!
-Хорошо, прости меня, рассказывай! – пролепетала девушка.
-Ты помнишь нашу тревогу, когда девушки хамгаАла перестали приходить в Храм на обучение?
-Да, ты тогда вызвала всех отшельниц на совет! – кивнула Лаван.
-Никто не пришел! Во всем Терагоре больше нет отшельниц!
-Как? Я не понимаю! Ведь в практически каждом селении есть храм с кельей отшельницы! Я сама видела, пока добиралась сюда! – возразила девушка.
-А ты заходила хоть в один из этих храмов? – с горечью в голосе прошептала пожилая женщина.
-Н-нет, я торопилась сюда, не хотела задерживаться… Но…
-Я не знаю кто живет в этих кельях, девочка, но это не отшельницы!
От этих слов по телу хамгАлы побежали мурашки ужаса.
-Неужели… неужели все настолько плохо… - прошептала она побелевшими внезапно губами.
- И это еще не все… На Великий Храм напали… - голос настоятельницы оборвался и она замолчала. Лаван охнула и закрыла лицо руками. Две женщины тихо заплакали.
-Как вам удалось спастись… и… где остальные? – размазывая слезы по щекам и стараясь успокоиться спросила девушка.
-Больше никого нет, девочка моя… - Лаван едва разобрала последние слова. Ужас, ее обуял настоящий, леденящий кровь ужас. От того, что погибли те, кто был ей близок и дорог, от осознания того, что враг слишком силен и перешел к активным действиям.
-Как… вам удалось спастись? – повторила она, ставшим чужим голосом.
-Через систему межгорного сообщения. Оказывается, она еще работает, хоть и с помехами, - начала рассказывать настоятельница со слезами в голосе, - мы вам не рассказывали, потому что этот способ всегда странно срабатывал, еще моя предшественница не рекомендовала пользоваться им. Но… у нас не было другого выхода, ведь так?
-Ты говоришь про подземный ход? – спросила Лаван, она помнила, что им никогда не разрешали спускаться в подземелье при Храме, пугая завалами.
-Это не совсем подземный ход… Это быстрый, но опасный способ перемещения в горах. На месте Великого Храма много веков назад была гора… В общем, нам пришлось рискнуть.
-И… куда вывел вас этот ход? – Лаван была готова говорить о чем угодно, только бы оттянуть момент истины.
-В небольшую пещерку в каком-то пригорке, - отвечала женщина, - мы вышли наружу и встретили пастуха, который указал нам пусь к Тринадцатой Заставе, идти было минут десять.
-Вам Богиня сказала, что я здесь?
-Да. Она… Лаван… мы все не о том говорим… - настоятельница схватила ее за руку, - Девочка моя, наш мир в большой беде и мне кажется она более серьезная, чем та, когда шулам напали в первый раз!
Лаван громко и протяжно вздохнула.
-Да! Я знаю… Мы догадывались, но не думали, что все настолько плохо… То, что отшельниц больше нет, это точно?
-Я не знаю живы ли они… Но на зов не явился никто! – сказала настоятельница, - в Зеркале мигал лишь твой ОкуЛус.
-А Зеркало? Что с ним? – Лаван затаила дыхание, боясь услышать, что оно досталось врагу.
-Я его разбила конечно же! - голос настоятельницы слабел. Девушка вздохнула с облегчением.
-Прости, что мучаю тебя расспросами, но последнее… Кто… напал? Это были…
-Это были люди! – резко ответила женщина, - наемники скорее всего, но наша защита не подействовала! Не понимаю как, но наши ворота сломались, словно бумажные. А когда я в последний раз выглянула в окно, то они выковыривали из них вековые камни, как простые стекляшки… - женщина вновь заплакала.
-Люди… Я так и думала… - она вздохнула и сменила тему, - что с тобой? Тебя ранили?
-Н-нет, я не ранена! - слишком поспешно ответила настоятельница.
-Я вижу, ты не хочешь говорить что с тобой, но как же я тогда помогу? – девушка взяла руку настоятельницы и попыталась снять с нее перчатку, ведь для определения болезни достаточно хотя бы прикоснуться к голой коже ладони. Но женщина резко вырвала руку.
-Лаван, не надо! – крикнула она, - мне уже никто не сможет помочь… Я умираю…
Ниран несколько минут в нерешительности потоптался перед комнатой отца, но затем все-таки вошел. В комнате было темно из-за плотных штор. Ниран распахнул их, впуская в хозяйскую спальню яркий солнечный цвет. От увиденного вздрогнул.
