Глава 7

Диплом, пусть средненький, о получении среднего образования, но родной. Получив его, Ева побежала с ним в городскую больницу, где проходила практику, где немного работала, где познакомилась с Соломоном. И её взяли, даже не смотря на её интересное положение.

Мир — он чудесный! Ева это всегда знала.

Казалось, ничего не происходит вокруг экстраординарного — жизнь как жизнь. Вся в заботах, хлопотах, работе, в круговороте, Ева просто жила. Животика не было видно ни в пять месяцев беременности, ни в шесть. В семь месяцев Еву хотели отправить в декретный отпуск, но она так хорошо себя чувствовала, что решила ходить до последнего.

Никто, казалось, не замечал её счастья. Вот только осенью, в середине октября, достав куртку потеплее, не смогла она её застегнуть. Восемь месяцев. Удивилась, что заранее не предусмотрела такое. Решила потерпеть, чуть-чуть ведь осталось.

Осенний дождь застал обеих сестрёнок в вечернее время, когда они возвращались с детского сада. Чтобы сократить путь до остановки, пошли девчонки через Небесный проспект, улицу, где находились несколько дорогих магазинов, рестораны и гостиница, облюбованная звёздным народом. Изысканностью и каким-то особым шиком строения не отличались и, по мнению Евы, вообще смотреть было не на что. Но смотрела девушка во все глаза. И пробегая очередную подворотню, сквозь ливень и разорвавшую небо грозу, услышала она знакомые голоса, по которым было ясно, что где-то рядом два знакомых ей звёздных товарища явно находящиеся навеселе. Осмотрелась Ева, и увидела их. Правда, под козырьком небольшого ресторанчика курили два закадычных друга. О своём подозрении, что друг Соломона, Тривур, имеет некое отклонение в отношениях, Ева только догадывалась. А увидев «картину маслом», ужимочки, уверточки, пьяные жесты, совсем не по-дружески обнимавшая её бывшего жениха мужская рука — фу!

Вперёд Евы, услышала и узнала мужчину, которого несколько месяцев называла отцом — Юля. Она вырвалась от сестры и побежала вперёд с радостным криком: папа.

Услышав крик, мужчины удивлённо посмотрели в сторону дороги, где беременная девушка, спрятавшись под зонт, бегом нагнала малышку, схватила её на руки и побежала прочь. На окрик Соломона остановиться, девушка никак не отреагировала. «Тьфу-тьфу, тьфу — три раза через плечо!»

— Твоя что ли? — спросил Тривур у друга. — Так, а что детей зажал? Никому не сообщил, не обмыли звёздное пополнение. Наглец!

Друзья настигли беглянку, она перебегала с ребёнком дорогу, и на их глазах чуть не попала под колёса пролетающей мимо машины. Тривур сидел за рулём и всячески прокомментировал инцидент, нецензурной бранью.

— Не моё конечно дело, она у тебя нормальная?

Спасибо, сказала Ева небесам, когда, перебежав улицу, попала на остановку с нужной ей маршруткой. Всё, показалось ей, что всё позади. Расслабившись, обтёрлась от скользивших по телу капель, поехали они домой. Дом — крепость!

Шок⁈ Не то слово! Одно дело, когда о терпимости к таким говорится по телевизору, другое, когда это касается тебя лично. В воображение Ева представила, как Соломон, после любовных утех с ней, развлекается в постели с мужчиной. «Чур, меня!»

Сама дура! Не спросила она жениха о его предпочтениях. Ей даже на ум не могло прийти, что такой солидный мужчина может быть любителем не только женского тела.

Ева вышла с Юлькой на своей остановке, и только после заметила, что знакомая машина не отстала. Взяла она сестрёнку снова на руки и быстрее пошла домой. Чуть-чуть осталось, минут десять быстрого шага.

— Ева! Садись в машину! — скомандовал в открывшееся окно Соломон.

— Папа, — радостно потянула Юлька ручки, увидев мужчину.

А Ева даже не повернулась в их сторону. Проигнорировала! Шла, как шла. Соломон, не вытерпев, вышел из машины и нагнал свою несговорчивую девушку, сильно прихрамывая на одну ногу.

— Ева, ну подожди! — встал мужчина, перегородив дорогу, протянув руки к малышке, которая просилась к нему. — Что случилось? Обиделась, что ушёл не попрощавшись? Так у меня дела были, не мог.

