Утро

Это было чудесное пробуждение. Птички щебетали, расслабленность разливалась по телу, как мягко спать…сладко потягиваюсь, постепенно выходя из глубокого сна.

— Доброе утро, птичка, — этот голос вырвал меня из неги, я все вспомнила и подскочила на кровати, а он только спокойно встал и, улыбаясь, направился к сундукам.

— Держи, это тебе, — он протянул мне браслет из настоящего зеленого камня, я такие только в исторических реконструкциях видела, красиво…но с чего бы?

— Отчего такая щедрость? Или камни у вас тут под ногами валяются? — моя дерзость проснулась внезапно, Айдар напрягся.

— Бери, — почти рыкнул он, я чуть попятилась, — не бойся. Бери говорю, это подарок для тебя, — браслет оказался мне как раз, так красиво переливался в свете утреннего солнца. Только вот сердце немного щемило… «Не давай мне надежды без повода, Айдар, я так долго была одна»

— Собираемся, я провожу тебя до дома, — эти слова оглушили, мне нравился Айдар, но если он отберет усадьбу? Я ведь совсем его не знаю.

— Нет, ни в коем случае! Я пойду одна, — пискнула я, — но до тракта можно и проводить, я…я буду благодарна, — добавила я, увидев как Айдар нахмурился.

— Не хочешь, чтобы я дорогу запомнил? Как ты вообще одна ходила? Кто позволил? — каждый вопрос отдавался смесью боли и страха…я не смогу в одиночку защитить усадьбу от захвата, Усатый тут мне не помощник, — где старшие в семье… — я побледнела, слезы навернулись на глаза — с ними что-то случилось? — остановил поток вопросов Айдар, его взгляд стал очень внимательным.

— Да, родители погибли от мутации вируса. Живем мы далеко, лекарства доставить не успели, — слезы сами тихо покатились из глаз, голос сдавило.

— Давно? — спросил он.

— Три года назад, — почти шепотом сказала я.

— Ты три года шастала по лесам одна и никто на тебя ни разу не напал?? — выражение лица у Айдара было странным. Не понимаю.

— Я передвигалась только днем и только по известным мне участкам тракта. Даже вечером не передвигалась, а только когда солнце высоко. В последний раз выехала чуть позже. Результат ты знаешь, — щеки залило румянцем, а низ живота предательски заныл.

— Ты поедешь со мной, это не обсуждается, — попытался поставить точку в разговоре Айдар.

— Нет, не поеду! — как же страшно потерять Усадьбу! — Ты обещал отпустить, — призвала его к ответу я, — а…а мне ты можешь писать, я…я отвечу, я сама напишу тебе! — выражение его лица сменялось с удивленного на хищный.

— Переписка птичка? Я предполагаю, что все же нравлюсь тебе. И переписка. Меня. Не устраивает, — каждая фраза звучала хлестко, в ней читались нотки стали.

— Но ты обещал, — пропищала я.

— Обещал отпустить, когда ты будешь в безопасности. Но теперь планы меняются. Я не знал, что ты без охраны, — продолжал он.

— Как меняются? Мне срочно нужно домой! У меня кот там один, у меня розы вымрут! — «нет-нет-нет, проговорилась». Его лицо стало настороженным.

— Ты хочешь сказать, что одна управляешь усадьбой с розовыми садами? — о нееет, все таки ему интересны мои земли!

— Выгоды идешь? — вырвалось у меня помимо воли. Айдар резко вытащил меня из кровати и прижал к стене. Что то теплое разливалось у меня в груди и внизу живота, руки и ноги не слушались.

— Думаешь я бандит? — хрипло проговорил он, дыша мне в шею, стаи мурашек пробежали по моему телу.

— Тебя это заводит? Хочешь испробовать бандита? — «Да что он такое несет!»

— Я, нет, я… — Айдар прервал меня жарким поцелуем. Таким желанным и прекрасным, постепенно страх таял, с НИМ я в безопасности, Боги, пусть он окажется честным человеком…

— Я…я…не хочу… — начала лепетать что то несвязное, — не хочу чтобы ты оказался бандитом.

— Я не бандит, Софья, — сказал Айдар мягким грудным голосом, — у нас с братом есть рудники в горах. Мы там добываем камни и немного металла тоже есть. На жизнь нам хватит. Будь моей Софья, — я ошарашено уставилась на него. В голове не было мыслей. ВООБЩЕ.

Потихоньку начала возвращаться в реальность.

— Это быстро, Айдар, дай мне тебя узнать, привыкнуть к тебе, — этот шок контент нужно переварить.

— Звучит как «Да», — заулыбался он и поставил меня на пол, — тогда одевайся скорее, не искушай судьбу, — и с грацией довольного кота пошел варить кофе.