На кровати лежало жалкое подобие прежнего Хранителя. Ссохнувшееся тело было больше похоже на труп, чем на живого горного. Из-под одеяла виднелась впалая грудь, высохшие руки, абсолютно седая голова и покрытое морщинами лицо. Нос заострился, рот приоткрыт. Казалось, что он не дышит, но подойдя ближе и склонившись, Ниран все-таки услышал прерывистое дыхание. Он сел рядом и взял в руки тонкую ладонь некогда сильного представителя горного народа.
-Отец-отец… что же ты натворил, - с горечью сказал он, - как же я… теперь… - его голос оборвался и он смахнул слезу, - неужели и ты меня бросишь?
Видеть отца в таком состоянии было тяжело. Хоть Лаван и говорила, что отец умирает, он не ожидал, что смерть настолько близка. Где-то в глубине души он все-таки надеялся на его исцеление… и… возможно примирение.
Внутри все еще жил маленький мальчик, не знавший любви матери и, так и не узнавший заботу отца. А ведь когда-то это было его самое заветное желание! Ниран придался воспоминаниям, как, будучи подростком впервые познакомился с грозным Шелором Раваром. Как пытался обратить его внимание на себя, добиться одобрения. Но все его попытки оказались напрасными. Хорошо, что у него был Кьет. Он очень любил мальчика и поддерживал его. Но как же сильно хотелось любви именно от отца!
За этими грустными мыслями его и застала Лаван. Тихонько подошла к мужу и коснулась плеча.
-Не против?
-Нет, что ты! – Нирану стало неловко, что его застали в момент слабости и он поспешно вытер рукавом глаза, - Вот, пришел проведать отца… Садись, - он указал ей на стул у кровати.
-У меня плохие новости, я хотела поговорить с тобой, но вижу, что разговор придется отложить, - она не села в предложенный стул, - дай я осмотрю твоего отца!
Ниран уступил место. Девушка села на краешек кровати и взяла ладонь старика, которую накануне держал сын. Она закрыла глаза и сконцентрировалась. Ниран стоял рядом и внимательно смотрел на лицо жены, пытаясь понять, что она чувствует. Девушка взяла вторую руку, подержала ее и покачала головой. Подняла грустные глаза на Нирана и хотела было уже что-то сказать, но тут с ее запястья спрыгнул офиокальцитовый змееныш и прыгнул на грудь Шелора Равара. Ошеломленные Лаван и Ниран смотрели, как Серп резво пополз вверх по телу горного, пробежался вокруг головы, сполз на шею, затем исчез под одеялом.
-Что? Что он делает? – прошептал Хранитель.
-Может пытается лечить, - Лаван сама была крайне удивлена.
Серп выполз из-под одеяла и свернулся колечком на груди Шелора.
-А сейчас?
-Не знаю, - недоуменно пожала плечами девушка. Серп повернул к ним головку и мигнул красными глазками. Лаван и Ниран переглянулись, - что-то пытается сказать. Кажется…
Серп пополз назад, прыгнул в руки Лаван и вновь смешно мигнул глазками и качнул головой в сторону Шелора.
-Что? Я не понимаю, маленький, - девушка хотела его погладить, но Серп укусил ее за палец, - Ай! – она отдернула руку, - Ты чего опять кусаешься?
Вместо ответа Серп прыгнул прямо на Нирана, тот едва успел подхватить вредного змееныша. Тот вновь замигал глазками.
-А может он пытается объяснить, как помочь отцу? – предположил Ниран. Серп утвердительно закивал головкой, - Вот! Точно!
-Серп, миленький, что ты хочешь сказать? – девушка ласково обратилась к… вроде бы как питомцу, - Ой, стой! Я знаю, как мы можем с ним общаться! –девушка вскочила с места и схватила кувшин с водой, который стоял на прикроватной тумбочке, - вода – родная стихия офиокольцита, - сказала она, - опускай туда нашего зеленого друга! – Но не успела она это сказать, как Серп сам прыгнул в кувшин. Девушка опустила руку в воду и схватила его за кончик хвоста и закрыв глаза замерла. Через минуту подняла сияющие глаза на мужа и сказала:
-Это гениально! Я бы никогда сама не догадалась!
-Что? – не понял муж.
-У Серпа интересная идея! – девушка светилась от радости, - В твоем тайнике случайно нет плоского красного камня с синими вкраплениями? Будем отца твоего спасать!
-Не помню точно… - сказал Ниран, - много чего есть, сейчас принесу! – когда он выходил из комнаты Лаван крикнула:
-Позови Рора! Мне нужна его помощь!
