Глава 14

— Мне от них ничего не надо, — пробурчала недовольная Ева Зверева, начиная, если честно, звереть. И мстить она им не собиралась. Сначала, да! Разорвать их хотела. Сделать что-нибудь, чтобы поняли, какие они плохие. Но, остыв, поняла, что задумка бесполезна. Они всё равно не поймут.

Васу так и думал, что от моральной компенсации она откажется, но всё же сделал попытку. А вообще, он собирался без её ведома, финансово наказать её обидчиков, и не только их, а ещё и близкую родню нарушителей. Он уже собрал всю нужную информацию. Целый пакет: кто, где, сколько. Короче, истории их банковских сделок он раздобыл. И собирался воспользоваться всей своей доступной властью, чтобы подпортить им жизнь.

— Тогда, переезжай ко мне, — сделал дядя очередное предложение. Ева отрицательно покачала головой. Здесь она дома. А у него?..

Коляску он купил ей новую, утром же привёз, после инцидента. Заодно сказал, почему Северный так и не приехал к ней. Там же, после всего случившегося, проверки у звёздных людей, следственные мероприятия проводятся. Занят он очень! Ева и не сомневалась, что занят. И Сергей… он вышел на Васу. В скором времени обещал приехать в гости. Вот это Еву, действительно, порадовало. И когда мужчина ушёл, она прошлась по дому, поняв, что пора бы сделать ни просто капитальный ремонт, а как-то добавить пару комнат. А для этого, скорее всего, придётся, и правда, принять предложение Васу, и пожить у него.

В течение недели, Ева с детьми приняла приглашение и переехала. Ремонт в её доме Васу взял под контроль, приставил своего человека, который занялся контролем выполнения работ. Так вот, за месяц, был пристроен второй этаж, перестроена кухня и зал, появилась гостиная, где одна стена состояла из панорамных окон. Красота!

Красота, что Ева стала ближе, и могла прямо на месте контролировать ведением Васу банковских дел. Вернее, контролировать они стали вдвоём, теперь ему не надо было выбирать важную информацию и везти на одобрение ей. Вся информация стекалась небесному перваку в необработанном электронном виде на рабочий защищённый компьютер, к которому как раз Еве он и дал доступ. Вот она и сидела в рабочем кабинете, конечно, в свободное время, пока дети спали.

Дело было как-то вечером, делать было нечего. Васу приехал с работы, они с Евой, детьми и парой служащих в доме людей, поужинали и разошлись по своим делам. Васу забрал детей погулять вокруг дома, ему так комфортно было. Дети действовали на него, как успокаивающий и отвлекающий фактор. А любительница считать, удалилась опять в рабочий кабинет, заодно, чтобы помочь Васу с документацией.

Гостей в тот вечер никто не ждал. Особенно этих. Вместе с Ван Зе, видимо, прознав, что он зачастил к Васу, приехало высшее начальство. Сам президент — Ишиас Звёздный — с двумя бронированными машинами сопровождения въехал во двор. А во дворе, на лавочке-качельке, покачивался хозяин в домашней спортивной одежде. А нечего без предупреждения являться. И старичок-боровичок, кажется, догадывался, по какому такому вопросу они прибыли.

Ксюша крутилась рядом с дедом Васу, а Стёпа уже уверенно сидел на его руке, цепляясь за отворот кофты, и смакуя бутылочку.

— Ну, что ж, — вздохнул недовольно хозяин, и махнул рукой в сторону навеса. — Тогда прошу пройти в беседку.

Да, там и диванчики стояли, и стол, и фонари висели. Нравилось Васу на улице отдыхать, смотреть на зелёные растения, насаженные садовником цветы.

Севастьян Северный скептически осмотрелся. Видимо, его фантазия рисовала что-то белее грандиозное. Неземное!

— Деда, деда, давай мне Стёпу, я его домой отнесу, — подёргала Ксюша Васу за штанину, и протянула ручки.

— Лучше коляску мне прикати, — погладил дед Васу ребёнка по голове.

— Ух, ты! Какая смородинка! — сделал Ишиас комплимент, чтобы и ребёнка к себе расположить, и деда. — А я и не знал, что у вас на Земле семья.

Васу на это ничего не ответил. Отсчитываться он не собирался. И тем более о семье рассказывать.

