Глава 10 · Об избранном пути и откровенных разговорах

Встреча получилась… суховатой. Увидев, что с ребятами всё в порядке, я наградила вновь прибывших вялой улыбкой и посоветовала им располагаться в трактире со всеми удобствами. Близнецы сдержанно поздоровались, выказав радость при виде меня живой и здоровой, после чего увлеченно принялись за еду, принесенную официанткой. Альрайен окинул меня странным взглядом, но, кроме приветствия, больше ничего не произнес, видимо, решив отложить разговор на потом. Только Ахши бросился меня обнимать, с детской непосредственностью воскликнув:

      - Я знал, что ты его победишь! Теперь мне нечего бояться, правда?

      - Да, тебе нечего бояться, - сказала я, отстраненно погладив ребенка по светлым волосам.

      Убедившись, что с дороги все заняты ужином, я незаметно их покинула и поспешила подняться к себе в комнату. Забравшись на кровать вместе с ногами, приняла позу полулотоса и прикрыла глаза. Последние четыре дня ожидания я провела в непрерывных раздумьях. Иногда смотрела в одну точку прямо перед собой, иногда – внутрь себя, как сейчас, я часами сидела неподвижно и думала, думала, пытаясь разобраться в собственной душе, беспокойно метавшейся в сложном выборе. Порой даже забывала поесть. С раннего утра, не способная больше спать, я принималась раздумывать, продолжая решать сложную задачу, не замечая, как за окном встает солнце, поднимается выше по небосводу и скатывается вниз, за край земли, отдавая её во владение сумерек. Поздней ночью забывалась тревожным сном, снова и снова наблюдая страшную картину гибели Ахши от рук Тэана. Так и не выспавшись, от ужаса пробуждалась на рассвете и возвращалась к тяжким раздумьям.

      Поступок и планы Тэана вызывали множество противоречивых эмоций. С одной стороны, он уверенно шел к цели, создавая для нас общее будущее, он выступал против всех – против незнакомых людей, против существующих миров и даже великих, непобедимых Высших. Он добивался своего, готовый бросить к моим ногам целую Вселенную, пусть исковерканную, измененную до неузнаваемости, но всё это он делал ради того, чтобы быть со мной. Непоколебимость, решительность, смелость Тэана достойны самого искреннего восхищения. С другой стороны, стремясь к своей цели, Тэан убивал и разрушал великое творение – ту Вселенную, которую все мы знали. Вселенную, наполненную дыханием жизни. Это пугало, потрясало, заставляя содрогаться от ужаса и безысходности. На пути к достижению цели Тэан, совершенно не задумываясь, устранял любые препятствия. И это, наверное, пугало даже больше. Он не стремился к самому разрушению, ведь цель его была иной, действительно заслуживающей уважения, но походя, мимолетным взмахом руки губил он чужие жизни, как ветер, мчащийся к бесконечности, сам того не замечая, срывает с деревьев листья. А я не могла принять эту жертву, потому что слишком ценила прекрасный и неповторимый дар жизни.

      Выход был. Я узнала всё необходимое, чтобы понять, что нужно сделать для прекращения этого кошмара. Тэан сам сказал, что на данном этапе Тьма может вливаться в мир только сквозь его тело. Не будет у Тэана тела, и Тьма потеряет возможность распространяться. Какое очевидное решение! Нужно просто убить Тэана.

      Эмоции, чувства, мысли разрывали меня на части. Собственное тело представлялось хрупкой хрустальной вазой, готовой разлететься мелкими осколками под неудержимым натиском. Я боялась даже пошевелиться, опасаясь, что малейшее движение приведет к взрыву. Внутри велась бесконечная борьба между любовью и долгом, желанием собственного счастья и пониманием неправильности строить его на пропитанных смертью руинах.

      Тэана нужно остановить, и… я единственная, кто может это сделать.

      В дверь постучали.

      - Алиса, это я! – раздался голос Альрайена. – Открывай.

      - Я устала. Давай потом поговорим?

      - От чего ты устала? – неожиданно зло отозвался аллир. – Впусти меня, немедленно!

      - Нет. Я же сказала, что не хочу разговаривать! Убирайся!

