Глава 24. Прекрасный повод

– Это Егор… – пробормотала я, высвобождаясь из теплых объятий Кирилла. – Я знала… Я чувствовала, что что-то случится!

– Не переживай, Ариша, все будет хорошо.

Я помотала головой, влажные волосы упали на лицо, и мне снова захотелось заплакать. Искристая магия вечера погасла. Растаяло волшебство. Карета превратилась в тыкву. Я окинула взглядом комнату, посмотрела на себя и вновь остро ощутила, как всё это неправильно и ненормально.

Чужой номер, чужая серая футболка, чужое полотенце… и чужой мужчина рядом.

Или все-таки уже не чужой?

Нет, Кирилл не казался чужим. Его взгляд стал обеспокоенным, но глаза остались такими же любящими и ясными.

– Как он нас нашел? – проговорила я.

– Возможно, позвонил Жанне, – вздохнул Кирилл. – У нее есть все адреса и телефоны сотрудников. Ну ладно, это не проблема. Ты просто посиди здесь, а я разберусь.

– Как разберешься? Я волнуюсь за тебя.

– Ну, о чем ты говоришь? Я просто пошлю его подальше и вернусь в комнату.

Голоса в коридоре стали громче, смешались мужские и женские интонации, я стала напряженно прислушиваться. А Кирилл спокойно взял меня за руку, усадил на диван, прикрыл пледом.

– Ты подожди. Не ходи никуда. Я сейчас.

Он открыл дверь, вышел в холл, и я услышала его голос:

– Что тут происходит?

– Здесь живешь?! Моя жена у тебя?! Ну-ка пусти, падла… – Егор завернул такое ругательство, что не расслышать было невозможно. Я плотнее закуталась в плед, задрожала.

– Вы не должны здесь находиться! – похоже, это голос охранника. – Покиньте помещение, или я вызову полицию!

– Какая еще полиция? Какая, на…, полиция?! Жена у меня здесь! У любовника, б…! Говори, у тебя она? У тебя?!

– Егор, уходи, – голос Кирилла был напряженным, но уверенным. – Неважно, где твоя жена. Главное, что с тобой она уже не будет.

Наверное, зря он это сказал, потому что Егор завелся с новой силой:

– А с кем она будет? С тобой, что ли? Да кто ты такой?! Она моя жена, у нас сын растет, и я верну ее домой! А не захочет – за шкирку притащу! За волосы!..

– Забудь про нее! – крикнул Кирилл и неожиданно возмущенно добавил. – А ты, Настя… Ты что, совсем обалдела? Зачем ты его сюда приволокла?!

– Решила устроить клуб брошенных супругов! – раздался ехидный ответ.

Голоса стали шумными и неразборчивыми, в них затесалось много мата, кто-то, кажется, упал и поднялся, кто-то что-то бормотал на одной ноте, кто-то ругался. Хлопали в коридоре двери.

– Пусть выйдет! Пусть она выйдет! – заорал Егор. – Пусть вот прямо здесь скажет: я буду с ним! Тогда уйду!

Я не выдержала. Сняла с вешалки свой голубой платок, накинула на плечи, шагнула из комнаты. Увидела, как Кирилл и немолодой охранник заталкивают пьяного Егора в лифт. И тут же ощутила, как на меня с любопытством смотрят люди из соседних номеров. Да ну их, пусть смотрят.

– Егор, уходи. Завтра я подам на развод, – как можно увереннее проговорила я.

Егор заметил меня, рванулся, разразился угрозами и потоками грязного мата, но охранник и Кирилл уже засунули его в лифт, и сами поехали вниз вместе с ним. Егор был безнадежно пьян, но я знала, что, когда он в таком состоянии, в нем просыпается недюжинная сила, и справиться с ним не так-то просто. Я поняла, что Кирилл и охранник решили вместе выпроводить его из апарт-отеля и обойтись без вызова полиции.

Лифт двинулся – а Настя осталась. Она была такая же, как обычно: полная, но симпатичная, голубоглазая, с рыжими дредами, в широких, с непонятными рисунками, штанах, в необъятной зеленой куртке с капюшоном, накинутой поверх футболки с Микки-Маусом. Ярко накрашенные бордовые губы, объемная джинсовая сумка через плечо. Только глаза другие – то ли злые, то ли насмешливые, то ли… испуганные. Странные.

– Значит, все-таки не послушалась меня, связалась с моим бывшим? – сказала она, оглядев меня с ног до головы. – Ну, дело, конечно, твое. Кстати, футболка у тебя, Аринка, неплохая

– У меня-то? – я была одета в серую футболку Кирилла, сквозь которую беззастенчиво проступали торчащие соски. Смутилась, прикрылась, как могла, платком, проговорила. – Да у меня обычная футболка, это у тебя мультяшная.

– Необычная. Фирменная, – возразила Настя, коснувшись моего рукава. – Это не Кирилла футболка, а моя. Мы иногда по очереди ее носили.

– Зачем же ты ее оставила, если твоя? – сдавленно проговорила я. Мне захотелось тут же снять эту футболку и бросить в мусорное ведро – в компанию к рваным колготкам.

– А мы поменялись! – расхохоталась Настя. – Я ему футболку, он мне – квартиру. Прекрасный же обмен!

Она смеялась, но в ее смехе я каким-то шестым чувством ощутила горечь и обиду. И тут же поняла: Настя рассталась с Кириллом, но его не отпустила. Она по-прежнему любит бывшего мужа, да ведь и развелись они совсем недавно.

– Зайду? – она кивнула на номер Кирилла. – А то в коридоре глаз и ушей чужих много.

