Глава 19. Какие-то проблемы?

– Как ты меня нашел? – проговорила я. Всё во мне задрожало, но я изо всех сил старалась оставаться спокойной. Мне очень не хотелось вновь оказаться униженной, раздавленной и покорной.

– Ты совсем тупая? Есть такая штука – геолокация! – процедил Егор сквозь зубы. – Что, думала, не найду? Давай, поднимай задницу, пошли.

В шоке я и забыла, что муж отслеживает мои передвижения, что он всегда наблюдает за мной. Телефон стал предателем. Надо было отключить геолокацию, но я просто об этом не подумала.

– Я никуда не пойду, – тихо сказала я.

– Не заставляй меня хватать тебя за руку и тащить силой, – сузил глаза Егор. Он сел напротив и облокотился о стол, его губы нервно подергивались. – Просто встала и пошла. У тебя дома много дел. И пальто надо почистить.

В его темных глазах я увидела насмешку. Он издевается надо мной, потому что прекрасно знает – идти мне некуда! Не ночевать же мне на лавочке под дождем!

Нет, домой я не пойду! Уж лучше на лавочке. Я хочу остаться живой и здоровой, и еще – сохранить в сердце первые ростки того, что я бы назвала самоуважением. Раньше у меня его не было, а вот теперь появилось.

– Я уже сказала, что пальто будет чистить твоя прекрасная Миледи, – выговорила я и посмотрела мужу в глаза. – И вот что… Я поняла. Егор, нам надо развестись, – выдохнула я фразу, о которой раньше даже боялась помыслить, не то что произнести вслух.

– Повтори.

– Мы должны развестись, – увереннее сказала я. Оказывается, самое трудное – это произнести первое слово, а потом уже можно говорить дальше. – Андрюша останется со мной, но ты сможешь видеться с ним, когда захочешь.

– Так. Хватит, – лицо Егора побелело. – Никакого развода. Когда я захочу, я сам выкину тебя из квартиры и поменяю замки. А сын, как ты видишь, уже сейчас не с тобой! Но пока ты моя жена – и точка! Понятно тебе? И будешь делать то, что тебе сказано! Встала, я сказал! Пошла! – он резко поднялся, так, что упал стул. Схватил меня за руку, вытащил из-за стола, я охнула от боли в предплечье.

– Я никуда не пойду. И отпусти меня!

– Мне что, закинуть тебя на плечо и потащить, как овцу? Давай, дождешься!

– Уважаемые посетители, кафе закрывается! – тоненько проговорила юная девушка за стойкой.

Я бросила на нее умоляющий взгляд и поняла, что этот ребенок ничем мне не поможет.

– Даша, говори уверенней, люди тебя не слышат! – раздался низковатый взрослый женский голос. Справа, из белой служебной двери, вышла женщина лет сорока – невысокая брюнетка с короткой стрижкой, в джинсах и белой футболке, обтягивающей высокую грудь. Она посмотрела в нашу сторону, покачала головой – блеснули сережки-капли – и мгновенно оценила ситуацию.

– Молодой человек, ваша девушка, кажется, не желает идти с вами! – шагнула к нам женщина.

– Не твое дело! – буркнул Егор и снова так сильно дернул меня за руку, что я вскрикнула.

– Эй, а вот так с девушками обращаться не нужно! – громче проговорила темноволосая незнакомка. И вдруг всплеснула руками. – Ой, Аринка, ты, что ли?

Я посмотрела на брюнетку – и не узнала ее, не до того было. Но мозг сам начал подсовывать, как игральные карты, разные картинки, и вдруг в мыслях вспыхнул свет.

Я поняла, кто это, – одна из тех хороших девчонок (ну и что – сорок лет, мы в любом возрасте девчонки!), с которыми я занималась на очных кулинарных курсах несколько лет назад. И даже имя ее вспомнила – Ольга! Она была самая активная, громкая, настойчивая, но при этом добродушная, оптимистичная и веселая.

Тогда я еще думала, что мне хотелось бы вот такую боевую подругу. Но Егор даже мечтать запрещал о подружках. Даже Лариске в родной городок я звонила тайком.

– Ольга! – воскликнула я, пытаясь освободить руку. Слезы сами брызнули из глаз, как бы я ни пыталась сдержаться.

– Она самая, – усмехнулась Ольга и сказала громко Егору. – А ну, давай, отпусти ее! Видишь, твоя жена не хочет с тобой никуда идти!

– Что ты лезешь не в свое дело?! – резко обернулся к ней Егор. Его глаза вспыхнули. – Так вы значит знакомы?! – он еще крепче вцепился мою руку, и я поняла, что завтра над локтем будут красоваться «прекрасные» фиолетовые синяки. – Так значит, ты, тварь, нарочно сюда явилась?!

Я не успела объяснить (да и не хотела объяснять!), что оказалась здесь совершенно случайно, а Ольгу не видела уже около трех лет. Егор в бешенстве вскочил, снова схватил меня за шиворот, как котенка, и потащил к выходу.

– Отпусти меня! – отчаянно крикнула я, и боковым зрением увидела, как из той же неприметной белой двери, откуда шагнула Ольга, появился высокий и крепкий лысый мужчина, похожий на братка из 90-х. Черная майка обтягивала мощный мускулистый торс.

– Какие-то проблемы? – пробасил он, сморщив высокий лоб.

– Дима, у нас тут кое-кто девочек обижает, – хмыкнув, пожаловалась Ольга, и огромный Дима кивнул. Он шагнул к столику, одним махом отцепил пальцы Егора от моей руки и преспокойно отодвинул его от меня, будто Егор – табуретка, например, или торшер.

