Глава 21

Несколько дней мы обживались и налаживали быт. Помощницы, действительно, явились и перетряхнули дом, пытаясь сделать тоже самое с нашими вещами. Они не были грубы, но были весьма любопытны и настойчивы. Хранитель не видел в этом ничего опасного – мол, событий здесь мало, вот женщинам и скучно, а вот я рассердилась и поставила у дверей в свою комнату Лапку, чтобы он отгонял слишком любопытных помощниц.

Да, «семейная» теплая комната досталась мне. Я сама выскребла в ней каждый угол, развесила одежду, разложила книги и решила, что для зимовки лорд Натан выбрал не самое плохое место.

Между тем наши занятия продолжались. Пустому дому требовалось наполнение, и едва помощницы удалились, получив по серебряной монете за труды, как меня озадачили изготовлением шахмат. Материал мог быть любым, но необходимо было изготовить доску и все фигуры. Сначала я повторила простые шахматы, которые были у нас у детской. Деревянная доска, просто раскрашенная в два цвета и деревянные же фигурки без особых украшений или резьбы. Лорд Натан хмыкнул, но принял результат и до ночи играл со мной в шахматы, заявив, что здесь эта игра считается мужской, а потому ему надо тренироваться, чтобы не упасть лицом в грязь перед соседями.

На следующий день я припомнила те шахматы, которые стояли у нас в библиотеке. Они были вырезаны из камня, а наборная каменная доска могла считаться произведением искусства, ведь на каждой клетке была сделана гравировка – герб одной из шестидесяти четырех провинции нашего королевства.

Над этими шахматами пришлось повозиться, но я уже научилась разделять свое волшебство на этапы. Если сразу пожелать каменные шахматы, получишь в лучшем случае каменный блок, заставленный осколками породы, поэтому я представила, как резчик берет камень, распиливает его, обрабатывает, полирует, добиваясь шелковистой поверхности. Потом берет резец и делит на клетки… Для лучшей сосредоточенности я закрыла глаза, вспоминая, как отец гордился этими шахматами, как показывал нам гербы и фигурки тонкой работы, как объяснял, чем рыцарь отличается от пехотинца.

Легкое покашливание сбило меня с толку, и я открыла глаза. Каменные шахматы получились, только у воинов почему-то были лица наших стражников, белый король выглядел, как мой отец, а вот у черного лица просто не было!

Я ошеломленно погладила полированный черный агат.

– Вероятно, Вы не знаете, кто гонит нас из одного уголка королевства в другой, задумчиво сказал Хранитель, беря в руки черную королеву. У нее было женское лицо – прекрасное, тонкое, только вот готова поклясться – незнакомое. – Однако какие-то догадки у Вас все же есть.

– Я не знаю эту даму, – качнула я головой, – боюсь, облик фигур – случайность.

– Может быть, – не стал спорить мужчина и сменил тему, – идемте ужинать, леди Фа, жаркое готово.

Кашеварили мы по очереди, сохраняя в доме походный порядок. Лорд Натан, может, и рад был бы переложить на меня все женские заботы, да только готовила я не очень вкусно, стирала того хуже, а рассердившись могла засунуть в кастрюлю с чаем невесть откуда взявшегося осьминога или остудить очаг тазом колотого льда, потому что нечаянно обожгла палец.

На второй день после уборки местные жители решили, что новички достаточно обжились, и зачастили к нам с визитом. Нам приносили местную рыбу, пиво и копченное мясо, взамен охотно поглощая начарованный мною белый хлеб, овощи и сладости.

Поскольку появились мы тут телепортом, никто не удивлялся такому разнообразию нашего меню, а я осваивала все новые блюда, экономя припасы в кладовой. Вершиной моего магического искусства стали, как ни странно, не бриллианты, а яблоки.

Почти месяц я пыталась представить во всех подробностях завязь, рост и развитие этого фрукта, чтобы побаловать себя свежим яблоком. А когда эксперимент увенчался успехом, его в один укус проглотил Лапка, изрядно раздобревший на магических харчах.

Мой возмущенный возглас вызвал у Хранителя здоровый смех, и остаток вечера я создавала яблоко за яблоком, пока не рассердилась на парочку проглотов и не создала целую корзинку. Корзинку лорд Натан прихватил к своей любовнице и воротился только на следующий день, причем страшно довольный. Я к тому времени успела навоплощать таких ужасов, что Лапка забился под лавку и не высунул нос, даже когда Хранитель призывно свистнул, удивляясь, что его не встречает наш верный страж.

Монстриков я развеяла, благо научилась, но на Хранителя за его загулы дулась еще долго.

Яблоки этой зимой мне приходилось делать часто. Лорд Натан объяснил мне, что долгая зима часто вызывает у местных жителей болезнь, от которой пухнут десна, выпадают зубы, и тело становиться слабым, словно весенний снег. От этой напасти спасают овощи и фрукты, которые на полуострове удается вырастить не каждый год.

