Глава 48

/Лучница/

— Может, останешься вместе с Александрой? — горячее дыхание взъерошило волосы на макушке.

Лалиэн сидела в кольце рук Аркариона в тени кроны раскидистого дерева на самой краю леса. Солнце только показалось, окрашивая белоснежные горы алым и жёлтым цветом. Сегодня многие спали плохо, в том числе и Лалиэн. Вечером пришлось дать Александре отвар и погрузить её в сон. Этот отвар приготовила Мира, собрав последние ингредиенты ещё при переходе через зачарованный лес, потому в силе зелья не сомневались. Теперь Исааз при всем желании не сможет взять контроль над одурманенным телом.

Только беспокойство не отпускало, ведь борьба Александры продолжалась, а они приблизились к конечной точке их пути. Все понимали, что в ущелье мог притаиться враг, а Йен до сих пор не вернулся из разведки. И ведь неизвестно, что ожидает их в самом храме. Хотя, возможно, это глупые страхи, а настоящие трудности остались позади. Лалиэн очень бы хотела в это верить.

— Я лучше всех разбираюсь в письменах Безликих, — она подняла голову, чтобы заглянуть в янтарные глаза. — К тому же, кто будет тебя защищать, если я останусь?

— Действительно, — рассмеялся он, коротко поцеловав её в кончик носа. Но глаза его не покидала тревога. — У меня плохое предчувствие, Лали. В храме может быть опасно. Он такой древний, наверняка, полный ловушек.

— После столкновения с духом нижнего мира мне уже ничего не страшно, — по телу пробежала дрожь, стоило вспомнить недавний эпизод.

С тех пор их путь проходил достаточно спокойно, без серьезных столкновений и потерь в отряде. Их и так осталось мало. Но Лалиэн признавала, что проблем у них стало много меньше, когда они прекратили связь с Советом.

— Лали, — Аркарион с тяжелым вздохом стиснул её в объятиях, от чего перехватило дыхание. — Я же серьезно.

— Знаю. Но я нужна в Храме, — Лалиэн положила голову на его плечо. — Всё будет хорошо.

Наверное, сейчас был тот самый момент, когда стоит признаться в чувствах. Сказать, что для нее отношение к Аркариону давно перешло черту дружбы или влечения. Он стал неотъемлемой частью её жизни, души. Тем, кто всегда рядом и в радости, и в горе. Три простых и естественных слова, но как же сложно их произнести. Вдруг для него всё иначе? Сделав ей предложение, он просто поступил по чести. А чувственное удовольствие и настоящие чувства не одно и то же. Снова страхи, казалось, она от них избавилась. Но она была смелой с Кирианом, и ни к чему хорошему это не привело. Вдруг и здесь она слишком спешит?

— Будет, — Аркарион уткнулся носом в её волосы, глубоко вдохнул. — Наверное, я волнуюсь. Скоро заклинание будет у нас, мы сможем освободить Лекс. Если все пройдёт по плану, нужно отправляться в Серебряную Луну. Я должен быть с братом. Ты же последуешь со мной?

Лалиэн ощутила, как напряглось тело мужа, а слова прозвучали чуть хрипловато. Она не знала, что намерена предпринять Александра. Последнее время она разговаривала редко, молчала, часто проваливаясь в видения. Но в любом случае дальнейший путь и её жизнь связаны с Аркарионом.

— Конечно, — она вновь приподнялась, чтобы с улыбкой заглянуть в его глаза. — Мы с тобой до конца, — припомнила она его слова, сказанные в момент смертельной опасности.

Глаза Аркариона вспыхнули. Он ничего не произнёс, но Лалиэн нутром ощущала его радость, благодарность и любовь, а ещё сомнения, тревоги и страх за нее. Она сама испытывала всю эту мешанину чувств. Они потянулись друг к другу одновременно. Слились в поцелуе, осторожном, нежном и медленном. А из её глаз брызнули слёзы. Слишком сильны были эмоции, кипящие в груди, в самой душе.

Громкий топот копыт ворвался в этот прекрасный момент, заставив опомниться и подскочить на ноги. Но они сразу же расслабились.

— Йен, — прошептала Лалиэн с облегчением.

— Наконец-то, — Аркарион взял её за руку, мельком улыбнувшись. Какие бы новости ни принёс наёмник, им предстояло сняться с лагеря и двинуться в путь.

Дрэйк остановил коня, пустив запыхавшееся животное по дуге перед ожидающими его Аркарионом и Лалиэн.

— Ущелье свободно, — вместо приветствий сообщил он, сбрасывая капюшон плаща с головы. — Как Александра?

— Мы её усыпили, — Лалиэн понимала, что сестра не будет злиться, а их действия — необходимость и забота, но все равно невольно ощущала вину.

— Плохо, — нахмурился Йен, похлопав коня по шее.

— Она держалась, сколько могла. Дальше дело за нами, — твердо произнёс Аркарион. — Мы должны получить заклинание.