      Не успела я выкрикнуть последнее слово, как с противоположной стороны послышался звук удара. Дверь неожиданно сорвалась с петель, влетела в комнату и с грохотом рухнула на пол, лишь чудом ничего не задев в крохотном помещении. Я не столько удивилась, сколько разозлилась из-за наглого поступка аллира.

      - Ты что о себе возомнил?! Думаешь, можно врываться ко мне когда угодно?! – встав с кровати, я с обвинением ткнула в Альрайена пальцем. – Ты! Убирайся прочь, пока я сама не вышвырнула тебя отсюда!

      Альрайен нечасто терял маску невозмутимости, но сейчас он был действительно зол. Подскочив ко мне, схватил за плечи и с силой встряхнул:

      - Ты только посмотри на себя! Что ты с собой сделала? Похудела, под глазами темные круги! А эта вялая улыбка, которой ты наградила нас на первом этаже? Ты стала похожа на бледную тень самой себя! Я никогда не видел тебя такой.

      - Наверное, это потому, что я никогда и не настраивала себя на подобный поступок, - зло сказала я, вырываясь из его рук.

      - Ты о чём?

      - Не твоё дело.

      - Моё, Алиса. Ещё как моё, - сказал Альрайен, угрожающе надвигаясь на меня, а я отступала назад, не желая выяснять отношения, когда все мои мысли принадлежали Тэану. – Ты даже сейчас, несмотря на раздражение, взираешь на меня отстраненно, с отчуждением. Я не хочу видеть в твоих глазах пустоту. Знаешь, почему это моё дело? Потому что теперь ты моя жена, и всё, что касается тебя, также касается меня. Прекрати запираться в себе, выйди наконец из этого ступора!

      Рывком Альрайен преодолел оставшееся расстояние и впился в мои губы безжалостным поцелуем. Повалил на кровать и, не прерывая поцелуя, яростно сорвал пуговицы с рубашки. Я сообразить ничего не успела, как, отодвинув в сторону плотную ткань, его рука опустилась на обнаженный живот, скользнула к талии.

      - Ты думаешь о нём, верно? – хрипло прошептал Альрайен прямо на ухо, касаясь его губами. Со злостью констатировал: - Да, ты снова думаешь о нём. Этот твой отстраненный взгляд, как же я ненавижу его!

      Спустился поцелуями к шее и дальше вдоль ключицы. Оцепенев от яростных действий аллира, я потрясенно замерла, вжавшись в постель, забыв и о владении магией, и о том, что кулаки – тоже неплохое оружие.

      - Что, не смогла уговорить его не уничтожать мир? Конечно, ему наплевать на всех, наплевать на тебя! А мне – нет. Неужели ты не замечаешь? Ты нужна мне, пойми.

      Добравшись до ямочки между ключицами, его губы начали спускаться ниже. Руки продолжали скользить по телу, с хозяйским интересом исследуя то, что по праву принадлежало ему. То, чем Альрайен мог пользоваться в своё удовольствие – каждое прикосновение, казалось, вопило об этом, доказывая мне его власть, его право.

      - Ты теперь моя, слышишь? Моя. Алиса, любимая… - шептал он в перерывах между поцелуями.

      Последнее слово, показавшееся совершенно абсурдным, выдернуло меня из оцепенения, вернув способность к сопротивлению. Перехватив запястья Альрайена, я с силой оттолкнула его вбок, сама же рванула в противоположную сторону. Аллир, увлекшийся процессом и моей покорностью, не ожидал ничего подобного. Лишь поэтому мне удалось высвободиться. Кровать была узкой и закончилась в самый неподходящий момент. Перекувырнувшись в воздухе, я с грохотом шлепнулась на пол, вовремя выставив перед собой руки, чем спасла лицо от встречи с деревянным покрытием. Только коленям досталось и ладоням, на которых ободралась кожа, остававшаяся нежной, несмотря на все тренировки с мечом.

      - Никак не хочешь понять? Я заставлю тебя забыть Тэана! Со мной ты будешь счастлива и перестанешь доводить себя до изнеможения!

      Я уже поднималась на ноги, когда Альрайен, свесившись с кровати, схватил меня за руку и резко дернул на себя. Серебристые волосы были непривычно растрепаны, синие глаза горели огнем одержимости. Испугавшись и не полностью восстановив равновесие, я не удержалась, упала прямо на него. С готовностью откинувшись на спину, Альрайен увлек меня за собой. Перехватил за талию и поднес к лицу мою руку, жарко поцеловав пораненную ладонь.