— Уйди с дороги, иначе я закричу! — злобно прошипела девушка, отодвигая в сторону сестрёнку, чтобы та не уцепилась за подвыпившего. Не хватало, чтобы он с ребёнком на руках растянулся на грязной мостовой.

Соломон, посмотрев на девушку сверху вниз, даже не подумал отступить. Секунда и пронзительный крик оглушил его слух, даже в ушах зазвенело. Проходившие мимо люди неодобрительно стали останавливаться и посматривать на звёздного, не решаясь высказать крепкому вида мужчине, что он о себе возомнил? Пристал, видите ли, к беременной женщине с ребёнком. Но слыша, как малышка, на руках девушки называла мужчину папой, отступали. Семейные разборки!

Соломон не решился силой хватать Еву и заталкивать в машину. Побоялся причинить ей вред, её выпирающему животику. Поняв это, девушка обошла «звезду» в военной форме, уже насквозь промокшего под проливным дождём, и пошла дальше. «С гуся вода…»

Нет! Взяв из машины трость и накинув куртку с капюшоном, пошёл Соломон за своими упрямыми девчонками.

— Ева, ну поговори со мной, — взмолился Соломон. — Ну, не понимаю я тебя. Что не так? То, что ушёл и долго о себе не сообщал, так у меня на то причины были. Сама знаешь, дел накопилось, надо было всё решить.

— Решил и хорошо, — пробурчала, шипящая «кобра». — За мной-то зачем идёшь? Мы вроде все решили⁈ Полгода — и у каждого своя дорога. Кстати, спасибо, что документы сделал. На этом всё! Прощай!

— Ева… — сквозь сжатые зубы процедил мужчина. Всему есть терпение!

— Уходи, Соломон, — проговорила девушка, повернув ключ в воротах.

— Мама, не выгоняй папу, — горькими слезами разрыдалась на её руках девочка, всё так же тянув ручки к мужчине.

Не вытерпев, Соломон выхватил ребёнка из рук Евы, прижал к себе. Как бы гневно она не смотрела на своего бывшего жениха, понимала, что отобрать сестрёнку обратно у неё не получится. Соломон решил зайти к ней в гости, а ей не хотелось с ним разговаривать. Объясняться. Особенно, после увиденного ею в подворотне.

— Юля, идём домой, — решила лаской уговорить Ева сестрёнку отцепиться от папика, — я тебе мороженку дам. А у этого человека дела, ему ехать пора. Пошли.

— Папа, пошли домой, — радостно скомандовала Юлька. И Соломон, не обращая внимания на гневный тёмный взгляд, пошёл вперёд. Домой, домой!

Еве ничего не оставалось, как открыть входную дверь и запустить сговорившихся. А дома сделала всё, чтобы в упор не видеть мужчину. Зашла, и начала заниматься своими обычными делами. Переоделись они с Юлькой в сухие вещи. Посушили феном мокрые волосы. Помыли свою обувь. Нагрели чай.

Соломон сел на кухне и наблюдал за ними. Юлька только радостная не отходила от него, как Ева ни пыталась её отвлечь. Ничего не выходило.

И то, что от вредности не предложила она ему ни полотенца, чтобы обтереться, ни чаю, чтобы согреться, его не вспугнуло. Эту заботу взяла на себя Юлька. Сама она ему всё тащила. Так и уснула, согревшись у него на руках.

Дождавшись, пока малышка уснёт, Ева решила забрать её. Но Соломон сам изъявил желание положить ребёнка в постель. Проводила девушка мужчину в спальню, придержала одеяло. Уложили они малышку. Вернулись на кухню.

— Уходи, Соломон, — вновь попросила его девушка. — Мы выполнили обязательство друг к другу.

— Ребёнок чей? — наконец-то решил звёздный спросить её о беременности.

— Мой!

То, что девушка не стала отрицать, что он не его и так далее, его успокоило.

— Мальчик, девочка, — решил уточнить, кто у него будет. А там решать. Как быть дальше.

— Тебе не всё равно⁈ — прорычала Ева, словно хищница, меряя кухню шагами, нет-нет, тяжело вздыхая.

— Ева, мне очень нужен сын.

