14

Мария Словно сама судьба толкала меня в объятия Анатолия. Невероятно злилась, что нас поставили вместе писать доклад, но ведь, если бы я его не избегала, ничего этого бы не было? На всякий случай принарядилась, зацепила волосы повыше и сделала яркий макияж. Если уж отшивать парня, то я должна чувствовать себя уверенно, а для этого надо роскошно выглядеть. И заодно ненавидеть себя. Но разве Анатолий сможет объяснить мне, почему он на стольких фото с разными девушками? Всё закончилось не по плану: поцелуем в библиотеке. Поцелуем, который мне понравился, и который я прервала пощёчиной. Мы отпрыгнули в разные стороны, и теперь между нами стояла целая парта. Я ведь надеялась, что здесь хоть кто-то будет, и мы не останемся наедине! Как назло, дежурная вышла, а других студентов сегодня не было. Всё против меня! – Ты совсем сдурела? – выкрикнул Толя, потирая ушибленную щёку и тихо матерясь себе под нос. – О, правда? Я сдурела? Ты мажор, который коллекционирует других девушек, спит с ними, а затем бросает, а сдурела я? – наконец, выдала я свою претензию, а затем ойкнула и закрыла губы рукой. Проболталась. – Прости, что? – и Толя снова ругнулся, но теперь куда громче, и я поморщилась от неприятного слова. – Не находишь, что я бы действовал иначе? Был бы куда назойливее, напрашивался к тебе в гости, звал бы к себе, лез целоваться и зажимался с тобой по всем углам университета? Толя прочитал длинную речь таким голосом, что я сглотнула. Представила всё это и отчаянно захотела попробовать. Дьявол! – Я смотрю, ты чётко знаешь, как действовать! – прищурилась я. – Может, у тебя тактика такая, противоположная? Не я же бабник, я не знаю! – Ага. Если так за каждой девушкой ухаживать, то многих в себя не влюбишь и ни с одной не переспишь, – Толя скрестил руки на груди и обиженно посмотрел на меня. – А я откуда знаю?! Может, ты параллельно с несколькими так общался… – сомнения появились в моих мыслях, и они же отразились в моём голосе. – Откуда у меня столько времени? Я весь сентябрь посвятил тебе! У меня, что, по-твоему, портативная машина времени, что ли? Как тебе, вообще, такое в голову пришло? – Толя засыпал меня вопросами, и я окончательно сникла, плюхнувшись на стул. Олеся была права. Я же из-за своих сомнений всё разрушила. – Ты ответишь мне или нет? – Толя сел рядом, и его рука легла на мою спину, вызвав предсказуемую толпу мурашек. – Твоя одногруппница показала фотки… – я сдалась и протянула ему телефон, чтобы он сам полюбовался. Толя флегматично листал каждую из них. – Ну, большинство из них сделаны на первом курсе, было дело, – абсолютно равнодушно заметил парень. – Вот эта парочка на вписке, но мы просто спали вместе, – он пожал плечами, а затем заметил имя отправителя. А, Наташка. Почему я не удивлён?! – В смысле? – подняла на него взгляд, пытаясь понять, что он имел в виду. – Она бегала за мной на первом курсе. Мне никогда не нравилась, да и я ей, в принципе, тоже. Только деньги моего отца. Большинству девушек на фото тоже нравился не я, лишь мои подарки и опять-таки бизнес отца. Я сначала пытался строить отношения, потом сорвался, было несколько девушек, потом я и вовсе перестал сближаться с противоположным полом: какой в этом толк, если от меня нужны только деньги и секс? Слушала его, не перебивая. Толя прочитал проникновенную речь, расставил всё по полочкам, и я тяжело вздохнула, качнув головой. Какая же я глупая! Почему я поверила незнакомке и фотографиям, а не спросила у него напрямую? – Почему ты не сказал мне сразу? – тихо проблеяла я. – Хм, дай-ка подумать. Мария, я тут десяток студенток перетрахал, но это всё не серьёзно. Как звучит? Нормально? – Толя сказал это серьёзным тоном, но я не выдержала и рассмеялась. Некоторое время мы просто сидели рядом и смеялись, как два идиота. – Единственное, что я должен был сразу сказать, – ты мне нравишься, Мария. Не как подруга, а как девушка, и я зря боялся в этом признаться, – от его признания у меня побежали мурашки, и я шумно выдохнула. – Ты мне тоже, – договорить сил не хватило, и теперь уже я потянулась к его губам. Толя сначала дёрнулся, как будто испугался, что я залеплю ему ещё одну пощёчину, но через мгновение сам перехватил инициативу, прижав меня к себе. Его поцелуй был страстным, властным, и он, наконец, показал, кто здесь главный.