      - Да прекрати ты! – Окончательно разозлившись, я вырвала руку из его пальцев и со всей силы влепила пощечину.

      Хватка аллира ослабла, что позволило мне полностью высвободиться. Чтобы подняться, я оттолкнулась от Альрайена, при этом безжалостно ткнув его под дых. Пока тот пытался восстановить дыхание, я соскользнула с кровати и, вонзив ногти в поврежденную кожу ладони, чтобы выступила кровь, призвала магию. Порыв ветра взметнулся в тесной комнатушке, до невозможности сгущая воздух, подхватил Альрайена вместе с покрывалом и вышвырнул в коридор прямо в стену напротив входа. Туда же за ним полетела и дверь, впечатавшись в лицо аллира, но он, к сожалению, в последний момент успел выставить руки. Вслед за ветром вспыхнула волна Первозданного Света и запечатала дверной проем ослепительным золотистым сиянием, настолько же материальным, как бетонная стена.

      Я обессилено опустилась на смятую кровать и уставилась отрешенным взглядом в пелену света. До меня только сейчас дошло, что двери-то всё это время не было! Она валялась на полу, открывая происходящее в комнате на всеобщее обозрение. Надо же было так… увлечься.

      Судя по звукам, Альрайен отскоблил себя от стены с полом и, не желая привлекать к себе лишнего внимания, поспешил покинуть место своего позорного поражения. Сообразив, что частично порванная, без единой пуговицы рубашка на мне выглядит не лучшим образом, заставила себя подняться и непослушными руками нащупала в сумке сменную одежду. Прикосновения и поцелуи Альрайена по-прежнему ощущались разгоряченной кожей слишком ярко, из-за чего срочно захотелось вымыться. Сама себе противной стала. То с Тэаном на свидание сбегала, при живом-то муже, теперь вот Альрайена едва вовремя остановила. Решив, что непременно нужно посетить местную ванну, я свернула новую рубашку, поплотней закуталась в ту, которая уже была на мне, и высунулась сквозь пелену света, ощутив при этом некоторое сопротивление воздуха. Коридор, к счастью, оказался пуст.

      После того, как искупалась, переоделась и привела растрепанную себя к более приличному виду, я спустилась на первый этаж таверны, намереваясь поужинать. Есть совершенно не хотелось, но, как удалось вспомнить, за последние сутки я только утром перекусила легким завтраком. Посетителей в зале почти не было – все давно разбрелись по своим комнатам. Поразмыслив над предложенным списком блюд, пришла к выводу, что сейчас в меня не влезет и крошка, заказала мятного чаю и, захватив с собой чашку с дымящимся напитком, вышла на улицу.

      Не остывшую после ванны кожу обдало холодом, но это вызвало только приятные ощущения. Усевшись прямо на ступеньках, я обхватила кружку обеими руками и, сделав глоток, поставила её на колени, продолжая придерживать. В голове зияла удивительная пустота, словно все мысли решили разом покинуть меня. Вокруг царила ночная темнота, освещенная лишь факелами на воротах, служивших выездом с постоялого двора. Живое пламя создавало атмосферу некоторого уюта. Двухэтажный, но длинный деревянный дом за спиной, чуть сбоку, за пределами видимости расположилась конюшня для фоаров. Просторный двор с кустами и деревьями, всё это было огорожено высоким надежным забором. Немного правее – закрытые на ночь ворота, и вот с обеих от них сторон – горящие факелы, что добавляли всей обстановке нотку таинственного, средневекового очарования. В темно-бархатном небе сияли первые звезды, постепенно их ряды пополнялись всё новыми светилами. Я бездумно сидела на ступенях, периодически отпивая чай небольшими глотками.

      - Позволишь? – неожиданно раздался за спиной голос Альрайена. А я ведь даже не заметила, как он подошел.

      - Разве мой ответ что-нибудь изменит? – отстраненно спросила я. Сил на спор и выяснение отношений уже не было, как не было никакого желания что-либо делать, говорить, думать.

