Эпилог
Софья
Прошло десять лет. Осенний ветерок раздувал опавшие листья. Озорники дети в количестве примерно десяти человек табуном бегали друг за другом по территории Усадьбы. Среди них было двое наших с Айдаром детей, трое Райгарда, трое Логана. Еще несколько друзей дети Логана прихватили с собой из Вильдорна. Я поглаживала свой животик, мирно покачиваясь на качелях. Было уже больше восьми месяцев беременности, так что появление третьего малыша не заставит себя долго ждать. Айдар вышел на крыльцо с чашечкой кофе. И я снова зависла, любуясь этим чудесным мужчиной.
— Ты все так же пытаешься съесть меня жена, — сказал Айдар, закуривая сигарету, — ничего не меняется, — вид у него как у довольного кота.
— Дааа, — ответила ему я, — разве я виновата в том, что муж у меня красавец? — задала риторический вопрос, — а еще честный, смелый, любящий, заботливый, щедрый, мудрый… — продолжала сыпать комплиментами я.
— Ну все, все, жена, — прервал мой поток Айдар, — я верю в то, что превосходен, — сказал он, расслабленно располагаясь на деревянных ступеньках.
Птицы пели многоголосым хором, купаясь в золотистых лучах заходящего солнца. Вечерами в нашей местности почти всегда был штиль. Так что любоваться закатами было особенно приятно. Предварительно обработав конечно территорию от кровососущих насекомых, коих в хвойном лесу была просто тьма.
— Безупречная моя, — задумчиво произнес Айдар, наблюдая за мной и потягивая сигарету.
Я покраснела. Как и обычно. Все ни как не могу привыкнуть к тому отношению, что из года в год дарит мне муж.
— Идем к озеру, — предложил муж.
— Идем, — согласилась я.
Айдар построил на берегу озера чудесную беседку с террасой, а так же пирс. Терраса примыкала к беседке, пирс тоже имел площадку для отдыха, но уже подальше от берега. Все было выполнено одном стиле, деревянным и уютным. После жаркого дня было приятно прогуляться по этим сооружениям босиком. На обеих открытых площадках располагались деревянные шезлонги, крепкие пляжные зонты находились в собранном виде в длинных и узких сундучках. В крытой беседке располагалась обеденная зона, состоящая из стола и стульев, а вдоль стен расположились удобные кресла-шезлонги. Я сняла обувь и мы отправились на дальнюю площадку, ступая по огненным доскам пирса. Закатное солнце раскрасило небо в сочные краски от ярко оранжевого до розового и лилового оттенков. Отблески солнца мягко переливались в озерной глади, а чайки мирно ловили рыбу, иногда даже пытаясь за нее драться. Находились особо ушлые экземпляры, что пытались вырвать уже готовую еду у своих собратьев. Я расположилась на сидячем шезлонге, Айдар подошел ко мне сзади и положил одну ладонь на плечо.
— Держи, любимая, — другой рукой он протянул очередное украшение для меня.
На этот раз это была подвеска из идеально прозрачного горного хрусталя в огранке груша. Не знаю почему у нас прижилось именно название груша, ведь больше она походила все же на каплю. Ее грани ярко переливались, а тонкая цепочка была изготовлена из платины. Самого ценного и безопасного для кожи металла. Я завороженно любовалась новым подарком, потом попыталась сама его надеть, но муж меня опередил.
— Я сам люблю застегивать на тебе подаренные украшения, — ворчал он, — ты же знаешь.
— Знаю, но до сих пор не могу привыкнуть к такому вниманию, — ответила я.
— Привыкай, — сказал Айдар и удобно устроился на соседнем шезлонге.
Наша семья поселилась в Усадьбе. Я продолжала заниматься розовыми полями и мы с успехом внедрили в жизнь программирование растений. Правда с тех пор пришлось ужесточить контроль производства и продажи, но нам на помощь пришли инженеры. Теперь нейросканирование плотно вжилось в наш быт и инженеры изобрели устройства, позволяющие проводить его автоматически без участия человека. На экране сканера высвечивалась та программа, которую содержит сырье или готовый продукт. При продаже товаров на каждом прилавке стоял такой автономный прибор, поэтому автоматически сканировались все покупки. А для лекарств были особенно высокие требования. Вся упаковка имела маркировку и была подучетна. За подделку или деструктивные программы полагались довольно жесткие ограничения и обязательные работы. Не только изготовителям, но тем, кто их использовал. Продажи каменных изделий тоже пошли в гору, так что наши семьи жили в достатке. Райгард занимался добычей минералов, а Айдар их обработкой. У него была построено свое рабочее помещение по соседству с моей лабораторией. В ней царила атмосфера уединения и брутальности, так что по совместительству это была его зона отдыха от мирской суеты, так необходимая мужчинам. Незлер и Адам так и остались управляющей верхушкой Мельнура и справлялись с этим довольно хорошо. Их жены регулярно появлялись рядом с ними на всех выступлениях и праздниках, они выглядели здоровыми и довольными жизнью. В колонии стало гораздо меньше зализанных и манерных людей, и все чаще проявлялись нотки брутальности и мужественности. Хотя Айдара и Райгарда все равно все побаивались. Уж очень сильно их обособленная жизнь оставляла на них свой грубоватый след. Что, собственно, полностью устраивало нас с Дариной. Мы по обыкновению считали своих мужей самыми лучшими в мире созданиями, а учитывая то, что в наших семьях было не принято замалчивать недопонимания и недовольства, со всеми проблемами мы разбирались вовремя. Что на счет других женщин колонии, они перестали быть на столько ядовитыми, коими были раньше. Квантовые поля людей в общем и целом были сытые и довольные, так что агрессия и яд явно стали сходить на нет, а заблокированные эмоции просто не успевали накапливаться из-за внедрения рутинной психотерапии и повсеместных активных игр, что давали выход эмоциям. Наиболее полулярными среди мужчин были стрельба из лука и командные игры с мячом. Женщины больше любили танцы, хотя некоторые не отказывались и от стрельбы. Один такой женский клуб был все таки организован и успешно функционировал. Наше общество не ограничивало общение женщин и мужчин в целом, но сама жизнь показала целесообразность некоторого разделения. Впрочем, это касалось лишь некоторых общественных мест. Еще часть развлекательных заведений специально были созданы для совместного или семейного посещения. Так же начали возрождаться традиции путешествий. Все эти перемены в целом изменили уровень развития жителей не только Мельнура, но и близлежащих колоний, которые довольно быстро переняли у нас новые традиции и идеи, основным смыслом которых было принятие того, что любовь побеждает.