Глава 7. Зелья

Едва добравшись до кухни, я всё же свалилась. Пыталась встать несколько раз, но ноги были ватными, а голова шла кругом. Меня обступили другие заключённые, и последнее, что я видела, прежде чем отрубиться – кружащиеся надо мной усмехающиеся кривозубые морды. В следующий раз я пришла в себя в лечебнице. На сей раз – на чистых простынях где-то в самом углу общей палаты, так что лучи солнца едва доставали до моей койки. Шина не было – ну и чёрт с ним. Его я не хотела видеть точно так же, как и всех остальных здесь. Я попыталась подняться и не смогла, так что пришлось снова упасть на подушку и тупо смотреть в потолок в ожидании перемен. Когда солнце исчезло совсем, пришёл лекарь – толстый человечек с бегающими глазками. Долго «колдовал» надо мной, иногда вызывая режущую боль в ушибленных местах. Затем кряхтя сел на край кровати, повернул к себе моё лицо и спросил: – Больно? Я отвернулась. – Зелий у нас мало. Нужны сборы с другой стороны гор, здесь ничего не растёт. Но особым пациентам я могу найти что-то… Чтобы боль облегчить. – Особым… – пробормотала я. Так вот откуда приходит дурман-трава… – И сколько? – По десять унций за порцию. Я отвернулась. Врач подождал ещё пару минут, а затем встал, собираясь уходить. – Постой… те… – остановила я его. – А какие ещё зелья здесь есть? Врач кинул взгляд куда-то мне между ног, а затем посмотрел в лицо. – Разные. – Возбуждающее… есть? – Травы для этого растут далеко… В Вечном Лесу… – может и так, но я видела, как азартно блеснули его глаза. – И сколько стоит… доставить травы? – Двадцать унций. Я задумалась. – Так что решила? – прервал мои мысли лекарь. – Четыре порции… Глаза лекаря заблестели. – Только сейчас у меня нет… – торопливо добавила я. – Как только вернусь на работу. – А сейчас тебе и не надо, – промурлыкал врач в самое моё ухо и исчез. Жаль, надуть его не получилось… И всё же план начинал созревать. Оставалось только придумать, где взять двадцать унций эридиума, не спускаясь в забой. Размышляя об этом, я довольно быстро провалилась в неглубокий сон. Я просыпалась ещё дважды – оба раза лишь за тем, чтобы перетерпеть назойливые прикосновения лекаря и снова уснуть. На третий раз разбудил меня не врач. Чьи-то не сильные, но болезненные прикосновения тревожили мой загривок. Я попыталась повернуть голову и слабо улыбнулась, услышав обеспокоенное клекотание. Торопливо огляделась – кругом все спали, но проверять не хотелось. Кажется, Анхельм тоже понял моё беспокойство, потому что вспорхнул, уселся на подушку рядом со мной и протянул мне лапку. Я торопливо отвязала свиток. От сердца стремительно отлегло. Альдэ и Вельд были рядом. Правда, даже Вельд признавал, что охраняют шахты хорошо. Альдэ предлагала бежать с обозом, который… Я с трудом сдержала разочарованный стон… приходил каждый второй день недели. То есть я свой пропустила, валяясь на проклятой больничной койке. Ну, ничего, будет другой. Как раз успею закончить дела. Дальше Альдэ спрашивала, что мне нужно из вещей и оружия. Я ещё раз огляделась. Писать было нечем, и я тихонько заклекотала, надеясь, что если кто-то и услышит меня, то точно не поймёт. На следующий день лекарь сказал, что я готова отправиться восвояси. Счёт дням я к тому времени уже потеряла, но думаю, прошло больше недели. Едва я вышла из лечебницы, издалека раздался соколиный клёкот, и в грязь рядом со мной упал маленький мешочек. Торопливо развернув его, я обнаружила обещанную россыпь эридиума. От взгляда на чистые кристаллы тут же закружилась голова, меня тянуло избавиться от них при первой же возможности, но возвращаться в лечебницу вот так сразу было бы подозрительно. Поэтому я завернула камешки обратно и торопливо отправилась к баракам. Там я спрятала кристаллы под матрас