Узнав, что у нас есть яблоки, гордые северяне не стали просить. Вместо этого они присылали к нам детей с гостинцами – то вышитые рубашки для Хранителя, то расшитую жемчугом сумочку для меня. Конечно, подарок нельзя было оставлять без ответа и я честно выспросив у мальчишки или девчонки, сколько народу живет в их «длинном доме», шла в кладовку и чаровала корзину спелых сочных плодов. Как сообщил мне однажды лорд Натан, благодаря моим стараниям, этой зимой даже старики сохранили зубы, и местные бонды даже гордились таким внимательным «ярлом».

Приближался праздник перелома года. Традиционно, его справляли семьями, собираясь у очага. В нашем герцогстве обязательно пекли огромный пирог, в который прятали монетки и мелкие игрушки, украшали дома зелеными ветками, лентами и выпечкой, приманивая в дом здоровье, долголетие и достаток. Мама обязательно устраивала угощение для животных и птиц, отец одаривал арендаторов и слуг, а мы, дети, с замиранием сердца ждали, когда отец с мамой зажгут огромный костер во дворе, и все будут плясать вокруг него, а тем временем в наших кроватях появятся подарки.

Здесь некому было печь пирог, наряжать дом и зажигать костер. Я совсем было расстроилась, но Хранитель не дал мне печалиться. Целую седмицу мы с ним учились изготавливать ленты, а потом розетки из них, печь пряники и украшать их сладкой глазурью. За день до Перелома у меня получилась елка, правда, почему-то с корнями и вся в снегу, но это не помешало нам украсить ее ветвями дом, а стволик обвить лентами и уложить в камин.

С пирогом было сложнее, его полагалось испечь в самую волшебную ночь, но я нашла выход, вспомнив, как няня пекла пирог, и за час до праздника он выплыл из воздуха – горячий, ароматный и размером со столешницу в нашем зимнем доме.

Потом я привычно начаровала пару корзин яблок и украсила их лентами, приготовив таким образом подарки соседям, которые решат заглянуть к нам, чтобы поздравить с праздником. Лорд Натан добавил в каждую корзинку бутылку крепкой настойки и пряники, чтобы подарок порадовал всю семью.

Когда настало время поджигать костер, мы зажгли его вместе. А ещё приготовили друг другу подарки. Я прочитала толстенную книгу про оружие, которая нашлась в наших запасах, и создала для Хранителя лук, подобный тому, который видела в нашей оружейной. Правда, мне кое-что в том луке не нравилось, поэтому я слегка переделала его по своему вкусу, а стрелы, с которыми отдельно пришлось морочится почти две недели, по моей задумке должны были всегда попадать в цель.

Получить от меня такой подарок Хранитель явно не ожидал. Он долго гладил тисненную кожу футляра, рассматривал оперение стрел, а потом широко улыбнулся и накинул мне на плечи свой подарок – чудесную накидку из шкурок соболя. Здесь, на полуострове, эти зверьки водились в изобилии и были настоящим бедствием для хозяйств и охотничьих ловушек, так что с ними не церемонились. И местные дамы щеголяли в соболях различных фасонов от муфт, до подбитых мехом плащей.

Я задохнулась от восторга, поглаживая мягкий пушистый мех. Так вот, почему Хранитель так долго «гулял», а потом пропадал в конюшне! Шкурки требовали серьезной обработки, а конюшня – единственное место, куда я заглядывала неохотно.

Мне так понравился подарок, что я подошла ближе и чмокнула лорда Натана в щеку. Потом покраснела, отпрянула и вдруг поняла, что уже легко дотягиваюсь до щеки мужчины, и нет необходимости для этого вставать на цыпочки, или забираться на табурет. Смущенный не меньше, чем я, лорд схватил свой подарок и выбежал из дома со словами:

– Нужно пристрелять.

Я последовала за ним, кутаясь в свою новенькую накидку.

На улице было шумно. В деревне дымили очаги, люди с фонарями в руках бегали из дома в дом, обмениваясь поздравлениями и подарками. Наши два фонаря на каменных подставках перед входом смотрелись очень скромно.

Лорд выбрал в качестве мишени сугроб попышнее, чтобы не ломать новенькие стрелы, и натянул тетиву. Я очень волновалась – будет ли вообще стрелять оружие, созданное магией?

Бормоча себе под нос, Хранитель прицелился и выстрелил. Свистнуло-вжикнуло, снежная гора разлетелась огромными комками, засыпав половину двора! Проморгавшись, лорд прицелился в поленницу, прикрытую навесом. Зря. Дрова разлетелись по двору, а от крыши и вовсе ничего не осталось. Осмотрев наконечник другой стрелы, ковырнув его ножом и проверив на магию, мужчина пожал плечами и сделал третий выстрел – в дерево, растущее в дальнем конце двора. Когда вековая сосна, заскрипев, начала падать в сторону дома, я пискнула и рванула подальше, вместе с Лапкой. К счастью, Хранитель был отличным магом – сосну отбросило прочь, а лук и стрелы он спрятал под плащом, словно великую ценность.

Потом лорд собирал магией и руками дрова, латал крышу, а Лапка бегал за ним и мешал. Я помогать отказалась и лишь посмеивалась, когда мужчина возмущался такой несправедливостью.

Потом мы вернулись в дом и отведали праздничный пирог. Хранитель разрешил мне пригубить медовухи, так что я уснула прямо за столом, не выпуская из рук его подарок.