      - Я сорвался, прости, - сказал Альрайен, присаживаясь рядом со мной на ступенях. Помолчал немного, вглядываясь в моё лицо, но я упорно продолжала смотреть в чашку с чаем. Не дождавшись от меня реакции, аллир заговорил: – Ты не представляешь, что я почувствовал, когда увидел тебя такой. Изможденное лицо, вымученная улыбка, безжизненный, опустошенный взгляд, как будто что-то важное внутри тебя потухло. – Альрайен поднял руку, в неуверенном, нежном жесте приложил ладонь к моей щеке, пальцами зарываясь в волосы, но я наклонилась вбок, отстраняясь от ненужной ласки. Обреченно уронив на колени руку, он смирился с моим нежеланием терпеть его прикосновения и больше попыток не делал. – Ты никогда не была такой отчужденной. Я испугался.

      - Испугался? – переспросила я без тени эмоций. После той бури, что бушевала во мне на протяжении четырех дней, заставляя сделать самый важный в моей жизни выбор, после пережитого потрясения, безжалостно вырвавшего меня из плена болезненных раздумий, я действительно была опустошена.

      - Да, испугался, Алиса, - ровным голосом сказал Альрайен. – Ты не представляешь, что значишь для меня.

      Я не хотела, чтобы он говорил. Не хотела, чтобы рассказывал, впервые раскрывал передо мною душу, но не могла его остановить. А потому аллир продолжал, неторопливо, спокойно, как говорят о том, с чем уже давно смирились:

      - Знаешь, впервые я увидел тебя под действием магии Повелителей Туманов, когда вместе с другими людьми тебя принесли в наш мир для участия в игре. Ты очнулась всего на мгновение, но этого хватило, чтобы поразить меня. Твои глаза, Алиса, твои прекрасные зеленые глаза, похожие на летний луг, покрытый каплями росы, они поразили меня. Сначала я думал, что это просто интерес, и сначала, наверное, так оно и было. В тебе ощущалась загадка, несмотря на твое нежелание проявлять какую-либо магию, от тебя исходило дыхание древней, первозданной силы. Наглость, непокорность, противостояние мне – всё это лишь подогревало интерес. За несколько дней до игры я впервые за много лет почувствовал сожаление. Ты пробуждала во мне странные эмоции, делавшие всё вокруг ярким, захватывающим. Мне не хотелось, чтобы ты погибла, но я слишком привык, что любого человека легко можно заменить другим и разницы никакой не будет. А во время игры я наконец узнал твою тайну и понял, что не смогу отпустить такую находку. Твоя необыкновенная сила делала тебя ещё более ценной в моих глазах. Игрушкой? Да. На тот момент ты была только игрушкой, пусть уже и незаменимой. Однако когда ты сбежала, я впервые переоценил своё отношение к тебе и понял, что ты стала чем-то большим, чем просто интересным развлечением. Ты стала мне нужна.

      Я вслушивалась в тихий голос, затаив дыхание, боясь пошевелиться, отчетливо ощущая на себе взгляд Альрайена. А он всё говорил, говорил…

