Глава 5. Сокол и голубка

Письмо я писала в какой-то странной прострации. Нужные слова всё время вылетали из головы, а в мозгу откуда-то появлялись образы мускулистой мужской груди и сухих рук с длинными пальцами. Я бы могла сказать, что это было наваждение, вызванное неприятием того, что произошло, но… Руки представлять было приятно. Они порхали по моему телу, задевая то одно чувствительное место, то другое… В конце концов, я кое-как накарябала несколько строк и отдала их коменданту. – Дорогие дядя и… тётя, – озвучил он и поднял на меня удивлённый взгляд. Я лишь пожала плечами. – Не беспокойтесь о том, что я опаздываю на Солнцеворот. Со мной всё хорошо. Меня задержала встреча с друзьями. Мы тут… – комендант издал неразборчивое хрюканье. – Пьём кислое пиво из железных мисок. По домам пока не собираемся. Всего хорошего, Риа». Комендант посмотрел на меня. Я на него. – Не хочу, чтобы за меня волновались, – пояснила я. Во взгляде коменданта промелькнула усмешка. – Маменькина дочка… Как и все эльфы. – Дяденькина племянница, – поправила я. – Могу я сама отправить письмо? Вместо ответа комендант встал и подошёл к двери. Перекинулся парой фраз с охраной. Два крупных вампира вошли в кабинет, взяли меня за плечи и поволокли прочь. Тащили меня вовсе не в ту сторону, куда обычно, и через пару минут я увидела перед собой голубятню. В руку мне впихнули моё же письмо и подтолкнули между лопаток. – Давай. Я подошла ближе к клеткам и заглянула внутрь. Белоснежная голубка смотрела на меня со странным разочарованием. Не обращая внимания на изумление охранников, я защёлкала языком. Голубка ответила мне на том же языке. Она не могла понять, что делает эльфийка среди кровососов. Я тоже. Но пришлось объяснить. Мы, лунные, давно разучились слушать мир вокруг нас. Если бы не тётя Альдэ, такой же глухой была бы и я. Я продолжила щебетать, уговаривая птичку найти моих адресатов, и наконец получила согласие. Открыла клетку, и голубка тут же перешагнула на подставленное запястье. Я аккуратно привязала записку к её лапке и подбросила птичку в воздух. Обернулась к охране и обнаружила, что улыбаюсь, представляя, что сделает с этим осиным гнездом дядя Вельд. Ну, если, конечно, вообще придёт. *** Остаток недели прошёл без приключений. Шина и правда хорошо охраняли, так что он едва не начал зазнаваться, когда прикопавшемуся к нему заключённому охрана врезала дубинкой промеж ног. На меня тоже поглядывали с ненавистью и опаской. Я почти успокоилась, решив, что приняла верное решение: Шин был в безопасности, а я не только могла действовать спокойно, не думая о нём, но и пользовалась уверенностью заключённых в том, что под охраной мы оба. Только одно обстоятельство омрачало мой оптимизм. На шестой день после моей ночной отлучки из камеры меня подловил Вепрь. Было это в столовой, когда я выдавала ему его миску с едой, так что нам обоим пришлось обходиться словами. – Что, эльфячья шлюшка, нашла себе папика в охране? Мои уши вспыхнули. – Смотрю, ревнуешь? – вышло как-то и в самом деле по-шлюшьи, но слишком уж врасплох он меня застал. – Моё слово верное, – Вепрь усмехнулся. – Мы с ребятами ещё обработаем твою дырку, так что твой папик и плевать в неё не захочет. Я сжала зубы. Не будь вокруг столько людей, врезала бы ему по полной программе. – Вепрь… свои фантазии держи при себе. Будешь меня доставать – тебе и вовсе не на что шлюх натягивать станет. Я плюхнула ему в миску половник похлёбки и мысленно пожелала, чтобы он ошпарил этой вонючей жижей свою тупую морду. Подняла глаза на ухмыляющееся лицо… и увидела, как Вепрь, в глазах которого отразилось то же удивление, поднимает миску и выливает её себе на голову. Раздался вопль. Охрана рванулась к нам и замерла, а Вепрь бросился прочь. Наверное, искать лечебницу. Произошедшее долго не выходило у меня из головы, но не столько из-за