Поездка

Усатый мирно посапывал в мягком кресле у камина. Огонь в нем разводился каждый день, даже летом. Это была ежедневная профилактическая чистка нейрополя. Я сидела расслабленно в другом кресле и смотрела в огонь. Чай с лимоном и мелиссой приятно расслаблял.

— Скоро будем выдвигаться в путь, Птичка, — сказал Айдар, заходя в дом.

Он уже успел осмотреть местность вокруг. Говорит, что это необходимо. «Согласна, змеиный клубок еще не распутан. Опасно просто сидеть тут и расслабляться», подумала я.

— Да, через пару минут начнем сборы, — кивнула ему я.

— Ближайшую ночь будем в Ниаве, следующую заночуем в лесу. Возьми теплую одежду, — распорядился Айдар.

— Мы будем ночевать под открытым небом? — уточнила я.

— Не совсем. Под утро сыро. В палатке будет комфортно, — ответил он, — там чудесные звезды, Софья. Если небо будет ясное, увидим, — подошел ко мне ближе. Так близко, что ощутила жар его тела, а хвойный, немного терпкий аромат снова ударил в голову. В ногах растекалась слабость, — я же хотел свою Птичку у костра, — хрипло сказал он, склонившись к моему ушку. Тепло его дыхания вызвало мурашки, они побежали стаями! Низ живота заныл, а сердце затрепетало. «Что он еще захочет сделать со мной!!! Когда я в его руках, я на все согласна, но прихожу в себя и о ужас!!»

— Х-хорошо, Айдар. Нам ведь пора ехать? — вывернулась я из его объятий.

— Пора, — чуть с угрозой сказал он, прищурившись, — куда бежим? — поймал меня через пару секунд, удрать не вышло.

— Я? Я никуда… я собираться, — сердце заколотилось, взгляд Айдара говорил о том, что он дождался внятного ответа.

— Я…я боюсь, — он вскинул бровь, продолжая неотрывно смотреть, гипнотизируя меня — я боюсь того, как моё тело реагирует на тебя! Оно не в адеквате! — наконец выдала я панически, предпринимая новые попытки вывернуться.

Смех Айдара был грудным, ласковым и любящим. Он покрепче сжал меня в объятиях.

— Оно в адеквате, жена, — сказал он с нажимом, — не сомневайся в этом, — взгляд его был теплым и нежным, — Выброси из головы эту чушь и расслабься. Ты моя, и я всем доволен, — мурлыкал он и я снова начала растекаться в его объятиях.

— Х-хорошо, — он наконец поставил меня на пол и я на негнущихся ногах пошла «куда-то» искать «что-то». Айдар, видя мое замешательство улыбнулся и потянул меня под локоть.

— Нам туда, принцесса, — и мы вышли за двор. Черныш и Гром мирно паслись у озера. Я, чуточку придя в себя, предложила Айдару посмотреть поля со мной.

Перед нами раскинулись холмистая опушка хвойного леса, и километры розовых кустов. Все росло неширокой полосой вдоль полутени деревьев. Между каждым сортом были разделяющие участки. Розы чувствовали себя великолепно. Система автополива справлялась успешно. Тут были и белоснежные шарообразные кусты, и кроваво красные карликовые сорта. Плетистые розово-желтые экземпляры забирались на стволы деревьев. Корневая система была изолирована от лесной почвы специальными ящиками.

— Вот это моё сокровище, — чуть засмущавшись сказала я.

— Они чудесные, — Айдар неожиданно обнял меня, схватив мои кисти завел их за спину, чуть резковато, но так сладко, — ты пахнешь ими, — чуть наклонился к моей шее, вдохнул запах, начал покрывать мою шею поцелуями, такими жаркими и требовательными, что перехватывало дыхание, за лоном снова пришло ощущение натяжения.

— Нам было пора ехать, — начала я.

— Ты хочешь меня, жена, — улыбнулась он, — к чему торопиться? — с этими словами он закинул меня на плечо и понес в усадьбу. Усатый активно агитировал его рвение, упиваясь тем как мы приближались к кровати.

— А тебя, друг, я попрошу выйти, — он нежно сдвинул ногой пушистое тело и захлопнул дверь.