— Ничем помочь не могу, — сжавшись и сквозь стон, проговорила девушка. — Это мой сын, я его решила выносить и родить. Без тебя. И не переживай, на отцовство и на алименты подавать я не собираюсь. Какое вам, звёздным, дело до ваших земных детей. Вы же их выродками называете, недолюдьми, ой, не людьми, а недоублюдками. А всех земных женщин проститутками. Вон, сколько вокруг девушек, иди, не сомневаюсь, что найдётся, кто тебя приласкает и захочет тебе родить. Кроме, конечно, этой — твоей подружки. (Кивнула девушка в сторону стоявшей за воротами машины с его другом). А можешь и дальше с ним пробовать зачать себе ребёночка. Это уже не моё дело. А на моего мальчика нечего рассчитывать. Деньги у тебя есть. Договоришься, если что. Договор составишь. Купишь!

О, понял зет, что случилось. Ева всё не так поняла.

— Ева, — улыбнулся Соломон, — друг у меня, конечно, имеет нетрадиционные замашки. Водится за ним грешок. Но я натурал. Тут ты зря меня оскорбила.

— Я тебя ещё не начала оскорблять, — удержалась Ева за стол, в глазах у неё потемнело на пару секунд, отпустило. «Что за…» — Куришь по подворотням в обнимочку с мужиками, пьёшь по низкосортным заведениям, шатаешься по борделям. И нафига мне такое счастье⁈ Хочешь успеть научить ребёнка гадостям? Так он и без тебя такому наберётся.

Что-то во всей речи Евы Соломону не понравилось. О своих детях, которых звёздные называют сами гнусными словами. И которые ему были знакомы. В хмельную голову вернулась трезвость, и цепочка логических мышлений сама выстроилась в ряд. А при беременности ходить в спа салон не рекомендуется, так что кожа у девушки отсвечивала невероятной бледностью. И этот дающий помехи фон от неё, но только когда она или злится, или переживает.

— Ева, а кто твой настоящий отец?

— Ох…

Девушка не смогла ответить. Ей стало не до разговоров, стало совсем плохо, бросало то в жар, то в холод. Добегалась под дождём. Живот болел, стал хватать сильнее, в глазах у неё темнело, затошнило. Добежав до умывальника, Еву вернуло.

Увидев, что девушке плохо, мужчина растерялся, выяснение отношений и неких всплывших подозрений отошли в сторону. Что делать?

Что делать Ева знала, позвонила в скорую помощь, сообщила что, кажется, рожает, хотя до срока ещё семь недель. На проводе сообщили, что машина вот-вот будет и ей надо собраться. Сумка у неё уже полгода стояла в прихожей. Приготовила она всё, как мама учила. Самое необходимое.

Нервный мужчина ходил за девушкой по пятам, пытаясь предложить помощь. Например, в больницу отвезти. Но Ева даже слышать не хотела об этом. Она сама!

Позвонив знакомой, с которой заранее договорилась, сообщила, что сейчас подъедет на скорой и отдаст ей Юльку. Пошла одевать «спящую красавицу». Сестрёнка даже не проснулась.

Когда Соломон взял малышку на руки и понёс к выходу, Ева даже возражать не стала. Посмотрела, всё ли дома выключила, вышла. «Домовой, домовой, охраняй наш дом».

Скорая помощь подъехала быстро, Ева договорилась с водителем, что надо бы заглянуть ещё на один адрес. Водитель согласился немного изменить маршрут. Надо так надо. Тем более, когда рядом с просящей красавицей стоят двое звёздных мужчин высокого ранга. Попробуй откажи. А потом, оба звёздных поехали следом.

В больнице Еву приняли быстро. Как доктор посмотрел, сразу в операционную отправил, сказав, чтобы документы прямо туда принесли. Иначе, прямо в приёмном отделении родит. Соломон — «гад», пытался сопровождать девушку на всём пути. Отстал в приёмной, доказывая, что он имеет право быть рядом со своей рожающей девушкой. «Тьфу, тьфу. Опять не попала⁈ Промахнулась».

В сознание у Евы радостно запрыгал чёртик: их взяла. Но надолго ли стойко будут стоять на своём врачи. Чувства Еву не подвели. Только удобно легла, нарушил святая святых звёздный мужчина и зашёл в родильный зал, чтобы поучаствовать при родах. «Ох!» — вошёл он в бахилах, в белом халате на плечах, в медицинской шапочке. «К приёму готов — всегда готов!»

Возражать на присутствие на родах своего бывшего жениха у Евы не было сил. Вообще не до него ей стало. А тут, в самый не подходящий момент, какая-то девушка подоспела, с подготовленными на подпись документами. Роспись ей нужна была роженицы. Срочно! Ева подумала, что разрешение оказать ей услугу принесли. И так далее. То, что девушка с документами, как говорится, не по уставу была одета, тоже с накинутом на плечи халате, как у Соломона, Еву не насторожило. Не до происходящего ей вокруг.

