Глава 28

Выписывалась Ева шумно. С фейерверками, с шампанским. И во всё это удовольствие и радость входило знакомство с матерью Аллана.

Ух, хладнокровная особа. Приехала, свысока на жену сына и ребёнка посмотрела своим блёклым взглядом. Как царица на грязь у колеса кареты. «Наступить?»

Ева сделала непонимающий вид, глупышки-дурочки. Сделала вид, что всё так и задумывалась. Она лишь приложение рядом с Алланом.

Еву встретили, поздравили, посадили в дорогую машину и отправили в загородный дом. Ну, Аллан тоже с ней поехал, но ненадолго. На порог дома выгрузил и уехал догонять свою дружную компанию в ресторан. Кому что⁈

Ева прошлась по дому. Да, нравится он ей. И чисто. Аллан предупредил, что бригаду клинеров (уборщиков) вызывал. Явно, кто-то ему это подсказал.

Кроватка стояла в её комнате, пеленальный столик с детскими вещами, игрушками. А вот это интересно! Большая плоская бархатная коробочка лежала на видном месте. Еву вид коробки не удивил, она только хмыкнула, так как знала, чего ждать, дорогие украшения продавались в таком. Даже не взглянув, что внутри сунула коробку на ближайшую полку, чтобы не мешала. И занялась малышом.

Аллан приехал поздно вечером. Привезли. Еле держась на ногах, он прошёл по лестнице, заглянул к жене. Она спала (делала вид, что спит) на кровати вместе с ребёнком. Тишина!

Постояв немного в пороге, так и не решившись потревожить спящих, он удалился к себе.

А утро началось как обычно. Малыш хорошо ел, и ещё лучше спал, часов по шесть. Ева даже настороженно подходила к сыну, чтобы послушать его ровное сопение. И поплевав через плечо, садилась за компьютер, проверяя документы. Ничего ли не упустила?

Тиарин старший, как она знала, хорошо так обосновался в её рабочем кабинете, со слов Акила. Но первак это с радостью ей сообщил, так как верил он больше в интеллектуальные способности опытного руководителя, чем в её женский ум.

— Акил, — позвонила Ева к обеду. — Старший ещё там?

— Да! — с какой-то радостью ответил мужчина. — Гоняет твоих секретарей и бухгалтеров и в хвост и в гриву.

А эта он Еве специально сказал, так как заметил, что она сама пытается взять на себя ту часть работы, которую, по сути, могли спокойно сделать нанятые ею работники. А нет! Баловала.

— Я сегодня подъеду, — сообщила девушка. — Документация с налоговой на работников пришла.

К открытию банка у Евы уже всё было готово. Главный офис и несколько филиалов подготовили, работников наняли. С охранной… Акил сказал, что заключит договор охраны с одной фирмой. Ева хотела посмотреть, что там и к чему. А вот должность на проверяющего охрану банка, пока оставалась вакантной. Не нравились ей предложенные кандидатуры. Все сразу начальниками хотели быть. Так пренебрежительно на неё все небесные господа посматривали, как на пустое место, когда на собеседование к Акилу приходили. Пыжились они своей важностью. А Ева… не то, всё не то…

— Хорошо! — обрадовался первак, а лицо у него… довольное-довольное.

— Колись! — поняла девушка, что что-то ещё случилось.

— А что, Аллан не говорил? — приподнял одну бровь довольный «котяра».

— Некогда было разговаривать, — уже с нетерпением заёрзала девушка. И ведь правда некогда, она ребёнка грудью кормила, когда он заглянул утром в её комнату. Поздоровался и убежал на работу.

— Так эти, финансовые террористы приходили… — «тянул» Акил «кота за хвост».

— И…

— Извинились! — хихикнул первак. — А тебе всё равно повестку выписали, чтобы как можно скорее явилась и написала объяснение, почему не сообщила о своём финансовом положении.

И о чём кому она должна сообщать⁈ Конечно, таким всевластным господам хотелось контролировать весть город. И денежный поток в нём. И вот… поток прошёл мимо. Задело это их. Хоть бы палки в колёса вставлять ни начали. А так…

После обеда Ева собралась, уложила малыша в удобную коляску с отстёгивающимся верхом, если что, чтобы в машину можно было ставить, уложила в свободные пустоты всё необходимое и вызвала такси. Работа ждёт! Вперёд, и с музыкой!

«Поздравляем, поздравляем, поздравляем», летело к ней со всех концов офиса. Ева просто кивала, слегка улыбаясь.

— Ева⁈ — удивился Тиарин старший, увидев сноху в дверях кабинета. Удивился, поздоровался, но с её начальственного места так и не встал, вынудив девушку сесть рядом, к столу, как посетительницу. Акилу сообщили, что его компаньонка пожаловала, и он тут же явился. — Акил, садись! — командным тоном приказал Тиарин старший. И…

Да, да, да. О там, что они провели хорошую работу, Тиарин их похвалил, но… конкуренция! Реклама, акции, дивиденды… на раскрутку никому не известного банка тоже надо вкладываться, а они? Он не увидел перспективу их банка, реальную прибыль, которую должны приносить вложенные деньги.

