42

Анатолий Несмотря на всю неприятную ситуацию, произошедшую у Виктора в кабинете, на собеседовании он на йоту не сорвался на меня. Был абсолютно спокоен и общался со мной на тему айти-сферы. Первое время меня чуть ли не трясло от нервов: за плечами был опыт сотни провальных собеседований. Виктор, словно чувствуя это, только помогал, задавал наводящие вопросы, и в итоге я расслабился. Мы очень продуктивно поговорили минут двадцать. – Ну вот. И чего ты нервничал? – улыбнулся Виктор. – Ты разбираешься в теме, тебе только опыта не хватает, но под свою ответственность я готов тебя взять. Ты же обещаешь учиться и развиваться? – Конечно. Я прямо горю работать с железом. Отцу, правда, не объяснишь, и он мучал меня последние три года со своей экономикой – она у меня в печёнках уже сидит, – эмоционально бросил я. – Прости… Я не должен так о своём отце. Виктор вскинул бровь, внимательно всматриваясь в меня. Стало не по себе от этого взгляда. Что я в этот раз сделал не так? – Почему ты извиняешься передо мной? – наконец, задал вопрос парень, который поставил меня в ступор. – Ну-у-у… – я прямо завис, потирая затылок. – Он мой отец… Я должен его любить, несмотря ни на что, и не должен так о нём отзываться. – Кому должен? – предыдущий вопрос явно был попроще. Да всё собеседование было в разы проще! Я так и застыл, не зная, что и сказать: мозги зависли, как у доисторического компьютера, и отказывались выдавать результат. Виктор, поняв, что у меня нет ответа на данный вопрос, выдал удивительную фразу: – Ты не обязан любить родителей и не должен испытывать чувство вины за то, что не испытываешь эти чувства, – я так и захлопал глазами от недопонимания. – Твой отец в первую очередь – человек, а не божество. А люди, знаешь ли, бывают как хорошими, так и плохими. Тебе повезло чуть меньше, но ты не обязан любить и не обязан во всём слушаться. У тебя свои мозги на плечах, ты взрослый человек, и никто не вправе жить твою жизнь. Виктор прочитал целую речь, от которой у меня что-то то ли щёлкнуло в голове, то ли сломалось. Мне с детства вбивали в голову, что я должен. Должен любить родителей. Должен отзываться о них хорошо. Должен закончить экономический. Должен работать на отца. Должен. – Мне действительно не понять, как сложно иметь столь токсичные отношения с родителями. Мои погибли несколько лет назад в автокатастрофе, и для меня это было ужаснейшим ударом. Я любил их – они любили меня. Мне их не хватает, но это абсолютно другая история, – Виктор, похоже, закончил свой монолог. – Не знаю, что и сказать. Соболезную, наверное… – Прошли годы, я привык. И даже это не заставит меня сказать тебе, чтобы ты ценил своих, пока они живы. Больно видеть, когда такие отношения с родителями, но тут нужно смириться, простить их и жить счастливо. Но я, наверное, уже достал тебя со своими наставлениями. Пора прособеседовать твою невесту и сказать эйчару свой вердикт. Кивнул и вышел из маленькой каморки. Казалось бы, столь короткий разговор, а сколько новых открытий и смыслов. Всё-таки Надя выбрала правильного мужчину, и теперь я искренне надеялся на их свадьбу. И плевать, что было в его прошлом.