странного поведения Вепря. Остаток дня меня терзала мысль: так ли он не прав? А потом, уходя с работы, я увидела сокола, сидящего на узком карнизе под крышей барака. Его фигура почти сливалась с грозовыми тучами, затянувшими небо в тот день. Ухмыльнувшись, я издала пронзительную и громкую птичью трель. Все, кто был на улице, оглянулись на меня, а сокол пронзительно закричал в ответ и вспорхнул в небо. Охрана пришла за мной сразу после отбоя. Снова меня грубо вытолкали в коридор, нахлобучили на голову мешок и повели по лабиринту куда-то вниз. Снова я оказалась во влажном помещении, пропахшем плесенью. И снова дверь хлопнула за спиной. Наступила тишина. Я шагнула вперёд и, как и в прошлый раз, едва не сломала себе ногу, спустившись по ступеньке. Только в этот раз никто не окликнул меня. – Дан… – позвала я негромко, но ответа не было. Он ещё не пришёл? Стараясь больше не оступаться, я подошла к кровати и хотела было сесть, но наткнулась рукой на холодные неподвижные ноги. Меня пробрала дрожь. Он походил на труп. Меня решили подставить? Не сразу в голову пришла мысль о том, что он вампир, и трупа остаться не могло, даже если бы меня в самом деле хотели обвинить ещё в одном убийстве. Я вздохнула с облегчением. – Дан, – позвала я ещё раз, прослеживая пальцами путь к его лицу. Сегодня мой «папик» был одет – в лёгкие штаны из мягкой ткани и такую же рубашку. Он поймал мою руку у самого горла и сжал, но как-то слабо, будто неуверенно. – Ты пришла? – спросил он, и голос его звучал ещё тише, чем в прошлый раз. Затем он добавил, будто пытаясь скрыть истинный смысл сказанного, своё сомнение и ожидание: – Уже? – Да, уже отбой, – сказала я неловко, удивлённая его реакцией. И добавила – почти невольно: – С тобой всё в порядке? – Да… – глухой ответ последовал не сразу. – Сегодня… Мы сделаем немного больше, чем в прошлый раз. Я кивнула, хотя по спине пробежал холодок. На сей раз он решил воплотить в жизнь не самые приятные свои фантазии? Иначе откуда такое предупреждение. – Наклонись ко мне. Я наклонилась. – Ближе. Как… для поцелуя. Щёки мои вспыхнули под грязной тряпкой, но я уже начинала привыкать. В этом было своё загадочное очарование наших встреч. Он заставлял меня делать то, от чего я заливалась краской, но никто не видел моего смущения. Никто не знал, что именно я выполняю все его приказы. Я склонила голову совсем близко к нему и тут же ощутила на плече прикосновение прохладной ладони. Пальцы Дана отодвинули мешок чуть в сторону, заставив меня вздрогнуть. Я уже испугалась, что он собирается заглянуть мне в лицо. Я была к этому абсолютно не готова… Но он лишь едва сдвинул край ткани и погладил кожу у самого моего уха. Касание отозвалось теплом внизу живота, а сама я начинала понимать, и от этого мне становилось ещё страшней. Он ведь был вампиром. И не зря комендант усмехнулся, когда я сказала про обед. Он был сильнее, но он был странно медлителен. Полагаю, у меня были все шансы вырваться, но я не хотела… Это не походило на гипноз. Голова оставалась абсолютно ясной. Просто я мучительно не хотела драться с тем, о ком грезила всю прошедшую неделю. – Зачем? – спросила я тихо и разочарованно. – Мне это нужно. Я сглотнула. – Я не хочу умирать. Тихий звук, похожий на смешок, и его пальцы сжали моё плечо. – Ты не умрёшь. Не бойся. Ты ещё долго будешь нужна мне живой. – Миньон… – сказал я, вспоминая смутные слухи и байки. – Да. Я дам тебе силу. А ты вернёшь её мне. Ты единственная здесь, кому я отдал бы свою силу. Это нужно было осмыслить, но такой возможности не ожидалось. – Ты согласна? – продолжил он. – У меня нет выбора, – ответила я растерянно. – Верно… выбора нет. Возьми меня за руку. Я нащупала его запястье и стиснула ладонь. – Не так сильно. Расслабься. Сожмёшь её, когда поймёшь, что теряешь сознание. Хорошо? – Да, – я старалась говорить спокойно. Язык