Ксюша что-то почувствовала, и внимательнее посмотрела на высокого седовласого мужчину, в чёрном костюме и чёрной рубашке, подметившего её тёмные глазки. А у самого взгляд такой же тёмный. Да такой, что зрачков и не видно было, и казались его глаза — бездушными глазницами.

Власть имущие вошли в беседку, и расселись, приняв расслабленную позу. Начинать разговор с того, что привело их в гости они не стали сразу.

— Чай, кофе вам предложить, или что-нибудь покрепче?.. — сделал Васу жест доброй воли и своего расположения.

Ван Зе виновато опустил голову, ему бы следовало предупредить друга. Уж больно сдружились они за время общения у Евы, так что время от времени и приглашать друг друга стали на частные мероприятия. А тут… нагрянули.

Ксюша прикатила деду коляску, и он, под внимательные умилённые взгляды, уложил малыша.

— Везёт тебе, — высказался президент, искренне позавидовав, — дом, полная чаши, и деньги, и дети…

— Знали бы вы, как вашим повезло, что за это счастье, чуть было не оборвавшееся по вине неких разгильдяев, они только с финансовой стороны наказаны.

Васу махнул рукой, стоявшему у ворот охраннику, и когда тот подошёл, отправил его в дом, за лежавшим в прихожей телефоном. Молодой парень быстро сбегал, и принёс дорогую вещь. Начал искать запись происшествия.

Со стороны лиц пострадавших рассмотреть было невозможно, но происшествие засняли качественно. Со всеми подробностями. И детская коляска, раздавленная тяжёлыми колёсами…

— Месть, значит! — недовольно высказался Ишиас.

— Справедливость! — заверил их хозяин.

— Странно слышать от банкира о справедливости… — выдохнул уставший президент, у него свои дела, а тут… — давай, не будем ходить вокруг да около. Ущемлённые вашими действиями звёздные люди, вынуждены были обратиться в верховный суд. И не думаю, что ваша справедливость будет иметь там хоть какой-то вес. Давайте вместе подумаем об альтернативе наказания. Обговорим всё в до судебном порядке. Вы бы пригласили сюда вашу родственницу, у меня есть, что ей предложить.

— Уважаемый господин президент, — хмыкнул банкир, — вы, просто, не понимаете, и думаю, пока не поймёте, что моя справедливость самая щадящая. Я скрыл этот инцидент, да и моя подопечная никуда не обращалась, и никому ничего не говорила о случившемся. Думаю, если бы я своих людей к ней не приставил, то и сам бы ничего не знал. И так получилось, что она совершенно ничего не знает о моих действиях. И не советую её просветлять. Узнаю, что кто-нибудь ей докучает… — волчьими глазами взглянул на своих собеседников хозяин дома, надавив на них негативным психологическим фоном, так, что те от пронзившего их негатива передёрнуло, — ну, вы сами должны понять…

От всколыхнувшегося негативного фона малыш захныкал, начал кукситься, выгибаться. Васу подкатил коляску к себе поближе и взял ребёнка на руки. Пошикал, покачал, дал пустышку. Прибежала Ксюша, бегающая во дворе с игрушками, схватила лежавшую погремушку и покрутила ею перед братиком.

— Ну и что вы тут, дедушки, устроили? — изобразив недовольство на милом лице, Ксюша сдвинула бровки домиком. — Нельзя родным людям ругаться.

Мужчины улыбнулись. И на дедушек, и на родных людей. Понравилось им всем, и что ругаться нельзя.

— Что ты, черничка, — взял Ишиас слово, пока Васу с малышом возился, успокаивал. — Мы не ругаемся, наоборот…

Из дома вышла с подносом молодая девушка из прислуги, вошла в беседку, расставила на стол напитки, закуску, предложила хозяину забрать детей. Васу согласился, догадываясь, что Ева уже освободилась, но выходить, по какой-то причине, не хочет. И правильно! Положил он малыша обратно в коляску, отдал девушке. Но вот Ксюша чуть задержалась, подошла она к Ишиасу и забралась на диванчик рядом с ним, мало того, обняла мужчину за шею, прикоснувшись к щеке лбом.

Если бы глаза у Ишиаса были не такие тёмные, то присутствующие смогли бы наблюдать, как расширились у него зрачки. От удивления, от облегчения. И от других, накативших на него удивительно лёгких детских чувств.