и выдохнула, наконец, с облегчением. Впрочем, облегчение было недолгим. Едва я отвернулась от кровати, как увидела в дверях ухмыляющуюся морду Вепря, от которой меня замутило опять. Я стиснула край койки и постаралась изобразить равнодушие. – Подстилочка вернулась, – оскалился Вепрь. – Да ты вроде и не уходил, – бросила я, борясь с желанием попятиться. – Язычок-то попридержи… Для другого пригодится. Вепрь подошёл ко мне вплотную и остановился. – Ну что, понравилось твоему кровососу, как мы тебя обработали? Я сжала зубы и бросила косой взгляд на выход. – Чай побрезговал тебя натягивать после такого? Терпение вышло. Ярость придала моим рукам неожиданную силу, и я врезала по его грязной морде так, что Вепрь отлетел к дальней стене. А мне стало легче. Настолько легче, что я вдохнула полной грудью. Я снова не была жертвой. И даже месть, которую я задумала, теперь не казалась такой уж нужной. Прежде чем Вепрь успел подняться, я подошла к нему и присев, заехала по растерянному рылу ещё два раза. Потом ещё один – другой рукой. И ещё дважды в корпус. Вепрь лишь слабо дёргался, не успевая подняться. Затем я подтолкнула его, роняя на пол и опустившись на корточки придавила коленом живот. – Я говорила тебе, что побрякушки оторву? – спросила я, опуская одну руку к его паху и нежно поглаживая. – Дрянь, – выдохнул он, когда мои пальцы сжались. – Так вот… – я чуть ослабила хватку. – Жди. Уже вставая, я заметила на ногах противника отличные эльфийские сапоги – порядком перепачканные, но всё же такие родные… Я ударила Вепря последний раз, чтобы выиграть ещё минуту, вернула себе свое украденное добро и вышла из камеры. Оказавшись во дворе, первым делом поднесла сапоги к лицу. Воняли они отвратно, так что надевать их не хотелось вовсе. Я решила найти воду и попытаться их отмыть. Бочка обнаружилась у самой столовой. Людей вокруг не было – видимо, Вепрь явился на обед, а теперь все снова были на рудниках. Старательно прополоскав сапоги, я плеснула пару горстей холодной воды себе в лицо, обулась и пошла назад к баракам. Неожиданный прилив сил обнадёживал, но теперь мне ещё меньше хотелось хранить эридиум под боком. Взяв кристаллы, я обменяла их у лекаря на склянку с зельем. – Сколько нужно, чтобы даже самого ватного проняло? – уточнила я. – Десять капель – для любого, – охотно ответил врач. – А если выпить сразу всё? Лекарь усмехнулся. – Не советую… Побрякушки отвалятся. *** Не думаю, что это был седьмой день хоть какой-то недели, но когда я шла обратно, придерживая висевший на шее пузырёк, за очередным поворотом меня взяли под руки двое носферату и торопливо повели прочь. – Куда? – только и выдавила я. – Узнаешь, – что-то тёмное опустилось мне на глаза, и на секунду мной овладела паника. Это не был обычный мешок. Просто мягкий кусок ткани, закрывший мне глаза, который охранник тут же завязал мне на затылке. А затем как всегда потянулись коридоры и лестницы, лестницы и коридоры. Меня втолкнули в знакомое, судя по запахам и звукам, помещение и, захлопнув дверь за спиной, повернули в замке ключ. Именно так. В первый раз я обратила внимание на то, что дверь за моей спиной запирают. Хотя… Опасаться ведь меня моему визави было нечего – Дан явно был сильнее меня. – Риа… – осторожный голос и прохладное дыхание у самой щеки, от которого по телу пробежала дрожь. – Не бойся. – Я не боюсь, – нащупав в темноте его плечо, я неуверенно погладила его подушечками пальцев. Тут же руки Дана оказались у меня на плечах, сжимая с такой силой, что я боялась услышать хруст костей. Мягкие губы накрыли мои губы, и я поняла, что таю, отдаваясь целиком. Язык проник в мой рот, исследуя и покоряя, и я почему-то хотела покориться. – Риа, – выдохнул он, выпуская мои губы на свободу, и покрывая их последними