      - Я решил, что непременно заполучу тебя. Меня не волновало, что будет потом и долго ли продлится это странное наваждение, я просто хотел, чтобы ты принадлежала мне. Пойми, я не привык уважать людей и хоть сколь-нибудь считаться с их мнением. Все люди для меня были жалкими, недостойными, низшими существами. Что для аллиров их желания, мысли, стремления? Но ты… так не похожа на остальных. Свободная, дерзкая, сильная, упрямая. Догнав тебя у Дербиана и отправившись вместе с вами в путь, я впервые начал по-настоящему тебя узнавать. Ты оказалась такой целеустремленной, готовой бороться за себя, своих друзей и даже заботилась о тех, кого совсем не знала, когда твердо решила, что не хочешь позволить Тьме вырваться и погубить миры. Это заслуживало восхищения. С того момента я не просто хотел обладать тобой, я начал тебя уважать, как личность, как… равную. Да, я даже не заметил, когда увидел в тебе равную. Но ты… тебе, казалось, было всё равно. Ты подпустила меня совсем ненамного, а потом снова оттолкнула, вбив себе в голову, будто я всего лишь с тобой играю. Тебе так было проще думать, верно? Убедить себя в том, что я не могу испытывать настоящих чувств, и со спокойной душой устремиться к Тэану. Не понимаю, почему ты всегда, несмотря ни на что, верила ему, но так не хотела поверить мне. Да, я ненавидел его за это, ненавидел за те чувства, которые ты к нему испытывала, однако я никогда не принимал его за серьезного соперника. Душа Тьмы… разве может быть у вас общее будущее? Но Судьба – непредсказуемая штука. Или, может, дело в Высших? Не сомневаюсь, это их игра, и они единственные знают, к чему всё это придёт. Кто бы мог подумать, что они позволят Тэану воплотиться в человеческом теле! Тогда я тоже решил попытать своего счастья. Вернувшись на Землю, ты стала для меня недостижима, а я не мог тебя отпустить. Высшие выполнили и мою просьбу, сняв с аллиров запрет на посещение других миров. Разве я мог отступиться? Мне больно было видеть тебя рядом с Тэаном. Алиса, ты не представляешь, как это больно! Но ещё больней находиться далеко от тебя. Поэтому я продолжал снова и снова возвращаться на Землю, не теряя надежды, что когда-нибудь ты станешь моей. Тэану должно было наскучить, ведь он не мог стать человеком. Он намного больше не похож на человека, чем аллиры. Слишком другой, непонятный, чуждый. Я верил, что у вас нет общего будущего, но ты ничего не замечала. Закрывала глаза на его тягу к Первозданной Тьме, не замечала его подавляющей силы, которой было тесно в человеческой оболочке. Разве я мог не воспользоваться ситуацией? Конечно, я захотел подарить тебе бессмертие и ветер, что никогда тебя не покинет, в отличие от силы Хранителя. Конечно, я захотел сделать тебя своей женой и соединить наши души навечно. У нас с тобой впереди целая вечность. Сейчас, может быть, ты ненавидишь меня и считаешь, будто никогда не простишь, но, поверь, время творит чудеса. Оно способно помочь забыть что угодно и покроет пылью любое воспоминание. Время… Знаешь, когда долгая жизнь сливается в серое однообразие, лишенное эмоций, время превращается в проклятие. Но когда рядом есть близкий человек, оно, наоборот, становится благословением. Я даю тебе время, Алиса. Я не буду тебя торопить. Теперь нет. Когда-нибудь ты сможешь меня простить. Но хочу, чтобы ты знала… я люблю тебя.

      Альрайен резко поднялся на ноги и, протянув мне руку, с уже знакомым насмешливым тоном сказал:

      - Хватит здесь сидеть, замерзнешь. Пора идти спать.

      Заставив себя оторваться от чашки с чаем, я неуверенно взглянула на аллира. Усмехнувшись при виде моей нерешительности, он весело добавил:

      - Обещаю, приставать не буду.

      С облегчением выдохнув, я приняла его руку, вставая со ступеней. Нет, я не боялась того, что он будет «приставать», но после всех этих слов не знала, как себя с ним вести. Альрайен никогда не был таким и никогда не говорил так серьезно, так искренне. Поэтому его возвращение к привычной невозмутимой насмешливости позволило мне почувствовать себя немного свободней. Простить? На данный момент я не была готова, но определенно сделала шаг в этом направлении.

      Мы остановились около моей комнаты, закрытой импровизированной дверью из уплотненного Первозданного Света. Он, в отличие от магии Хранителя, не рассеивался, как только чувствовал ослабление моего контроля над ним, продолжая стойко выполнять последнюю волю до тех пор, пока это нужно.

      - Ты не хочешь сменить номер? – поинтересовался Альрайен, с удивлением разглядывая моё творение.

      - Нет, сквозь него ведь даже ничего не видно, - пожав плечами, сказала я.

      - Но тебе не кажется, что такая дверь не слишком надежна?

      - Альрайен, - вздохнула я и посмотрела на аллира с улыбкой превосходства, - давно хотела спросить. Ты как освободился от наручников, которыми я прибила тебя к полу в доме мага?

      - Выломал доски, с которыми соединялись оковы, - хмыкнул Альрайен, начиная понимать. – Это было намного проще сделать, чем избавиться от самого света.

      - Вот видишь! Свет намного надежней! К тому же, в отличие от обыкновенной двери, которую могут выломать все кому не лень, свет пропускает только меня.

      Пару секунд полюбовавшись на растерянное лицо аллира, я шагнула прямо в золотистую «дверь» и успела заметить, как Альрайен коснулся её ладонью, наткнувшись на упругое сопротивление. Да, хорошая штуковина получилась. Главное – не забыть убрать её перед отъездом с постоялого двора.

