Глава 9

Легкие печет. Горло раздирает кашель. Голова болит и кружится. Перед глазами мелькает встревоженное лицо Джонни. Его губы обжигают мои. Секунда и его живительный воздух наполняет мою грудную клетку. Джонни склонился надо мной, продолжает ритмично надавливать на сердце и касаться моих губ.

Мне хочется сказать, что я уже в состоянии дышать сама, но это так здорово: не просто дышать, но делить с ним один вдох на двоих.

А я уже и забыла, этот вкус его губ. Их твердость. Их ласку. Их требовательность и неистовство.

Вокруг нас много народу. У всех перепуганный вид. Даже у этих высокомерных девиц. Джонни отстраняется от меня, но ненадолго. Вскоре его сильные руки подхватывают меня с полу, и прижимают к обнаженному торсу.

— Я отнесу тебя наверх! — поясняет он. — Тебе лучше полежать сейчас. Пацаны, без меня продолжайте!

Джонни выносит меня, а я вцепляюсь в его шею покрепче. Ничего не могу с собой поделать. Я хочу касаться его мускулистого тела. Хочу ощущать его тепло. Хочу слышать оглушительный стук его сердца.

Джонни, вот так подстава, приносит меня в спальню к Македонскому! Он откидывает полог пледа, заворачивает меня в одеяло прямо так, мокрую, с мокрыми же волосами.

— Ты специально хотел меня убить? — ну а что, я стукнулась головой, имею право нести чушь, хоть немного.

Лучше уж глупости нести, чем мучительно и неловко молчать в его присутствии.

— Болит ушиб? — подрагивающие пальцы Джонни дотрагиваются до моего виска.

Он смотрит на меня внимательно. В глазах столько тревоги и мне это очень импонирует! Мне хорошо в его присутствии! Я даже на минуту забываю, что нахожусь в спальне Македова, и он должен вот-вот прийти сюда. Для меня сейчас существуют только огромные, жадные, всепоглощающие глаза Джонни.

Я морщусь от его прикосновения, потому что больно. Джонни убирает руку.

— Джофар! — рычит Македов, появляясь на пороге спальни, — Ты что с моей невестой сделал? Ты же обещал приглядывать за ней, идиот!

— Фу, дядь, не называй меня так. Я давно поменял это имя! — Джонни подскакивает с кровати, где сидел рядом со мной непозволительно близко.

Македов недовольно оглядывает его роскошную фигуру, прикрытую лишь плавками.

— Прикройся лучше, ковбой! Перед моей невестой все-таки стоишь! — требует Македов.

Джофар? Хм… это его настоящее имя? Ну, если его родной отец был иной национальности, то почему бы и нет?

А Джонни, тем временем, видимо понимает, или знает наверняка, что с Македовым лучше не спорить. Он хватает первое попавшееся полотенце из шкафа и оборачивается им вокруг поросших темным волосом бедер.

— Она прыгнула неудачно. Головой ударилась. Об дно. Сотрясение может быть. И ушиб. Я помажу мазью. — отрывисто проговаривает Джонни, глядя на меня во все глаза.

— С*еб отсюда! — рычит на него Македонский. — Сам со своей невестой разберусь!

Я умоляюще смотрю на Джонни. И хотя, он тоже не в восторге, что я живу с ним под одной крышей, но он единственный, кто не пугает меня. Тот, кого я не боюсь, в отличие от Македова! Ой, мамочки, я же останусь с ним сейчас наедине!

Мой жених проводим взглядом племянника, а затем запирает дверь спальни изнутри. На замок.

Я сглатываю. Что он задумал? Македов вырубает верхнее освещение. Теперь комната освещена лишь тусклыми боковыми бра. Поворачивается ко мне. В глазах холод космоса. Пугающая всепоглощающая бездна. Его рука не спеша тянется расстегнуть верхнюю пуговицу на рубашке.