/Дракон/

Путь через ущелье проходил спокойно, даже слишком легко. Дайрос то и дело поднимал взгляд к вершинам поднимающихся с обеих сторон гор. Солнце стояло высоко, но его лучи не грели. А порывы ветра пробирались под одежду ледяными прикосновениями. Йен подтвердил, что врагов здесь нет. Но все равно на душе было неспокойно. Может, потому что он привык, что Александра всегда скачет рядом, что-то рассказывает или просто молчит? А теперь она была без сознания, боролась с Безликим уже в насланном сне. А он ничем не мог ей помочь. Даже просто взять за руку. Её везли в телеге, а он скакал верхом. Так близко и так далеко.

Горная дорога уходила дальше, все выше, но выйдя к развилке, обозначенной покосившимся от времени столбом, они свернули в сторону храма. Здесь путь замедлился из-за плохого состояния дороги. Судя по всему, к храму редко поднимаются путники. Сам Храм находился в природной пещере, расширенной стараниями людей. Лишь добравшись до входа, они поняли, в каком упадке он находится. Массивные двери, некогда покрытые искусной резьбой, валялись на каменистой земле, разбитые на несколько частей. А сам вход местами перекрывали упавшие при обвале камни.

Была уже ночь, и они решили не рисковать и отправиться в храм утром. Лагерь устроили выше входа. Дорога отсюда вела в горы. Кроме того, с более высокой позиции можно было просматривать местность и держать оборону в случае нападения. Как обычно, разожгли костёр, расположившись вокруг него на ужин. Только ели сегодня без аппетита, несмотря на сложный переход через горы. Все волновались. Сложно было поверить, что после стольких месяцев пути, жертв, смертей и испытаний, оставленных позади, они достигли цели.

— Точно не отправишься с нами? — Дайрос бросил взгляд на Йена, сидевшего у телеги.

— Точно, — хмыкнул наёмник, откладывая почти полную миску с похлёбкой в сторону. — Я давал клятву Александре. И до сих пор с ней, потому что она Хранительница. И потому что глубоко уважаю её, — усмехнулся, услышав недовольное фырканье Лалиэн. — Я буду защищать её. Но… — он глубоко вздохнул, подняв взгляд к безоблачному небу, усыпанному звездами. — Я не верю в план с заклинанием. Александра не в состоянии его произнести.

— Ты не веришь в план, но все равно с нами, — отметил Дайрос. — Значит, все же надеешься.

— Я с ней лишь потому, что не могу иначе. Как сказал, я уважаю Александру. Она через многое прошла, чтобы привести нас сюда. Ты прав, я не верю, но надеюсь.

— А я верю в сестру, — почти зло бросила Лалиэн. — Если она не сможет, то во что вообще верить?

— Да уж, если Лекс не прошибет стену лбом, то кому это вообще под силу? — рассмеялся Аркарион, сжав ладонь супруги, после чего Лалиэн сразу расслабилась, тускло ему улыбнувшись.

— Ну что вы такие кислые? — возмутился Ривен. Ему волнение никогда не портило аппетит. — Завтра добудем заклинание. Следом проведём и ритуал. Меня больше волнует, что будет потом. Кто куда?

— Я продолжу путь с Александрой, — ответил Аниэл, ни на секунду не усомнившись с ответом.

— Я тоже, — отозвался Дайрос.

Только куда решит идти сама Александра, он не знал. Может, сложится так, что усадить её на трон удастся, только вступив в войну, которую развязывает Рогнар.

— Мы отправимся в Серебряную Луну, — Аркарион взглянул на Лалиэн, и она согласно кивнула. — Если войны не избежать, я должен быть с братом.

Дайрос улыбнулся. Этот долгий поход изменил каждого из них. Аркарион стал серьезнее, отбросил легкомыслие и был готов принять свою судьбу. А предложение Лалиэн стало по-настоящему мужским поступком. И с тех пор он окружил девушку вниманием и заботой. Дайрос спрашивал себя не раз, а кого бы избрал артефакт именно сейчас, в этот момент?

— Я отправлюсь в Белую Иглу, — Йен поднялся на ноги. Бросив мрачный взгляд на спящую в телеге Александру, он ушёл, быстро скрывшись во мгле ночи.

В последнее время он часто так уходил, предпочитая побыть в одиночестве. Кажется, до сих пор тяжело переживал потерю Миры. Может, винил себя, Дайрос не спрашивал. Точнее попытался поговорить, но Йен не из тех людей, что делятся переживаниями.

На этом разговоры стихли. Остальные тоже собирались возвращаться домой, к родным и друзьям. Похоже, вскоре их отряду предстояло распасться. Но это было неминуемо.

Ночь прошла в волнении и тяжелых думах. Дайрос встал рано, когда солнце только начало подниматься из-за горизонта. И не без удивления обнаружил, что не спится ни ему одному. Лалиэн и Аркарион лежали рядом, соединив спальники, и тихо переговаривались, глядя в светлеющее небо.

— Завтракаем и собираемся, — сообщил он приподнявшемуся Ривену.

Пора сделать последний шаг к цели их путешествия.