      В деревне мы задерживаться больше не стали, сразу после завтрака отправившись в путь. Всем хотелось поскорей закончить это путешествие, ведь, по нашим подсчетам, осталось около четырех дней езды по лесу, и мы выедем к равнине, на которой уже можно будет открыть портал. Близнецам не терпелось увидеть Аль’ерхан. Ахши ждал встречи с братом, который жил в городе на той равнине. Только я одна не хотела завершения пути, потому что в конце меня ждал Тэан.

      - Ну как, спасла мир от уничтожения? – небрежно поинтересовалась Виль во время одного из привалов. Услышав этот вопрос, Альрайен ничем не выдал себя, но я каким-то шестым чувством ощутила, как он внутренне напрягся.

      Говорить о нашей встрече с Тэаном в таком тоне и в разговоре с наглой девчонкой мне не хотелось, но, с другой стороны, предупредить Альрайена, наверное, стоило, а так сделать это было намного проще. Или устроить аллиру сюрприз? Он-то уж наверняка должен порадоваться устранению конкурента.

      - Нет, пока не спасла, - сказала я, стараясь не раздражаться по мелочам. Скорее всего, Вивилла просто не понимала, о чем говорила и насколько серьезную тему затронула. – Судя по твоему тону, тебя совершенно не беспокоит тот факт, что твой родной мир постепенно разрушается?

      С возмущенным видом Виль открыла рот, собираясь что-то возразить, но, так ничего и не сказав, вновь его закрыла. Выражение лица девушки сменилось на задумчиво-растерянное. Похоже, она действительно не понимала, когда столь небрежно задавала вопрос, однако после моих слов начала осознавать.

      - Ты не победила страшного, злого человека? – спросил Ахши, взглянув на меня своими большими глазами. Перед мысленным взором, заставив вздрогнуть, возник кошмарный сон, что снился мне каждую ночь. «Не победила», - как же всё просто у детей! Конечно, он не думал о том, что победить в данном случае – значит убить.

      - Нет, но тебе не о чем беспокоиться, Ахши. Я обо всём позабочусь. – Я старалась говорить равнодушно, однако в голосе невольно проскользнула нотка обреченности. Альрайен встретился со мной внимательным, пронизывающим насквозь взглядом, как будто мог таким образом прочитать все мои мысли.

      - Значит, наш мир не погибнет? – спросил Шей, стараясь держаться спокойно и собранно, однако по нему было видно, что он как раз понимал, насколько это может быть страшно.

      - Нет, не погибнет. Я не позволю. – Только почувствовав, как Альрайен взял мои руки в свои, заметила, что слишком сильно сжимала кулаки, до побелевших костяшек, до ногтей, больно вонзившихся в кожу, ещё с ночи поврежденную. Высвобождая руки, попыталась расслабиться, благодарно улыбнувшись аллиру.

      - Ты не подумай, будто теперь, когда мы собираемся отправиться в Аль’ерхан, нам стала безразлична судьба того мира, где мы жили пятнадцать лет, - с присущей ему серьезностью сказал Шей. - Просто… трудно представить, что целый мир может погибнуть. Я восхищаюсь твоим стремлением спасать незнакомых людей и помогать всем, кому способна оказать помощь. Я бы так, наверное, не смог – противостоять столь разрушительной силе, бороться за других, не жалея себя. В последнее время мы с Альрайеном много разговаривали об этом. Знаешь, глядя на тебя, я понял, что хочу стать Хранителем. Не могу сказать, что готов, потому что для этого нужно такое понимание ответственности, какого у меня нет, но я действительно хочу научиться.

      - Уверена, из тебя получится прекрасный Хранитель.

      - Алиса, а теперь скажи мне, что ты задумала, - попросил Альрайен, мягко, но требовательно заглядывая в мои глаза.

      - Я собираюсь убить Тэана, - проговорила я, ответив аллиру твердым взглядом.

      - Что? Ты спятила? – поразился тот.

      - Да, наверное, я сошла с ума, - пожав плечами, не стала отпираться я. Невесело усмехнулась: – Кто бы мог подумать, не так ли? Я! Собираюсь убить! Тэана! Точно, спятила. Ты прав, Альрайен, я совсем обезумела.

      - Ты не обязана этого делать, - сказал он, хмуро вглядываясь в моё лицо.