Я сидела на кровати, и наблюдала за тем как Айдар защелкнул засов. Потом повернулся и начал медленно, смотря мне в глаза, снимать с себя рубашку. От его крепкой, но по этом гибкой фигуры трудно было оторваться. Темные волосы мягко и чуть небрежно обрамляли лицо. В тандеме с его выражением лица это выглядело просто великолепно. Пришла очередь брюк. Ремень он расстегивал демонстративно, предвкушающе-пугающе. «Что он вытворит на этот раз??», — нотки страха таяли, уступая место уже моим развратным мыслям, «хочу его, снова хочу ощутить его пальцы во мне, и не только пальцы, все хочу…», я закусила губу, щеки заалели, дышать стало труднее. Тем временем Айдар, уже полностью обнаженный, подошел совсем близко ко мне. Его мужское достоинство возвышалась надо мной во всей своей невероятной красе и притягательности. Он замер, оценивая мою реакцию.

— Хочешь меня, жена, — утвердил он, хищно улыбаясь.

— Даааа, — промурлыкала я, садясь на самый край кровати.

— Ну так бери, — глаза его пылали, грудь тяжело вздымалась.

Я приблизилась к нему, прикоснулась пальчиками к головке, растекающиеся прозрачные капли уже увлажняли его и давали прекрасное скольжение моим пальчикам. Айдар тихо застонал, чуть запрокинув голову.

— Нежные ручки у моей жены, — с довольным видом вновь взглянул на меня, — возьми рукой, чуть сожми — направлял он меня, — чудесно.

Он провел пальцами по моим губам, затем завел кисть за затылок и нежно притянул к себе. Головка была у меня во рту, такая горячая, крепкая и приятная. Стон вырвался теперь у меня, Айдар чуть направлял меня, а я двигалась осторожно, привыкая. Рука, сжимающая дивный ствол начала двигаться по спирали, натягивая нежную кожу в такт рту. Стон Айдара подтвердил правильность моих действий. Я чуть привстала, закинула ноги на кровать, заняв удобную позу чуть ускорилась. Интуитивно захотелось наклонять голову в противоположную от направления руки сторону. Получалось движение по спирали, чувственное, нежное и при этом чуть натягивающее. Ноги чуть пружинили в такт движениям, волосы выбились из прически.

— Чертовка освоилась, — плотоядно улыбался Айдар, — тише, малышка, а то наше дело закончиться быстрее, чем я планировал.

Я чуть замедлилась, он отстранился. За лоном невероятно тянуло. Айдар резко развернул меня, я уперлась руками в кровать, стояла на коленях. Он зашел в меня довольно резко. Я была готова, совершенно не было боли, только сладкое томление нарастало, требуя большего. Я изогнулась, прося двигаться резче, он ускорялся, а я все извивалась в его руках. Мощные толчки зажгли в моем теле взрывы наслаждения, моё тело забилось в сладких судорогах и он наполнил меня своим теплом. Чудесно. Сладко. Трепетно. Тепло достигало самого сердца, а я лежала и не могла пошевелиться. Айдар улегся рядом.

— Моя девочка довольна? — улыбнулся он.

— Мм..а..я, — по факту смогла только чуть улыбнуться и закрыла глаза, ловя моменты расслабления.

— Отдыхай, — он поцеловал мне щеку и удалился с кофем куда-то на территорию Усадьбы.

Приходила в себя я медленно. Сначала более четко стало слышно птиц из приоткрытого окна, потом тело начало меня слушаться. Не то чтобы я совсем не могла им двигать, но совершенно не хотела! Перевернулась, нежась в хрустящих простынях и посмотрела в сторону приоткрытого окна. Уж больно сладко пели птицы…и тут ЭТО! Наглая, рыжая, усатая моська полилась через окно на меня! «Ну что за нахал» — хмыкнула я и повернулась к нему спиной.

Через некоторое время все же собралась с силами, оделась и вышла прогуляться. Айдар стоял на берегу озера.

— Нравится тут? — осторожно спросила я.

— Да, очень, — ответил он серьезно, — видишь, тот горный хребет? — он показал на достаточно далеко находящиеся горы, — там наша с братом «Усадьба», — улыбнулся он.

— Ого, так далеко, — я завороженно смотрела на эти горы.

— Три дня пути, если останавливаться только на ночлег, — уточнил он.

— Сколько себя помню, я мечтала побывать в этих горах, — вдруг выдала я.

— Как хорошо, что не додумалась пойти туда в одиночку, — Айдар допил свой кофе.

— Разбойники? — не поняла я.

— В тех местах мало разбойников, они сторонятся гор и нас, — загадочно произнес Айдар, — тебя мог первым встретить мой брат, — уточнил он, — поверь, Райгард не упустил бы такую малышку, — я засмущалась от его взгляда, — он кстати так и обзавелся женой. Ее зовут Дарина. В своем городе она попала под нейровоздействие, но сбежала, — Айдар закурил сигарету, — он сцапал ее, когда она пыталась устроить что-то типа временного жилища в горах. ЧуднАя она у него была первое время. Истинная близость душ исцелила ее. Моей племяннице скоро будет год.