— Тиарин Аллан, — обратилась девушка, покачивающая перед собой коляску. — Я вам должно признаться. Мы с Акилом открываем банка не для вашего Небесного города, и не для того, чтобы через него обогащаться на населении. Кредиты там под большие проценты, страховки. Это всё не то. Это всего лишь побочное действие. А так, у нас немного другие планы, и пока, извините! Пока мы вам честное слово, ничего толком объяснить не можем. Я ещё не совсем уверена, получится ли задумка.

Высокий господин, такой же с небесно-голубой кожей, но чуть погрузнее своего достаточно молодого сына, с лицом-маской, вечно холодного безразличия, медленно откинулся на высокую спинку кресла. Изучив проект и документацию, он понял задумку.

— Вы не сможете переиграть финансовые дела между небесными и нарийцами.

Ева с Акилом переглянулись. Акил ему ничего не говорил, а Ева тем более.

— Переигрывать и перетягивать у небесных их дела с нарийцами я не собираюсь, — вздохнула девушка. — У меня своих дел с ними хватает. И я просто очень не хочу, чтобы мои финансы плавали в чужой доступности. Всё-таки чужой банк это риск. А свой личный банк — это такой сейф.

Просмотрев ещё раз электронную версию открытия банка, Ева удалилась, оставив мужчин наслаждаться общением. Деньги, деньги. Тиарину старшему понравилось быть полновластным начальником, не надо ни перед кем отсчитываться, не надо никому ничего объяснять. Сказал — сделали! А там…

— Такси, пожалуйста, к финансовой полиции.

Ева доехала с малышом до огромного здания. Отвязаться ей от приставучих правоохранителей хотелось, и как можно быстрее.

— Здравствуйте, — поздоровалась Ева с сидевшим за стойкой человеком. — Меня вызывали, не подскажите, в какой кабинет пройти?

Подсказали, вызвались проводить. Всё-таки дама с коляской. Пускай, хоть по широким коридорам, мало ли, заблудится. Но…

У нужного кабинета, провожавший попросил Еву подождать, сам подошёл к сидевшей за стойкой возле кабинета секретарше. Попросил, чтобы она сообщила о посетительнице. Но… Из-за приоткрытой двери, явно, намеренно оставленной так молодой, надменной секретаршей, ухмылявшейся на доносившиеся громкие голоса. Да не совсем громкие. Один громкий голос чуть не визжал. Другой же хладнокровно доказывал свой свод правил.

Сопровождающий попросил девушку присесть в свободное кресло, а сам поспешил ретироваться. Попадаться, видимо, разгневанному начальству, чревато.

— Тише, тише, кот на крыше… — зашикала мамаша, покачивая коляску, не специально вслушиваясь в разговор двух мужчин.

Итак, кто-то из них, — хладнокровный, доказывал, что он ещё год назад должен был получить повышение, а с повышением и его зарплата должна была повыситься. Не существенно так, но всё-таки. Куда это видано, что секретарша при нём получает куда больше родного зама. А начальник то, оказался какой-никакой роднёй просящему. Вот так родня! И врагов не надо. И с секретаршей у начальника, оказывается, были довольно тесные отношения. Потому что, так как работает милашка языком, именно ему, нравится больше того, как работает зам.

— Ты же знаешь, что у меня ребёнок болеет! — дрогнул голос хладнокровного. А у Евы сердце сжалось. Она взглянула на своего сына, а если бы у неё ребёнок болел…

— Ой, — завизжал родственничек. — Вот не надо ребёнком прикрываться. Не нравится чего, ищи другую работу. Всё! Пошёл вон! Иначе уволю.

Если бы не загорелая кожа просящего, он бы вышел из кабинета с бледным лицом. А так, только желваки нервно ходили на осунувшемся лице.

Ева узнала вышедшего из кабинета зама — Тимрад, «змей», что привёз её из квартиры на допрос в финансовую полицию. И почему он такой загорелый, Ева тоже поняла. Он, просто, подрабатывает еще в морском порту. Это там, куда она ещё со своей занятостью так и не съездила. А хотела.

Тимрад увидел Еву с коляской. На секунду замер, приходя в себя, поздоровался, поздравил её с рождением малыша и быстро удалился. А Ева задумалась…

— Входите! — бросив на сидевшую девушку с ребёнком, пренебрежительно пригласила секретарша войти.

Объяснительная объяснительной. Но… Законы Ева прекрасно знала. Никто не имеет права проверять её финансовые возможности, законным ли они путём ей достались. При допросе «с пристрастием», с прибором анти лжи, детектором, на вопрос о своих финансах она честно ответила, что всё у неё честно. Никого никогда она не ограбила. Всё, что у неё есть — её. Ведь честно⁈ И пересылаемые ей деньги от семьи, эта тоже её деньги. Будут когда-нибудь. И такие деньги не могут облагаться налогами, так как не являются доходом. Так же, как и подарки от кого бы то ни было.

Прежде, чей выйти из здания финансовой полиции, Ева ещё раз подошла к сидевшему за стойкой парню. Охране. Оставила она ему записку для Тимрада. Да-да. Нет-нет. Ему решать.