Глава 25

Ярослава Градова

Жизнь — как зебра. Белая полоса, черная полоса. Но то ли зебра мне попалась бракованная, то ли где-то там наверху решили, что с меня хватит хороших новостей, но…

— Ты! Это ты! Ты…

Я глубоко вздохнула и аккуратно закрыла книгу, вложив закладку между страниц. Убрала роман Мастера Ужасов Стивена Кинга в рюкзак и подтянула рукава водолазки. И только после этого подняла голову, взглянув на того, с кем хотелось общаться в самую последнюю очередь. Более того, будь моя воля, я бы этого человека не подпускала к себе ближе, чем на пару километров.

Но опять-таки, кто ж меня спрашивал?

— Здравствуй, Андрей, — откинувшись спиной на стену, я криво улыбнулась, вновь скользнув взглядом по бывшему.

Просто бывшему. Партнеру, другу, близкому человеку. На пару секунд сердце сжалось от вспышки старой боли, от волны обиды и непонимания. Но я усилием воли загнала ненужную рефлексию куда подальше и нейтрально заметила:

— Хорошо выглядишь. Приятно, что хоть что-то осталось неизменным, и твой нарциссизм в том числе.

Наверное, я не хотела этого говорить. Да, точно. Я вот совсем, совсем не собиралась язвить в адрес своего собеседника, как и кривить губы в едкой ухмылке, глядя на него снизу вверх. Но Андрей умудрялся одним своим видом, взглядом вытаскивать наружу все самое плохое, что может быть в человеке. И вряд ли за эти годы что-то изменилось.

Разве что только я и то, не так сильно, как мне хотелось бы.

— Да, это точно ты, — Андрей, отличный танцор и самый талантливый лжец из всех мне известных неожиданно широко улыбнулся и шагнул ближе. Встав передо мной, широко расставив ноги и засунув руки в задние карманы джинсов, он наклонил голову. — А я думал, что ты не любишь позориться.

— Андрей, у меня нет настроения разгадывать твои шарады, — коротко хмыкнув, я выпрямилась и заинтересованно вскинула бровь. — Что. Тебе. Нужно?

— Я что, не мог прийти просто так? — на симпатичном, волевом лице мелькнуло почти искренняя обида. Но только что “почти искренняя”. — Может быть, я соскучился по нашему душевному общению. По нашим посиделкам вдвоем, прогулкам. По…

— Как был брехло, так брехлом и остался, — я хохотнула, медленно поднявшись. И, закинув рюкзак за спину, похлопала старого знакомого по груди. — Не рада была видеть. Надеюсь, это была разовая акция. А теперь…

— Слава.

Вот вроде бы простое имя, даже вполне себе легальное сокращение от полного имени “Ярослава”. А меня как обухом по голове ударили, перекрывая кислород. И глупое сердце пропустило пару ударов, прежде, чем я смогла стряхнуть с себя это чертово наваждение.

— Кажется, ты забываешься, — вежливая улыбка вышла кривоватой, даже на мой взгляд. Но я упрямо вскинула подбородок и скрестила руки на груди, глядя прямо в лицо мужчины. — И кажется, ты не просто не к месту в этом университете. Ты здесь лишний.

— Прости, — бывший партнер поднял руки вверх отступая на шаг. И снова широко улыбнулся, легкомысленно пожав плечами. — Но увидев тот ролик в сети, я не мог удержаться.

— Какой ролик? — я недоуменно моргнула, спрятав руки в карманы джинсовки. Так было проще скрыть дрожь. — Понятия не имею, о чем ты, Андрей.

— Вот этот ролик, — мне под нос сунули дорогущий смартфон и любезно нажали на значок воспроизведения, запуская видео. А там…

Ракурс был паршивый, изображение то скакало, то теряло фокус, то и вовсе пропадало. Но я не могла отрицать, что это были кустарные съемки одной из наших репетиций. И именно в тот момент, когда мы с Елизаровым упрямо, раз за разом отрабатывали чертову поддержку. Ту самую, что с Андреем получалась просто идеально, без единой помарки.

Пока он же меня и не уронил, угу.

— Твою ж, — я беззвучно выдохнула, на мгновение зажмурившись и потерев переносицу. И, не выдержав, раздраженно протянула. — Я его все-таки убью.

— И это все, что ты хочешь мне сказать? — он сощурился, убирая телефон в карман, и вцепился в мой локоть, намеренно сжимая его так, что только усилием воли у меня получалось не морщиться.

Поправка, Андрей. Я с тобой в принципе разговаривать не хочу. Но приходится. И, пожалуй, я повторю свой вопрос. Что. Тебе. Нужно?!

На пару секунд мне почудилось что-то темное, злое в его взгляде. Но стоило моргнуть, как наваждение пропало. Стоящий передо мною человек был все таким же, как и тогда: ярким, притягательным и совершенно, просто до отвращения чужим. И менять это положение вещей в мои планы больше уже не входило.