— Ого, — мои глаза блеснули, а потом в груди заледенело от страха.

— Что такое? — не понял Айдар.

— Дети, — щеки заалели, — я хочу детей.

— Знаю, жена, — ответил Айдар, — на столько сильно, что чуть не накинулась на меня у костра, — я по доброму возмутилась, засмущалась и стукнула его в грудь.

— Ты будешь долго вспоминать? — зашипела я, а сама улыбалась.

— Всегда, — с довольной ухмылкой сказал он.

Несколько минут мы провели в тишине. Солнце уже было высоко.

— Нам пора, — начал собираться Айдар, — если не выйдем в течение часа, не успеем до Ниавы засветло.

— Идем, — у нас все было готово для выезда, я переоделась в дорожный костюм, оставила Усатому еды и мы выехали в сторону тракта.

Дорога была просто чудесная. Мы шли в не очень большом темпе в свежей прохладе леса. Диких белок видно не было.

— Ты заметил, что белок меньше? — спросила я Айдара.

— Да, они в это время года уходят снова на север. В этом году их было особенно много. Та стая, что напала на тебя по какой-то причине задержалась, но видимо была последней. Теперь все тихо, — рассуждал Айдар.

Дорога до Ниавы была мне знакома. Прохлада хвойного леса на протяжении примерно шести часов езды. Изредка нам попадались мелкие лесные звери и птицы. На этом все. Нейрополе ласа значительно влияло на наше. В древности люди считали, что природа не имела чувств и эмоций, но это не так. Как и большая часть всего, что находится а Альтарии, лес имел свои нейроволны. Считывать их научились еще в глубокой древности, но основной массе людей официально открыты эти знания стали чуть ли не во времена Великого перехода, что было довольно поздно. Сейчас же каждый младший школьник знает, что природа имеет свои нейросообщества. В основном это касается биотопов в которых живут в гармонии существа разных биологических видов от микробов до высших животных. Как и полагается не все места в Альтарии были светлыми и чистыми. Были и гиблые места. В основном такое случалось, когда баланс биотопов по какой-то причине был разрушен. Иногда это были природные катастрофы, но чаще всего влияла аура человека. Человек вообще занимал особое положение из-за особенностей его энергетического контура. Человек таки являлся прообразом богов на земле и от чистоты его помыслов и качества жизни зависело окружающее пространство. Проще говоря, в тех колониях где процветали воровство, обман, измены и убийства природа постепенно отравлялась и погибала. Все новые и новые болезни начинали разрушать такое общество, как бы спасая планету от подобных сообществ. А в тех местах, где царили мораль и любовь было гораздо светлее. Природа буйным ростом заполоняла все пространство энергией жизни. Такое нейрополе несло здоровье и дальнейшее процветание. Все иначе обстояла с малыми группами людей. Природа, имевшая более мощное поле, влияла на путников и в чистых местах давало исцеление. От гиблых же мест здоровый человек интуитивно старался держаться подальше. Ощущение необъяснимой тревоги захватывало все существо, заставляя улепетывать оттуда. Еще интереснее обстоит дело с сформировавшимися человеческими парами. Говорят, что при истинной близости энергия нейронных полей замыкалась в единый контур и такие люди эволюционно выходили на новый уровень развития духа.

— Айдар, — задумчиво обратилась я к своему мужу, он взглянул на меня вопросительно.

— Ты веришь в любовь? При которой замыкаются энергетические контуры? — спросила я, смущаясь чуть волнуясь.

— Конечно, жена. Разве ты меня не слушала? Райгард и Дарина имеют такую связь. Только благодаря этому и удалось вытравить тараканов из ее нейронного поля после воздействия. Теперь им обоим не страшны внушения подобного уровня. Хотя для людей, не скрепленных союзом подобного плана, последствия могут быть плачевным, — объяснял Айдар, а я завороженно слушала.

— Как у них получилось? — осторожно спросила я.

— Не знаю, — усмехнулся Айдар, — брат не посвящал в подробности. А что, жена? Тоже так хочешь? — его глаза весело сверкнули.

— Да. Я мечтала о подобном с самого детства. Вот только в Мельнуре это относилось к разряду сказок, — объяснила я.

— Мне не нравится твой Мельнур, — чуть нахмурился Айдар, — тебе дорога эта колония?

— Нет на самом деле. Никогда не чувствовала себя в ней комфортно. Но вот к Усадьбе привязана. Там я всегда жила обособленно ото всех, — продолжала я.