Рор на зов явился быстро, оказывается он ждал у двери. После того, как они вернулись, Рор просто попятам ходил за Нираном.
-Да, Лунная! Чем тебе помочь? – девушка вынула змееныша из воды и вернула себе на руку, тот привычно обхватил ее запястье, свернувшись браслетиком. У Рора едва глаза на лоб не полезли, но он удержался от вопроса.
-Скажи, а нет ли в ближайшем селении женщины, которая разбирается в травах?
-Хм, - на миг задумался вояка, - жена одного нашего солдата внучка местной знахарки. Старуха уже давно выжила из ума, но в деревне болтают, что свой талант внучке передала. Я сам к ней не ходил, - Рор почему-то покраснел, - но поговаривают…
-Я поняла тебя, спасибо большое, Рор! А ты не мог попросить ее зайти? Скажи, что дело жизни и смерти! – Лаван послала ему чарующую улыбку, - прямо не знаю, что бы я без тебя делала!
-Да что ты, Лунная! – Рор покраснел до самых ушей, - какие благодарности!
-Меня зовут Лаван! Называй меня по имени. Лунная звучит слишком официально! И еще одна просьба, Рор, ты сможешь найти моток медной проволоки? – Рор вновь закивал и поспешно удалился.
Девушка времени зря не теряла. Нашла кухарку и попросила принести еды девушкам, которые поселились в большой зале. Когда она вернулась, нашла Нирана у постели отца, а мешок, а это был самый настоящий мешок, камней стоял на полу.
-Ого! – восхитилась девушка, - да ты у меня богатый жених!
-Муж! – поправил ее Ниран, - я твой муж!
-Да, м-у-у-у-ж, - пропела Лаван и поцеловала мужа нежно, - показывай свои богатства!
Когда Ниран принялся выкладывать камни разных оттенков и размеров, Лаван только охала. Они расположились за большим столом и уже через минуту он весь был завален. Чего там только не было! Многие из камней Лаван видела впервые, она с трепетом брала в руки каждый, вертела, всматривалась, прикладывала к груди, что-то шептала.
-Ты… - она подняла на мужа восторженные глаза, - ты… не представляешь даже, чем владеешь! – вот этот камень… - она протянула ему ладонь, на которой лежал очень необычного окраса камень, нельзя было с уверенностью сказать какого он цвета. Он сиял всеми цветами радуги одновременно! Лаван повертела его, и от него блики, словно огненные искорки, рассыпались в разные стороны, - от-ку-да? – последнее слово она еле выговорила, настолько поразили ее сокровища мужа.
-Все от туда же, из отцовской казны, - пожал плечами Ниран.
-Да это же царский опал! – Лаван не понимала, как Ниран может оставаться таким спокойным, - понимаешь? Царский!
-Конечно не понимаю, - он усмехнулся, - мне про него ни ты, ни Дух не рассказывали, но судя по твоей реакции очень редкий и ценный?
-Не то слово! Да это же… царь всех камней! – девушка бережно положила сияющий камень на стол и взяла другой, нежно-розового, теплого цвета, - а этот, тоже удивительный камень - розовый кварц! Лечит все-все болезни… у людей… поэтому еще сотни лет назад он исчез полностью, я о нем читала… а теперь держу в руках, можно сказать, легенду… А вот этот, - Лаван протянула мужу белый с серыми вкраплениями булыжник, - даже человеку сращивает кости прямо-таки на глазах! А если горный, идя на битву, наденет амулет из говлита, будет практически неуязвим, его кости невозможно будет поломать! - Лаван светилась от счастья, - я сделаю тебе такой амулет, и если ты упадешь даже с очень большой высоты, то не поломаешь кости!
-Ничего себе, - Ниран проникся, - а этот, что может? – он взял со стола самый невзрачный на его взгляд булыжник серо-голубого цвета.
-Это мрамор! – сказала Лаван, - из него принято делать статуи, фигурки, памятники! Считается, что если у тебя есть фигура, или статуя умершего существа, не важно кто он, человек, горный, или животное, то при полной луне ты сможешь пообщаться с этим существом! Мрамор таит в себе частичку души существа по подобию которого сделана статуя.
-Ничего себе… - Ниран присвистнул, - а этот? – он взял мутноватый, почти прозрачный камешек.
-У него такое сложное название, дай вспомню… амб-ли-го-нит, кажется, - хамгаАла была в своей стихии и чувствовала себя на седьмом небе, разом забылись все проблемы, - его тоже чаще всего использовали человеческие воины. Он помогает приспособиться к любым условиям, например в пустыне или высоко в горах, где низкие температуры… В пустыне человек долгое время сможет находиться без воды, а в холоде не мерзнуть в легкой одежде.