– Ну, зайди… – пожала плечами я. Могла бы и не говорить – Настя уже и так шагнула в комнату. По-хозяйски поставила на круглый журнальный столик объемную сумку. Сняла зеленую куртку и деловито повесила ее на крючок. Сбросила с ног тяжелые шнурованные ботинки. Включила люстру – и сразу же исчез таинственный полумрак, а остались две расстеленные постели.

– А что это вы, как семиклассники, на двух разных кроватях спать собрались? – усмехнулась Настя.

– А это не твое дело, – проговорила я, присаживаясь на расправленное кресло. – Вы же с Кириллом уже развелись. Мы, вроде бы, не должны перед тобой отчитываться.

– Ну и что? Поинтересоваться не могу? – прищурилась Настя. Она презрительно посмотрела на застеленный простыней диван. Подумала, бесцеремонно свернула постель в рулон. Села на разложенный диван, прислонившись к стене, вытянула ноги. Я обратила внимание на ее носки: один оранжевый, другой зеленый, но оба с черепушками. – Спина что-то болит, – пояснила она. – Извини, что смяла ваше любовное гнездышко.

– Никакое не любовное. Ничего у нас не было, – не соврала я, но все-таки покраснела. – А ты зачем сюда моего мужа привела? Скандала захотелось?

– Нет, – Настя мотнула дредами. – Хочешь правды? Нашла повод, чтобы с мужем… бывшим мужем… поговорить, да и с тобой заодно.

– Да о чем нам разговаривать? И зачем именно сейчас?

– А когда? Я вот прямо сейчас хочу! Ведь ты на работу, наверное, больше не придешь, а поговорить надо… – Настя развела пухлыми руками, блеснули тяжелые серебряные кольца-фигурки. – Мне Егор позвонил, спросил адрес Кирилла. А я сказала – подожди, вместе съездим. Вот и приехали.

– Да уж. Приехали, – кивнула я.

Вернулся Кирилл, неодобрительно посмотрел на Настю, преспокойно вытянувшую ноги на диване, сердито проговорил:

– Егор сел в такси и уехал. Сегодня он здесь, я думаю, не появится. А ты, Настя… Я же дал тебе адрес на крайний случай! Ты просила – и я дал. Но если бы я знал, что ты устроишь это приключение…

– Да какое приключение, Кирилл? – по-детски удивилась Настя. – Егор захотел увидеть свою жену, что тут такого? Я решила ему помочь. Увидел – уехал, нет проблем.

– Знаешь, это подлость – так меня… нас… подставлять!

– А я думала, что подлость – это среди ночи уезжать от мужа к любовнику, – таким же невинным тоном проговорила Настя, и я удивилась, что когда-то эта девушка даже казалась мне приятным человеком.

– Ну, а ты-то?! – воскликнул Кирилл. – Ты-то зачем сюда явилась?!

– Я? – Настя вскинула подведенные брови. – Чтобы отметить!

– Что ты собралась отмечать?! Время полночь!

– Есть такие события, которые можно отмечать хоть всю ночь, – сказала Настя.

Она колобком скатилась с дивана, взяла необъятную сумку, достала оттуда бутылку красного, колбасную и сырную нарезку, батон, коробку конфет. Выложила все это добро на круглый журнальный столик, сумку бросила под ноги.

– Заехала по дороге в круглосуточный, – пояснила она, увидев наши изумленные глаза. – Егор согласился. Я думала, мы все вместе отметим… Ну, вчетвером. Неплохая же компания, да? Но вы Егора выгнали, так что отмечать придется втроем. Кирилл, у тебя есть бокалы?

– Бокалы-то есть, – сказал Кирилл. – Но мы ничего отмечать не будем. Ты, Настя, в своем репертуаре. Сплошные приколы. Как всегда. Но тебе пора ехать домой. Я вызову такси.

– Я одна на такси из принципа не езжу, – откликнулась Настя, ловко вскрывая лоточки с нарезками. И протянула, хихикнув. – Ты же знаешь, дорогой!

– Слушай, ну что за спектакль! – воскликнул Кирилл. – Можешь ты объяснить, наконец?

– Да могу, могу! Доставай бокалы.

– Ух, от тебя не отвяжешься! – в сердцах сказал Кирилл, и я мысленно с ним согласилась. Настя – не Егор, как-то нехорошо ее силком выкидывать из комнаты и заталкивать в лифт, все же она женщина… Хотя ведет себя, как чокнутый подросток.

– Вот бокалы, – Кирилл достал из глянцевого шкафчика над раковиной четыре высоких бокала, поставил на круглый столик, сел рядом со мной – опустился на мягкий подлокотник кресла. И положил руку мне на плечо – будто хотел показать и Насте, и мне, кто теперь его женщина. – Настя, если так уж тебе приспичило, наливай. Выпьем по глотку, и ты, наконец-то, уйдешь, и продукты свои заберешь. Придумала какую-то ерунду. Сумасшедшая, как всегда.

Настя на сумасшедшую не обиделась. Она сунулась в сумку, выудила брелок-штопор, ловко откупорила бутылку. Разлила бордовую жидкость по трем бокалам, а четвертый – тот, что возле нее – оставила пустым.

– И что это за перфоманс? – недовольно буркнул Кирилл. – Что себе-то не наливаешь?

– Мне не надо. Я для вас постаралась. А я не пью.

– С каких это пор? – усмехнулся Кирилл.

– С недавних.

– В смысле?

– А я ведь не зря четыре бокала поставила, – помедлив, сказала Настя. – Ты бы логику включил. Я сегодня наконец-то до врача добралась, а то всё откладывала. Так вот...

– Что? – сдвинул брови Кирилл, а у меня заколотилось сердце.

– Четвертый месяц. Прекрасный повод, чтобы отметить.