— Чудесно, я того же мнения. Хоть Вильдорн более приятен нравами, все же предпочитаю жить уединенно. Рад, что ничего не придется менять сейчас. Когда узнал, что ты три года прожила одна, сначала не поверил своим ушам. Женщины не обходили нас с братом стороной, но их больше интересовало наше материальное положение. Они приходили в ужас от предложения жить в лесу, — улыбался Айдар, — это была стандартная проверка.

— О, те, кто сватался ко мне вели себя также, — вдруг вспомнила я.

— Увижу хоть кого-нибудь из них на границе нашей территории. Сверну шею, — он говорил вполне серьезно.

— Ты чего? — чуть испугалась я, — я же твоя жена.

— Поверь, не всех это останавливает, — говорил мой серьезно настроенный муж.

— Хорошо, — согласилась я, — тебе виднее. Айдар одарил меня теплым взглядом.

— Мудрая жена, — сказал он с довольным видом и мы продолжили двигаться дальше. Солнце уже клонило к закату, когда мы достигли ворот Ниавы.

Эта колония вплотную была окружена трудно проходимым лесом и только тонкие нити трактов ответвлялись от нее. Часовые с бластерами в парализующем режиме стояли неизменно, как и везде.

— Доброго вечера, путники! Прошу предоставиться! — меня они обычно пропускали молча. А тут что? Не узнали? Хотя на меня косятся, я вижу.

— Доброго дня. Меня зовут Айдар, торговец камнями, это моя жена Софья. Что же, вы ее не узнаете? Она была тут частой гостьей, — начал расспрашивать из Айдар.

— Узнали, господин Айдар. Но таков приказ. На вас пришло распоряжение, господин Айдар! Выдать разрешение на использование парализующего режима бластера, а так же просим сопроводить вас до центральной таверны, в которой вам положен бесплатный ужин и ночлег, — выдал часовой с военной выправкой.

— Отчего такие привилегии, — судя по лицу Айдар не надеялся на ответ, но часовой его удивил.

— За поимку и обезвреживание опасного преступника Мельнура! — гордо доложил они синхронно отдали нам честь.

— Ясно, значит ведите, — озадаченно сказал им Айдар.

Мы шли по центральной улице торжественно, нас встречали как героев. Люди ликовали и аплодировали. В таверне уже готовы были нас принять горячими явствами и музыкой.

— В чем обвиняют Дерека? — выспросил Айдар часовых предде, чем те ушли.

— В похищениях девушек из наших двух колоний! Народ ликует! Теперь мы можем жить спокойно! — с явным удовольствием отчеканил он, — Слава Великому герою! — крикнул он во всеуслышание.

— Ураааааа!!!! — гулко занесся голос толпы.

— Честь имею! — проговорили стражники и удалились.

Мы чудесно поужинали, потом поднялись в свой номер. Подвоха не наблюдалось, нам выделяли лучшие апартаменты с ванной комнатой.

— Думаю не стоит расслабляться тут у них в ванной, — скептически осматривал апартаменты Айдар, — что им еще взбредает в голову…не готов раскрепощаться в подобном месте, — выражение лица Айдара несло неясный смысл.

— Думаешь это Незлер? — наконец спросила я то, что вертелось на языке половину вечера.

— Я уверен в этом. Похоже, что дело действительно важное. Он просил об аудиенции. Вот же лис. Сейчас не время возвращаться, посетим еще хотя бы одну колонию, сразу вернемся, если дальше цены будут рыночные. И пригласим его на разговор. Согласна, жена? — вдруг уточнил у меня Айдар.

— Да, конечно. Более чем, — обрадовалась я.

— Ну вот и славно. Мы разузнаем все у местного лавочника, тоже самое в Брумстаге. Если повезет, после этого вернемся в Усадьбу, — рассудил ситуацию Айдар.

— А сейчас примем душ и спать? — с надеждой взглянула на него я?

/ Да, птичка. Если не планируешь снова побывать в моих объятиях, то быстро принимай душ и зарывался под одеяло. Я слишком явственно помню твой жаркий… «поцелуй», — последнее слово он сказал другой интонацией. «Ох, он явно же не о поцелуе в губы!»

— Мне не очень хочется заниматься любовью тут, муж, — честно призналась я.

— Мне тоже, так что держи дистанцию, жена, — добродушным тоном сказал он, глаза его озорно сверками.

Мы быстро приняли по очереди душ и легли отдыхать. Спать хотелось очень сильно после выматывающей дороги. Все было тихо, нас никто не беспокоил. Похоже, что в Ниаве в серьез приняли мужа за героя. «Занятно», с этими мыслями я провалилась в сон