коротким поцелуями. – Ты в порядке? Я кивнула. Говорить было трудно, я будто опьянела от этого поцелуя, или попросту сказывалась недавняя слабость, но только его руки и удерживали меня на ногах. – Я всё время думал о тебе. Я не должен был требовать ничего в последний раз. Просто я слишком долго здесь, в темноте… Иногда мне кажется, я схожу с ума… Он запнулся, кажется, поняв, что взболтнул лишнее. – В темноте, – повторила я медленно. – Дан, кто ты? Опять проклятая тишина. – Дан ответь, или я сорву эту маску к дьяволу! – я опустила руку на ткань, но сделать ничего не смогла, озаренная внезапным пониманием: это в самом деле маска. Не грубый мешок. Мягкая, чтобы не причинять неудобств. Но если он может сменить мешок на эту чёртову маску, почему же он ничего не сделал тогда? Я заставила себя глубоко вдохнуть и вспомнить, что передо мной вампир, и я даже настоящего имени его не знаю. Он ничего не должен мне, а я ему. – Бери, – я рванула в сторону ворот рубахи. Он медлил. – Ты думаешь, я позвал тебя для этого? – спросил он, наконец. – А для чего, мать твою… – я замолчала. Его руки исчезли, и мне вдруг стало холодно, – Дан… – я торопливо поймала его ладонь. Он молчал несколько секунд, а затем заговорил куда громче, с непонятной болью в голосе: – Я не мог тебе помочь! Проклятье, да что я за сир, если моего миньона могут… Но я не мог! Я ненавижу за это себя и их. Но я выберусь отсюда и, уничтожу их всех. Они сами будут сидеть на цепи. Я скормлю их псам, выверну наизнанку… – он замолк, и теперь я слышала только его тяжёлое дыхание. – Дан… – происходящее становилось понятнее и любопытнее одновременно. – Как понять – вырвусь отсюда? Кто ты, я спрашиваю последний раз. Если не ответишь, попрошу меня увести. И больше не приду. Он исчез. Совсем. Ни дыхания, ни рук. Я шагнула вперёд, на сей раз вовремя напомнив себе про ступеньку и выставив руки перед собой. Уткнувшись ладонью, кажется, в его висок, я поняла, что он сидит на кровати. Впервые я ощутила пальцами его волосы и попыталась провести по ним рукой. Они были длинными и маслянистыми, толи просто отросшими, толи некогда ухоженными, а теперь забытыми и спутавшимися. – Не надо, – Дан поймал мою руку. – Говори, – настойчиво повторила я, приближаясь к нему. – Не могу, – он притянул мою руку и прижал к щеке тыльной стороной ладони. Не придумав ничего лучше, я подошла к нему вплотную и опустилась на колени у его ног. Тут же его руки притянули меня и прижали к груди, а бедра стиснули мои бока. – Ты нужна мне, – сказал он тихо. – Не пользуйся этим, прошу. Потому что мне нужна не только кровь. Я хочу, чтобы рядом была ты сама. Я облизнула губы. – Я бы тоже хотела… быть рядом. Но я должна понять. Он опустил лицо в мои волосы и глубоко вдохнул, а мне почему-то стало стыдно за то, что я пахну людьми и похлёбкой. – Я не могу, – сказал он тихо. – И маску я снять тоже не могу. Они позволяют мне тебя, пока это не опасно. А чем больше ты знаешь – тем больше риск для них. – Расскажи хотя бы что-то, потому что иначе… – я закусила губу, вспомнив о том, что меня уже ждут в горах. Ещё несколько дней, и я смогу уйти и не возвращаться никогда. И никогда так и не узнаю, что за тайну скрывали от меня эридиумные рудники. Чьи прохладные руки скользили по моим плечам, и почему мне не было противно, когда его губы касались моих… Впрочем, на последний вопрос я ответ почти знала. И тем более странным было думать, что я просто уйду, оставив его здесь. – Дан… Если ты ничего мне не скажешь сейчас, я в самом деле больше не приду. Не потому что не хочу. Просто я должна сделать выбор. Он молчал. Просто сидел, уткнувшись носом мне в затылок. – Данаг, – сказал он, наконец. – Так меня зовут. Имя царапнуло по чему-то в памяти, но ничего путного