Особо опасное оружие

Режим полной боевой готовности! – начальник гарнизона только что вышел из своего кабинета. Он и был полон угрюмой решимости бороться с захватчиком – не хуже фермера, чей урожай был на корню сожран колорадским интервентом.

Солдатик, выполнявший роль секретаря, при виде грозного майорского ока втянул воздух так, что желудок, казалось, был готов сломать позвоночник. Он с благоговейным ужасом уставился на начальственные погоны, которые возвышались над слегка наметившимся пивным брюшком и могучими плечами. Выше взор подчиненный поднять не смел, поэтому недовольно топорщившаяся щетка усов и взгляд, что способен прожечь не хуже лазерного пулемета Kalashnikov-modis (а по-простецки камод) рисовалась исключительно в его воображении.

– Так точно! Режим полной боевой! – козырнул секретарь и замер, побоявшись лишний раз вздохнуть.

Майор озвучил команду и произвел тактическое отступление в недра своего кабинета, но в последний момент замер. Уже на пороге обернувшись вдогонку приказал:

– Меня до начала не беспокоить.

И удалился, совершенно не объяснив робеющему подчиненному, что же это за загадочное «НАЧАЛО» такое?

Несмотря на краткость приказа и последовавшее за ним еще более туманное уточнение, распоряжение начальства было исполнено в кратчайшие сроки. Все, от рядовых до капитанов, пребывали в тревожном ожидании, квинтэссенция которого была почти материальной в командном центре.

Каждый из присутствующих думал о своем, но так или иначе, мысли всех касались надвигающийся вражеской атаки. Да, сейчас двадцать второй век и основное поле боя – дисплей и нейроны головного мозга тех умников, что дирижировали отрядами киборгов и андроидов, наводили ракетные комплексы на указанные начальством цели, но у врагов были и киборги, и умники не хуже, а часто даже гораздо лучше.

Не стоило забывать и о десанте – в этих отрядах хоть и были только люди, но если они и уступали машинам физически, с лихвой компенсировали это непредсказуемостью ведения боя. И кто или что из широкого ассортимента вражеского арсенала заглянет сегодня в гости – большой вопрос.

Поэтому весь гарнизон ждал. Ждал и боялся, как единый организм.

Вот и сейчас операторы неотрывно следили за потоками данных. Взмокшие от нервного напряжения, они втайне молились лишь об одном: поскорее бы началось. Ибо ожидание становилось уж совсем невыносимым. И как часто такое бывает, не заметили красной точки, появившейся на экране одного из радаров.

Лишь противное ритмичное пиканье, свидетельствовавшее о перемещении объекта в святая святых гарнизона – командном центре, раздавалось в тишине рубки.

– Объект находится в здании и продвигается по одному из коридоров первого уровня в южном направлении. – срывающийся от волнения голос одного из наблюдателей вывел старпома из состояния оцепенения.

– Активируй защиту по коду Браво-семь. – отрезал командир.

– Есть активировать! – уже более уверенно выдал солдат и застучал пальцем по сенсорной клавиатуре. Сейчас он ввел код программы для отряда киборгов класса «Элронг», или в просторечии «Эльки» – предназначенных аккурат для ближнего боя.

Пиликанье радара раздражало, и старпом приказал вывести на дисплей изображение коридора, а заодно и загадочного вражеского лазутчика.

– Никак не могу… – запинаясь, выдал солдатик.

Он прикидывал, как бы покорректнее доложить руководству, что камер слежения (коих, к слову сказать, по накладным за гарнизоном числилось более сорока тысяч штук, а на деле было около тысячи по причине виртуозных махинаций со стороны командиров) именно в тех коридорах как раз нет. До ближайшей вебки противнику добираться еще метров сто, поэтому изображения шпиона он старпомовскому оку сейчас предоставить, ну, никак не мог.

Похоже, начальник и сам понял причины затруднений. Набычившись, он уставился в монитор, на котором помимо красной точки – противника, появились семь зеленых, символизировавших киборгов.