      - Обязана, - сказала я решительно, а внутри всё вновь сжалось от выворачивающей наизнанку боли. Что я такое говорю? Действительно сумасшедшая! – Он всё это устроил из-за меня, поэтому я должна его остановить.

      - Значит… он в ярости?

      - Нет! Он хочет избавить меня от тебя. – В голове возникла догадка, как можно быстрей прекратить разговор, и я не преминула ею воспользоваться: - Видишь ли, оказалось, что простая смерть брачные узы не разрушит. – Я устремила на аллира обличающий взгляд. – Но Первозданная Тьма с этим вполне справится. Правда, в больших количествах. Иными словами, меня нужно погрузить в мир Тьмы, чтобы брачные узы наконец разрушились. Ну вот, теперь Тэан строит новый мир, полный Тьмы, где я смогу освободиться от тебя. Значит, я ответственна за то, что творится вокруг, а потому должна его остановить.

      Упоминание о прочности нашего союза, о которой Альрайен как-то забыл рассказать не только до свадьбы, но и после, сработало должным образом. Разговор зачах, каждому оставив достаточно тем для раздумий. Собрав вещи, мы продолжили путь. Следующий привал я решила провести с пользой и позвала аллира на тренировку, пока близнецам было доверено важное задание – приготовить ужин и разбить лагерь для ночлега. Между прочим, так эксплуатировать детский труд придумал именно Альрайен, сказав, что всю дорогу в моё отсутствие приучал ребят к самостоятельности, ответственности и дисциплине. Естественно, возражать я не стала.

      На этот раз мы больше отрабатывали умения управлять магией, чем холодным оружием. В конце концов, я не собиралась драться с Тэаном на мечах.

      - Не могу понять, почему Первозданный Свет не действует на меня, - сказала я, пытаясь добавить в шар из магии Хранителя хоть капельку Первозданного элемента и вновь не ощущая его. – Тьма завладевала разумом, подталкивала к жутким поступкам, а здесь… что здесь получается?

      - Напрасно ты думаешь, будто он на тебя не влияет, - заметил Альрайен, играя вихрями воздуха и тем самым сбивая мою концентрацию, не позволяя сосредоточиться. – Обрати внимание, что с тех пор, как ты в первый раз воспользовалась им в лабиринте, тебя постоянно тянет всех подряд спасать. Конечно, ты и раньше готова была спасти кого-нибудь, если представлялась такая возможность, но в последнее время это доходит до абсурда. Взять хотя бы тот факт, что ты убедила себя, будто ответственна за действия Тэана и должна его остановить.

      - Да, в этом плане Свет, конечно, влияет на меня, - согласилась я, проигнорировав замечание по поводу Тэана. Спорить не хотелось, а я действительно считала себя ответственной. – Но всё равно слишком слабо. Что он собой представляет? Странно, я этого не понимаю, учитывая, что когда-то Высшие собирались сделать именно меня его Хранительницей. Первозданная Тьма, например, дарит свободу, срывая с человека любые рамки, установленные воспитанием, обществом, им самим. Тьма позволяет делать то, что желаешь, не глядя больше ни на что. А Свет? Что он делает с человеком?

      Я резко уклонилась от порыва ветра и метнула в аллира золотистый шар.

      - Думаю, он усиливает благородные, самоотверженные порывы, - предположил Альрайен со скептической улыбкой, красноречивей любых слов показавшей, как он к подобному относится. Аллир без труда увернулся от моей атаки, умудрившись поддеть меня воздушной петлей. – Тьма дает волю тайным желаниям, а Свет, наоборот, усиливает самоконтроль, моральные запреты. Скажем так, если ты считаешь, что «вот это хорошо», то ты и начнешь к этому стремиться с удвоенным энтузиазмом.

      - Да, наверное, ты прав. Тэан рассказывал, что «хорошо» и «плохо» - это лишь придуманные человеком абстрактные понятия, – удрученно сказала я, поднимаясь на ноги и потирая ушибленное место. Окружила себя всполохами света, с досадой воскликнула: – Так чего ждать от Первозданных элементов, которые появились ещё до рождения первого мира!