Егор – тоже парень крепкий, но до лысого Димы ему было, конечно, далеко.

– Вывести его? – Дима посмотрел на Ольгу. Та кивнула, и Дима «легким движением руки», которое выглядело, как толчок поезда, пихнул Егора к двери. – Эй, вали давай! Видишь, девушка не хочет с тобой общаться.

– Вообще-то это не девушка, а моя жена! – выкрикнул Егор. Он даже не попытался сопротивляться или размахивать кулаками – сразу сообразил, что весовая категория не та.

Егор – человек осторожный. Это со мной можно вести себя как угодно – и толкнуть, и наорать, и ударить. Знает же, что я не смогу дать сдачи! А когда появляется кто-то значительно сильнее, он сразу уходит в тень, боится, что попортят его красивое, со стильной небритостью, личико. Мне стало противно.

– А жену тем более обижать не надо, – объяснил похожий на белого медведя Дима и бросил нежный взгляд на Ольгу, та расцвела. – Правда, Олечка? Вот я жену никогда не обижу. А тебя – да.

Дима распахнул стеклянные двери и одним махом вытолкнул Егора на улицу, где шел проливной дождь. Щелкнул замком, повернул табличку на входе – поменял «Открыто» на «Закрыто». А потом усмехнулся, отряхнул ладони с видом хорошо сделанной работы и снова исчез в неприметной двери.

Меня трясло. Дрожали руки, дрожали губы, но я все-таки смогла проговорить короткое «Спасибо». Ольга посмотрела на меня очень внимательно, покачала головой:

– Так, Арина. Тебе надо успокоиться. Даша!... Дашуля, сделай нам еще два чая с мятой и по эклеру на блюдечки положи!

– Спасибо, Оля, ничего не нужно, – пробормотала я, но Ольга мгновенно возразила:

– Очень даже нужно. Тебе надо выпить горячего чая и съесть что-то сладкое, чтобы прийти в себя. Я хозяйка этого кафе, и я тебя угощаю. А Даша – это моя дочка, кстати, – объяснила она. – Так-то она студентка, а здесь просто подрабатывает. …Дашуля, давай, неси нам чаю поскорее!

Даша принесла чай, пирожные, молча поставила поднос на стол. Я сделала глоток и поняла, что мне действительно стало лучше.

– Немного успокоилась? Ну вот и хорошо, – Ольга помолчала. – Ариш, я даже спрашивать не буду, что там у вас случилось. Захочешь – сама расскажешь. Но я помню, когда ты с нами – ну, с девочками с курсов, – однажды согласилась кофе после занятий попить, приперся твой муж и силой тебя увел. Наехал на тебя при всех, наорал – и ты пошла… Я еще тогда подумала – вот он козел! Или… Или, скажешь, не козел? Или ты его оправдывать сейчас будешь?

– Не буду, – вздохнула я и глотнула ароматного мятного чая. – Козёл.

– Ну вот! – рассмеялась Ольга. – Раз ты это признала, хорошо – первый шаг сделан. Значит, решила- таки уйти от него? Правильно! Поддерживаю. Будет он еще руки распускать! А пойти-то есть куда? – деловито поинтересовалась она.

Я вздохнула. Ольга помолчала, задумчиво наморщила лоб и проговорила:

– Вот что, Арина. Я всегда честно говорю. К нам позвать тебя не могу. Мы с Димой капитальный ремонт затеяли, там рабочие каждый день возятся. Дома всё вверх дном, даже Дашка наша уехала – квартиру пока снимает. Но я, знаешь, считаю, что нужно помогать людям. Есть возможность – помоги! Такой мой принцип. Я сейчас своей мамане позвоню, спрошу, сможет ли она приютить тебя на пару дней. А там разберешься. У нее не хоромы, конечно, но...

– Нет, не нужно, – покачала я головой. Идти и стеснять совершенно незнакомую мне пожилую женщину я никак не могла. – Я… придумала, куда пойти, – и, покраснев, вспомнила про Кирилла.

– Точно придумала? Ну, смотри. Ты вот что, давай телефон мой записывай, диктую… Если что, пиши, звони. Надо будет – денег в долг дам по-дружески. Я помню, Аринка, ты хорошая. Тогда еще мне понравилась, на курсах. И руки у тебя золотые. Пока мы возимся, стряпаем кое-как, у тебя хоп – и шедевр!

– Спасибо тебе, Оля…

– Да за что спасибо-то? Ты знаешь, я этих кухонных боксеров, как твой Егор, просто ненавижу! – голос Ольги стал напряженным, голубые глаза превратились в стальные. – Мой первый такой же был, чуть не по его – в глаз! Я с маленькой Дашкой на руках зимой от него к матери сбежала. Думала, никогда больше замуж не выйду. А вот вышла, нашла своего Димочку. Ты не гляди, что Дима такой… ну, на бандита маленько похож, – усмехнулась Ольга. – Он нормальный. Это он с виду бугай, а душе – котик.

«Котик» Дима вышел из служебной комнаты, глянул в окно, сказал коротко:

– Пойду-ка посмотрю, разберусь. Там два мужика на нашем крыльце морды друг другу раскрашивают, как бы нам двери не разбили. Один, вроде, тот же самый, – он посмотрел на меня и двинулся к выходу.

Я ахнула, выскочила из-за столика, бросилась к порогу – и увидела то, чего очень боялась.

Возле входа в кафе сцепились Егор и Кирилл.