Пиксели на мгновение застыли, а потом началось то, от чего у старпома брови полезли на лоб. Да так и грозили подняться еще выше и прочно обосноваться на месте наметившейся плеши. Зеленые точки водили какой-то странный бешеный хоровод, пытаясь угнаться за неимоверно прыткой красной коллегой, и зачастую сталкиваясь меж собой. При этом их хаотичном перемещении они порой пробегали и по стенам, и по потолку.

– А разве Эльки так могут? – прокомментировал увиденное лейтенант.

– Они и не могут… – озадаченно ответил ему помощник.

Закономерным итогом неправильной эксплуатации киборгов коварным противником стал вердикт наблюдателя, активировавшего пресловутую утилиту «Браво» – эту морально устаревшую программу, коею руководство гарнизона обязано было использовать при проникновении шпионов. Она была разработана еще пятнадцать лет назад и в современных реалиях выглядела как конный отряд, идущий в лобовую атаку на танковую дивизию: в смысле с тем же шансом на победу. Но устав есть устав, а раз в нем сказано…

– Киборги номер четыре, шесть и семь не отвечают. Похоже, частично вышли из строя… – доложил наблюдатель.

– Включить систему плазмо-лазерной охраны внутри здания – отдал следующий приказ старпом и уже на тон тише добавил: – И доложить начальнику гарнизона, что уже НАЧАЛОСЬ.

Сам же тем временем уставился на дисплей, где вреднючий красный символ и не думал замирать, петляя не хуже зайца по трехмерному голографическому лабиринту первого этажа и превосходно лавируя между залпами активировавшихся ловушек, а затем и вовсе виртуозно скрывшись в системе вентиляции.

Ошарашенные зрители неверяще таращились на картинку, которая радовала глаз всеми оттенками бешеной осени от пурпурно-красного до благородного золота: система плазмо-лазерной охраны с чувством долга отрабатывала вложенные в нее денежные единицы, поливая огнем пустой коридор.

– Мы его потеряли. В вентиляции пеленг не берет… – голос солдата, которому в этот злополучный день выпала сомнительная честь быть глашатаем плохих вестей, звенел как перетянутая струна.

«Как и охранная система» – мысленно закончил за него старпом. Об этом упущении знали не только в гарнизоне, но и «наверху», однако, безопасники не чесались и переделывать что-то не спешили, аргументируя тем, дескать, до вентиляции еще добраться надо через защиту. А уж последняя не подведет. Не подвела… Даже дважды. И сейчас результат этого «неподведения» лез по воздуховоду, надо полагать, по их командирские души.

Помощник начальника гарнизона с чувством матюгался на безопасников, выстраивая столь заковыристые и многоэтажные конструкции, что матерые лингвисты удавились бы от зависти.

Пошли томительные минуты ожидания. Одна, вторая, третья – пропитанные тревогой, тягучие, словно карбамидная смола. На девятой случились сразу два события. В рубку вошел начальник гарнизона, слегка запыхавшийся и полный решимости: со съехавшей фуражкой, в расстегнутом кителе – вид он имел весьма расхристанный.

Фанфары в честь прибытия командования заменил нарастающий шум, появившийся из системы вентиляции сначала на уровне инфразвука, но стремительно набиравший обороты.

– Все, пришла… – промолвил начальник, снимая фуражку и как-то весь словно сдуваясь.

– Наша смерть? – неуверенно поинтересовался старпом.

– Хуже… – начальник не успел договорить.

Вентиляционная решетка с оглушительным шумом вылетела из пазов крепления и из шахты показалась что-то мелкое, перепачканное в пыли и паутине, и с криком «Йеху!» – повисло на шее застывшего столбом и закатившего глаза к потолку начальника.

– Хуже, старпом, намного, хуже! – пытаясь высвободиться из захвата и отодрать от себя это оружие массового поражения прохрипел опомнившийся командир. – Ко мне дочь внучку на зимние каникулы отправила.