-Ты так интересно рассказываешь, я мог бы слушать тебя часами, - улыбнулся муж.
-Спасибо, - девушка рассмеялась, - а я могла бы говорить часами!
-А этот камень как сюда попал? – Ниран взял в руки обычный невзрачный голышек, - не помню такой, хм… - его лицо внезапно нахмурилось.
-Что? Дай мне, - девушка потянулась за камнем, - Ниран!
-Нет! – парень резко отдернул руку, не давая девушке прикоснуться, - от него веет опасностью!
-Дай, ну что ты, - надула губки жена, - мне камень точно ничего плохого не сделает!
-Почему ты так уверена? – муж не отрываясь смотрел на камень, прислушиваясь к своим ощущениям. А ощущения камень вызывал неспокойные. Какой-то затаенной боли, страха, тревоги.
-В моем теле в малом количестве есть почти все камни нашего мира, за исключение самых древних. Именно поэтому мы, хамгаАла лучше всех ладим с камнями, даже лучше чем вы, горные! – девушка протянула руку, - дай мне!
-Ладно… - он нехотя протянул голышек жене, - но у меня есть дикое желание его выбросить, - Ниран продолжал хмуриться.
Как только пальчики Лаван коснулись камня, Серп-браслет открыл красные глазки и поднял головку. Мгновение, и одним прыжком он выбил камень из рук девушки. Камень отлетел и закатился под кровать. Лаван и Ниран замерли, а взволнованный Серп метнулся под кровать и оттуда донесся грохот, словно по медному тазу стучали скалкой. Шум продолжался несколько мгновений, пока Ниран не отошел от шока и не заглянул под кровать, приподняв покрывало. Весьма довольный и увеличившийся в районе живота Серп медленно выполз наружу.
-Он, что? Съел мой камень? – возмутился горный, - эй ты, проглотина, ты же не живой!
Серп никак не отреагировал на едкую реплику и спокойно подполз к Лаван и даже постучал по полу хвостиком, привлекая внимание. Смеющаяся девушка подхватила питомца на руки, где тот преспокойно занял прежнее место, продолжая притворяться украшением.
-М-да, забавный подарок сделал нам Дух Горы! Нужно будет остро следить за остальными камнями, чтоб Серп и ними не полакомился! – с улыбкой сказала она нахмурившемуся мужу.
-Ну нахал! – Ниран поднялся с колен и отряхнул одежду, - погоди доберусь до тебя, ворюга! – он покачал головой и вернувшись к столу, начал складывать камни назад в мешок, - ты нашла нужный камень?
-Нашла, - сказала девушка, - даже два, вот только вопрос, какой из этих двух тебе… менее жалко? – она показала на синий бенитоит и розовый кварц, - наш змееныш подсказал мне способ, которым мы можем сделать твоему отцу временное сердце.
-Мне никакой не жалко, Лаван! Это же мой отец! Выбери какой лучше!
-Мне оба камня жалко, - немного грустно сказала она, - таких наверное больше нигде нет… - но конечно же жизнь отца дороже! – она задумалась и потом добавила, - розовый кварц не просто вылечит тело, он со временем излечит дух. А вот бенитоит называют «вечным» из-за того, что он сам постоянно восстанавливает свои силы, черпая их из окружающего мира. Если бы у горных камень сердца был бенитоит, то такой горный жил бы вечно… - у нее был такое мечтательное лицо, что Ниран не удержался и чмокнул ее в нос.
-Тогда бери оба! – он приобнял жену, нежно убрал локон серебристых волос с ее лица и поцеловал в висок, - быстрее поправится!
-А это идея! – девушка прижалась к груди мужа и продолжила думать вслух, - ведь амулет действует слабее, так как нет связи с кровью, поэтому да! Оба камня будут надежнее! Ты гений! – она отстранилась, заглянула ему в глаза и добавила ласково, - люблю тебя!
Ниран просиял и хриплым голосом ответил:
-И я тебя! Очень!
-Кхе-кхе, - послышалось от двери, - Лунная, я знахарку привел, - сказал Рор, пряча глаза, - извините, что помешал.
-Ничего! Пусть заходит! – сказала хамгаАла, - оставьте нас ненадолго, - обратилась к мужу, - мы сделаем амулет, позже будет нужна помощь, когда станем надевать.
-Хорошо, родная, - Ниран поцеловал ладошку жены, - пришлешь кого-то за мной.