— Давай, подписывай, пока время есть, — издевался над роженицей мужчина, прекрасно понимая, что Ева никак не может изучить предоставленные ей документы.

Так, можно сказать, не глядя, она расписалась. Зачем-то расписался и Соломон в её документах. Ну ладно! Ева подумала, что он за участие в родах расписывается. А оказалось…

— Поздравляю молодожёнов, — проговорила девушка с документами, — супруг, можете поцеловать свою супругу.

«Тьфу⁈» Показалась головка, тельце. Показали обоим родителям малыша — мальчик. Соломону дали ножницы, обрезать пуповину. Подумала Ева, что сейчас она им покажет за такую подставу. Но тут ей на грудь положили младенца. «Держите, мамочка!»

— А что он такой фиолетовый? — спросила новоиспечённая мама акушер-гинеколога о состоянии здоровья своего крохи, уж больно он ей показался маленький и худенький.

— Шестьдесят четыре сантиметра, два с половиной килограмма, это нормально, для его срока, — улыбнулась молодой маме взрослая женщина. — Как говорится, кости есть, мясо нарастёт.

— Нарастёт, нарастёт, у обоих, — заверил новоиспечённый отец. — Я за этим прослежу.

— Было обвитие пуповины, так вам повезло, что малыш раньше родился, иначе он бы задохнулся, задавился. А с кожей, правда, что-то есть, вот посмотрите на гениталии, — приподняв малыша за ножку, врач обратила внимание обоих родителей на их голубоватый цвет.

— Всё нормально у него с кожей, — ответил отец, — просто, у кого-то в роду голубая кровь. И не у меня. (Шепнул последнее Соломон Еве на ухо).

Насладившись своим отцовством, когда Еву перевели в палату, Соломон, наконец-то, удалился. Ева облегчённо вздохнула. Но исправить уже ничего не могла. Сама расписалась, при многочисленных свидетелях, никто её не неволил. Докажи, что не хотела⁈ Что случайно вышло?

Ранним утром позвонила Еве женщина, которой она оставила Юльку. Сказала, что приехал какой-то мужчина в звёздной форме, назвался её мужем и хочет забрать малышку. А она не знает, что делать⁈ Ева попросила передать телефон мужу. Сообщил Соломон, что хочет вместе с Юлькой встретить её с больницы. Как оказалось, её уже выписывают. И это через сутки после родов? Удивил.

— Отдайте, — разрешила Ева отдать Юльку, — и спасибо большое, что присмотрели за ней.

Быстро пробежавшись по врачам, сказала Ева, чтобы документы на выписку приготовили, на осмотр сходила, ребёнка на взвешивание сносила, на прививку, анализы. И стала ждать, прекрасно зная, что ничто не помешает Соломону её выписать.

Ждать пришлось недолго. Зашли к ней врачи, осмотрели ребёнка, маму, проинструктировали первородку, как ухаживать за малышом, как за собой ухаживать молодой женщине. И указали ей — на выход. Муж ждёт! Забирает он их под свою ответственность и документы на выписку уже у него на руках. Шустрый!

Огромный букет белых роз — молодой маме. Отдал папаша. Две сумки изысканных напитков и фруктов — персоналу. Поменял мужчина пакет с едой на конверт с сыном. Несколько медсестёр проводили их из больницы, желая всего хорошего. «Приходите ещё!»

Соломон, как отец со стажем, уложил малыша в специальное кресло-люльку, пристегнул. В детское автокресло пристегнул и Юльку. Еву обрадовало, что он такое предусмотрел. «Надежда не потеряна!»

— Садись! — открыл муж переднею дверцу машины для жены.

Нет! Положила Ева туда цветы, а сама изъявила желание ехать с детьми на заднем сиденье, места там достаточно. Мало ли? Захнычет. Хорошо! Согласился мужчина.

Юлька изучала нового члена семьи. По-детски радуясь, что у неё теперь есть братик. И в этой радости Ева не стразу поняла, что едут они совсем не к её дому. За город.

— Соломон, мы куда? — обеспокоенно спросила испуганная девушка.

— Домой!

Больше вопросов молодая мама не задавала. Хозяин всё решил! Домой, так — домой!