вспомнить я так и не смогла. – И кто ты? Он усмехнулся. – Как быстро всё меняется. Каких-то шестьдесят лет… Кто я? Теперь, наверно, уже никто. Но… – он крепче стиснул мою спину. – Жизнь – колесо. Что было вверху, то станет внизу, а что было внизу – вернётся наверх. Я выберусь отсюда. Если только мне хватит сил. Потому что там, где есть этот проклятый эридиум, сил не может быть много, – он замолчал и погладил меня по затылку. Поймал выбивающиеся из-под маски волосы и провёл пальцами, разбирая их на прядки. – Когда ты пришла, сил не было совсем. Раньше мне приводили… еду. Потом перестали. Я голодал так долго, что всё вокруг застилала тьма. Хорошо, что сменился комендант. У этого, нового, есть свои… интересы. Он согласился вновь кормить меня. Привёл мне нескольких людей, но я так ослаб, что одной крови было мало. Но с теми… на большее я бы не пошёл, даже в таком состоянии. Мне нужна была та, кого я смогу пустить в постель, кто примет мою силу, и не использует во вред. Чтобы потом я сам мог вернуть её, проросшую, назад. И он обещал, что я получу то, что мне нужно, – он провёл ладонью по моей щеке. – Тебя. Я опустила голову ему на грудь и повторила: – Сила? Магия крови? – Да. Её очень мало… Но всё же я бы не хотел, чтобы её получил кто-то вроде тех… Вроде тех, кто обидел тебя, – я вздрогнула от такого, пусть даже самого мягкого напоминания, но его рука бережно погладила мою спину, и я снова расслабилась. – Данаг, – повторила я, перекатывая имя на языке и пытаясь все-таки что-то вспомнить о нем. Шестьдесят лет… Он сказал – шестьдесят лет. Неужели он провел здесь шесть десятилетий? Сколько лжи было в его словах? Этого я не знала. Он поморщился. – Не называй меня так. Никто не должен знать ни имени, ни лица. Это условие коменданта. – Дан, – я невольно улыбнулась, осознав, как интимно звучит это имя рядом с его прежним титулом. – У тебя есть план? Или ты только мечтаешь вырваться отсюда? – План прост. Мне нужна сила. Всё остальное – потом. Я вздохнула. Что ж, у нас план был получше, вот только рассчитан он был на троих. – Тогда возьми мою силу. Он притянул меня к себе и поцеловал. Не лизнул и не укусил. Это была именно ласка, от которой по спине прокатился жар. А затем всё же вонзил зубы и стал медленно пить, придерживая меня за щёку бережно, будто хрустальный кубок. На сей раз я вспомнила, что должна коснуться его руки, и, оторвав её от себя, сжала изо всех сил. – Тихо, – прошептал он, зализывая ранку. – Я не причиню тебе вреда, Риа. Я кивнула. – Продолжай, – сказала я. Дан приподнял меня и уложил на постель. – У нас много времени, – сказал он. – Отдыхай. Ведь ты не уйдёшь до рассвета? Я покачала головой. Мне и в самом деле хотелось только одного – уснуть. *** Уже ночью я проснулась от того, что прохладные руки скользили по моему животу, и это было самое приятное пробуждение из тех, что я помнила за последние недели. Я осторожно накрыла пальцы Дана своими и заставила подняться выше. Тихий смешок прозвучал во тьме. – Ты точно в порядке. – Просто ты мне снишься, – обе ладони накрыли мою грудь. – Моя сладкая, – я ощутила мимолётное касание губ у самого уха. Данаг лежал у меня за спиной, обвив моё тело руками. А я уже была обнажена – как предусмотрительно. – Меня схватили так неожиданно… – прошептала я, – Дан, нельзя ли, чтобы мне не выворачивали руки и давали время собраться? Я ведь всё равно приду, – я огладила его ладонь. – Я бы и без них пришла, если бы знала, куда. – Я скажу, – он опустил голову мне на плечо, и в его голосе мне почудилась грусть. Данаг долго ласкал меня, прежде чем приступить к главному. А когда всё кончилось, я прижалась к нему, и мне снова не хотелось уходить. – Ты простишь… моё бессилие? – спросил он. Я пожала плечами и тихо ответила: – Спи.