      Рассказывать-то рассказывал, но как трудно было смириться! В конечном итоге Вселенной нет никакого дела до твоих поступков. Ей всё равно, живешь ты правильно или неправильно. Помогаешь людям или по чужим головам идешь к своим целям. А для чего мы всё это придумали, зачем усложнили собственную жизнь? Куда как проще делать то, что хочешь! Кто-то тебе мешает? Убей! Для необходимого результата нужно разрушить мир? Разрушь! Почему же тогда у меня никак не получается наплевать на глупые человеческие выдумки и просто позволить себе быть счастливой вместе с Тэаном? Почему я пытаюсь спасти незнакомых людей, миры, до которых мне нет никакого дела, в то время как лично мне ничего не угрожает? Жить только в собственное удовольствие, топтать тех, кто слабее и не способен о себе позаботиться. Что ж, им просто не повезло – мы сильные, именно поэтому мы будем счастливы, они будут страдать. Вселенная построена на каких-то других принципах, а все эти размышления о правильности и неправильности поступков – лишь плод человеческого разума. Совершенно бесполезные размышления, пустая трата времени. Но ведь и чувства, и эмоции тоже порождены человеком. Как можно выбрать что-то одно и назвать это важным, а другое отбросить за ненадобностью? Забавно, и Первозданная Тьма, и Первозданный Свет откликаются именно на человеческие эмоции. Им не важна их окраска, лишь суть – сильные, яркие эмоции. Пока Тьма находилась во мне и в моих друзьях, Тэан начал чувствовать, приобретать человеческие черты. Долго ли смогут уживаться человеческие эмоции с полной свободой от придуманных людьми установок? И если нет, то что победит, вытеснив другое, как нечто лишнее?

      - Мы, конечно, можем лишь догадываться. Настоящую сущность Первозданного Света знают только его Душа и Высшие. Но задумайся над тем, что именно Первозданный Свет подталкивает тебя к решению убить Тэана во имя героического спасения Вселенной. Зная исток какого-либо устремления, намного проще взглянуть на всё более объективно. Задумайся. Действительно ли ты готова на это пойти? 

      Управляемый аллиром ветер умудрился отыскать в моей защите брешь и тонким дуновением проскользнул сквозь золотистые всполохи, перейдя в неожиданную атаку. Да, разговор служил прекрасным отвлекающим маневром! Спохватившись, я вовремя вызвала новую порцию света, бесследно растворяя в ней волокна ветра. 

      - Зачем ты уговариваешь меня отказаться от принятого решения, Альрайен? Ведь если я откажусь, у Тэана всё получится! Высшие не смогут ему помешать, он слишком умен, слишком осторожен. Единственная его человеческая слабость, как бы смешно ни звучало, это я. – Губы искривились в горькой усмешке. Простит ли он убийство? Глупый вопрос! Этим действием я сама подтолкну его к безграничной свободе, и в первую очередь – от человеческих чувств. - Ты меня потеряешь. Готов ли ты отказаться от меня? 

      - Нет, не готов. Однако ведь и ты собираешься убить Тэана не ради того, чтобы остаться со мной. Ты делаешь это потому, что не хочешь взять на себя груз ответственности за чужие жизни, которые он губит. Только проблема в том, что этот груз принадлежит не тебе, а ты этого никак не можешь понять. 

      Альрайен не спешил атаковать снова, со значением разглядывая окружающий меня свет. Я только сейчас вдруг поняла, что у меня получилось. Получилось вызвать Первозданный Свет! 

      - Пусть так. Я не хочу это обсуждать. Вообще всё началось с того, что я размышляла, для чего Высшие дали мне доступ к Первозданному Свету? Чего они этим добивались? Не понимаю, что им нужно. Каков их план? 

      - Возможно, они предвидели, что силы Хранителя тебе не хватит? Или решили провести эксперимент. Может, хотели искоренить из твоей души тягу к Тьме, заменив её светом. Гадать можно до бесконечности.

      Стоит отметить, что недавно я ещё раз пролистала книгу Вольхфара. Там действительно ничего не говорилось о том, что при столкновении Первозданной Тьмы с Первозданным Светом возникнет Хаос. Вдруг и это неправда? Ведь, как оказалось, даже Тэан не обладал всеми знаниями. 

      - А может, они хотели, чтобы я под его действием поступала так, как нужно им? – тихо предположила я, греясь в теплых лучах, несмотря ни на что не вызывавших в моей душе такого отклика, какого удостаивалась Тьма.