Дана коснулся кожи на моей шее, приятно щекоча и возбуждая, а уже через секунду возбуждение сменила боль. Он вошёл глубоко, и я ощутила, как отливает кровь, будто при опасном ранении. И в то же время я оказалась будто бы под воздействием дурман-травы. Я и без того была лишена зрения, а теперь к тому же ощущения изменились, стали резкими и отрывочными, точно при лихорадке. И я попросту забыла о том, что должна сжать его ладонь. *** Очнулась я, лёжа на боку на узкой тюремной койке. Дан лежал у меня за спиной осторожно придерживая за локоть, чтобы я не скатилась вниз. Почувствовав моё пробуждение, он убрал пальцы, оставив неожиданное чувство холода там, где они только что лежали. – Ты в порядке? Я кивнула, поняла, что он не видит лица, и поспешно добавила: – Да. В порядке я не была. При малейшей попытке пошевелиться стало ясно, что руки почти не слушаются. И снова угадав моё состояние Дан опустил ладонь мне на плечо и произнёс. – У нас есть время. Мы можем продолжить позже. – Спасибо, – сказала я и прокашлялась, обнаружив, что голос дрожит. – Я не думал, что ты так неопытна. По тебе… не скажешь. С моих губ сорвался истерический смешок. – Ты сейчас про эти вампирские штучки… Или про постель? – И про то, и про другое. Ты не любишь мужчин? – Я не люблю вампиров. Дан замолк и чуть отодвинулся к стене. – Я постараюсь не причинять неудобств. Что-то странное было в его голосе. Дьявол, да он весь был странным, но это… Осторожность? Или неуверенность? Я не могла понять. И сама эта фраза… Будто он был незваным гостем в моём доме… Впрочем, именно так и было. В моё тело его никто не звал. И всё же я ощутила слабый укол совести. Ведь именно он пока никаких неудобств не причинял. Я потянулась и, нашарив его руку, опустила обратно себе на плечо, туда, где рубашка немного сползла вниз, когда Дан пил мою кровь. Говорить ничего стала, в надежде, что он поймёт и так. И он понял. Его пальцы слабо шевельнулись, оглаживая мою кожу. – Тебе уже лучше? Я покраснела. У самого основания моей шеи прозвучал короткий смешок, так что я ощутила кожей его дыхание. – Не знаю. Не уверена, что смогу… держаться верхом. Ещё один смешок. – Ты мне нравишься, – сказал Дан. – Ты уже говорил. – Нет, я говорил, что ты красивая. А теперь говорю – ты мне нравишься. И снова кровь прилила к щекам. – Спасибо, – выдавила я. – Вообще-то, я мало кому нравлюсь. – Так бывает. Что-то мягкое коснулось моего плеча, и я вздрогнула. – Тебе неприятны мои поцелуи? – спросил он – уже без сомнений. Просто… как учёный, который проводил эксперимент. Так это был поцелуй? – Ещё не распробовала, – призналась я. Новое касание губ. Теперь между них проскользнул влажный язык и прополз ниже вдоль плеча. Язык и губы, если подумать, одинаковы у эльфов и вампиров… Впрочем, кого я обманываю… Эти губы не были похожи ни на одни из тех, что я пробовала. Они были сухими и осторожными, бережными и уверенными одновременно. Будто я из картона и могу сломаться в любой момент, а он знает свою силу и сдерживает её. Никто и никогда не касался меня так. Никто и никогда не мог меня сломать, а он, мне кажется, в самом деле мог бы. – Дан… – прошептала я, и губы тут же исчезли. – Зачем ты это делаешь? – Мне нравится, – его голос стал каким-то другим, более… живым. Я чуть повернулась, подставляя под касание его губ ключицу. – Не соблазняй меня, – он запечатлел на тонкой косточке один-единственный поцелуй. – Я ведь хочу ещё, – его палец легко коснулся того места, где должен был остаться след от укуса. – Я не выдержу, – честно сказала я. – Я знаю. Он был нежен и изобретателен, как и в прошлый раз. А когда я обмякла в его руках коснулся поцелуем моего уха и вполголоса произнёс: – Спасибо. – За что? – спросила я чуть удивленно. – Узнаешь. Ты ведь ещё придёшь? Я кивнула, уже не сомневаясь. Приду. Если охрана забудет – я напомню сама.