Бывший партнер же, словно не замечая, как я на него смотрю, легкомысленно пожал плечами и выдал, мягко, с нотками упрека:

— Слава, — имя снова резануло, заставив меня вздрогнуть и недовольно поджать губы. — Я понимаю, расстались мы… Не очень хорошо. И ты не обязана верить мне на слово. Но я действительно о тебе беспокоился.

— Настолько, что, наткнувшись на какой-то там ролик, рванул искать меня? Извини, Андрей, но в это я точно не поверю, — я выдернула руку из его хватки. Глубоко вдохнула, пытаясь избавиться от чувства тоски, щемящего в душе. Даже грудь машинально потерла, бросив взгляд по сторонам.

И снова вздохнула, понимая, что в который раз оказалась в центре внимания. Интересно, какие на этот раз слухи поползут по университету? И не стоит ли ждать явление Царя народу?

— Слав…

— Ярослава, если тебя не затруднит, — любимая маска ледяной вежливости привычно легла на лицо. Я криво усмехнулась, насмешливо вскинув бровь. — И, если уж на то пошло, будем честны. Мы не сходились настолько, чтобы расстаться. Просто моя травма, полученная во время нашей репетиции, поставила точку в любых отношениях между нами. Разве нет? И я все еще жду ответа: что тебе нужно, Андрей?

Отчетливый хруст зубной эмали мне наверняка послышался. Но выдержку своего бывшего я все же недооценила. В ответ на мои явные попытки его задеть, Андрей вдруг тихо, ласково засмеялся и…

Сжал меня в стальных, медвежьих объятиях, без труда поднимая над полом.

— Я рад, что ты все такая же колючка, Градова, — оставив на моей щеке мимолетный, нежный поцелуй, парень поставил меня на место. И тут же щелкнул по носу. — И вообще-то, я действительно кинулся тебя искать. Потому что серьезно, Градова… Сменить номер? Это по-твоему взрослый поступок, да? Послать к черту все годы совместного ада в нашей паучьей банке? Не думал, что ты настолько черствая женщина, коротышка.

“Домашнее” прозвище окатило волной внезапного тепла. И я сама не заметила, как улыбнулась в ответ на эти обвинения:

— Если бы кто-то из нашей “паучьей” банки решил действительно меня навестить… У нас не настолько большой город. И, если уж на то пошло, ты жил всего в паре кварталов от моего дома.

— Детка, после этой трагедии наш хореограф вынул из меня душу, заложил ее Дьяволу и всучил настоящее бревно, неспособное и пару па выполнить без пинка со стороны партнера. Так что, когда я мог, тебя не было дома. А когда ты была дома… — тут Андрей чему-то цинично усмехнулся. — В общем, драться с твоим братом то еще удовольствие. Не самый мой хороший опыт, если что.

— Драться со мной тебе бы тоже не понравилось, — сигнал сообщения на телефоне отвлек меня от этого странного то ли разговора, то ли обмена ядом. Сняв блокировку, я тихо фыркнула, разглядывая самоубийственное селфи одного зеленоглазого камикадзе.

Боюсь, фотографироваться на фоне спящего Хованского, состроив ему треуголку из конспектов и пририсовав усы гелевой ручкой — не самый оригинальный, зато очень действенный способ нажить себе проблемы. Тем более, что у старосты сон чуткий и…

Телефон пиликнул еще раз. Я тихо засмеялась, глядя на невозмутимого Хованского, взявшего Елизарова в удушающий захват. И, не удержавшись, быстро набрала ответное сообщение, проинформировав какую именно эпитафию хочу видеть на надгробии Костика. Судя по коварным смайлам в ответе, Илья мою идею оценил.

И явно уже подумывал, как ее воплотить.

— Ярослава, — вкрадчивый тон Андрея напомнил мне о том, что я тут не одна. Убрав телефон обратно в карман куртки, я вопросительно на него посмотрела, вскинув бровь. — Наш старый состав собирается в эту пятницу в баре “Догма”. И мы все, — услышав мой скептический хмык, он с нажимом произнес, вновь схватив меня за локоть. — Все, Яра. Мы все хотим, чтобы ты пришла. За одним поделишься историей, как тебя угораздило вляпаться в эту самодеятельность.

— Я не думаю…

— Яр. Мы будем ждать. Приходи. В конце концов, прошло уже достаточно времени, чтобы оставить все это позади. Ну? Или ты трусишь, Градова?

Я подавила желание расхохотаться. Потому что, ну… Черт возьми, почему все пытаются взять меня на слабо? И твою ж маму, почему у них это получается-то, а?

— Хорошо. Я приду, — наконец, ответила я, после пяти минут упорных попыток убедить себя, что мне это не нужно. И глядя на довольную, хищную улыбку своего бывшего, я уже догадывалась, что ничем хорошим эта встреча не закончится.

Знать бы еще, насколько.