Глава 5. Завершение войны.

– Чертова девица! Чертова девица!! Чертова девица!!! – металась по избе старуха. – Систему периодических элементов сумела на новый лад перекроить и под магию приспособить! Откуда только отыскалась такая неугомонная и к действию темных сил устойчивая?! Что ж ей в родном мире не сиделось, а?!

– Не скачи, Клара, от твоего топота дом трясётся и порошок мимо флакона просыпается, – урезонила ее вторая ведьма, расфасовывавшая по мелкой таре готовую ведьминскую продукцию, сбываемую через нелегальных и полулегальных торговцев снадобьями.

– Ты не понимаешь, что из-за этого заклинания формирования гор скоро ни одного ущелья не останется, через которое могла бы пройти нежить? Маги залатают все бреши в каменной преграде, а тогда и защитный полог некромантов не слишком нужен будет, злобных бессмертных тварей навечно замуруют в кольце гор! Порталами много нежити не вытащишь наружу для устрашения людей, даже если мы научимся управлять неживыми тварями! Освободившиеся от вечного патрулирования границ некроманты мигом переловят нас, почувствовав перенос нежити, так что надо действовать как можно быстрее!

– Разве ты еще не начала действовать? Первая часть плана прошла успешно? Как понравился некроманту твой подарочек? – хихикнула ведьма.

Сморщенное лицо Клары исказилось ухмылкой, она перестала бегать по избе, схватилась за древнюю книгу ведьминских заклятий и погрузилась в работу, бормоча:

– Так, пункт «смазливое личико за смазливое личико» в договоре проплачен, но король не заметил, что мною было внесено два условия по сделке, ха! Удачно я тогда задурила им голову присказкой «око за око и зуб за зуб», их величества и не спохватились, что окончание у дважды произнесенной присказки было разным... У меня осталось первое условие: «счастье за счастье». Лишить счастья можно по-разному, а у меня есть королевское разрешение на любой вариант – его величество не догадался внести в наш договор много строчек мелким шрифтом, ограничивавших бы мои полномочия. Фелиссия, в чём заключено счастье человека?

– В богатстве и власти?

– Нет, подруга, настоящее счастье во взаимной любви, я это ещё помню... Надо чуть-чуть подождать подходящего момента и мы, наконец-то, добьёмся своей главной цели. Книга! Нам нужна книга некромантов, она поможет навести свои порядки в их сторожевых башнях и сделает из нежити наших покорных рабов. Посмотрим, какими покорными и беспомощными станут маги, когда их магия не сможет справиться с нашим войском!

В новой сторожевой башне на границе Лаера собрались все некроманты мира, чтобы поблагодарить друг друга за совместный тяжелый труд, порадоваться высоким горам, окружившим Новые Мертвые Земли, которые не будут теперь расползаться по живой траве подобно гнилостному пятну. Магов смерти осталось девять, они радовались скорому возвращению домой, к родным, которых большинство не видело почти два года.

– Скоро встретимся вновь в королевстве Ниарто, полюбуемся на легендарный якорь нашего Кайла, – хлопнул по плечу молодого Данри его друг Треслин.

– Принцесса Таяра теперь легендарна не только, как якорь, но и как мастер высшей магии, хоть она и не магиня, что поразительно, – подхватил Сланей. – За кем закрепим эту башню? Кайл, ты встречался с королевой Лаера, так что говорит ее величество?

– Ей нет разницы, кто из нас будет присматривать за башней и подпитывать полог, – ответил Кайл, непроизвольно касаясь твердой маски на своем лице, скрывающей изуродованные щеки, этот жест успел войти у него в привычку.

– Ты-то слишком далеко от Лаера улетишь, никаких амулетов не напасешься регулярно приезжать сюда, так что надо подрядиться Гартику, – кивнул Сланей на некроманта соседнего с Лаером государства, который без возражений согласился на дополнительную нагрузку.

– Лаеру потребуется и помощь в патрулировании границ – слишком многие их маги погибли. Мы решили, что пока вблизи Новых Мертвых Земель останется отряд добровольцев из разных стран, а тем временем мы соберем в наших королевствах дополнительные патрульные отряды и продумаем график их дежурств в Лаере.

Решив все вопросы, некроманты ушли телепортами, в башне задержались сын и отец Данри. Винлеро сложил руки на груди и спросил без тени сомнений, что сын о многом умолчал:

– Что еще сказала королева Лаера?

– Что если мне потребуется якорь и меня прельстит статус неправящего короля в ее стране, то она будет рада со мной обвенчаться. Еще она добавила, что дети у нее имеются от первого брака, наследник престола есть, так что нам не будет нужды докучать друг другу супружескими обязанностями и стеснять личную свободу друг друга.

– Вот как... А наш кронпринц Азар Сиарет что на это сказал?

– Что если мне пришлось по душе предложение королевы, то его семья обеими руками «за» наш брачный союз, и что Ниарто окажет Лаеру всяческую финансовую помощь.

– Королевский дом Сиаретов хочет разрыва твоей помолвки с Таярой, – хмуро и неодобрительно заключил Винлеро.

– Да. Мне не удалось убедить Азара в том, что если Тая решит найти себе менее чудовищного жениха, то я не затаю зла на неё и мне не нужен утешительный приз в виде каких бы то ни было королев и статусов. Ты видел мое лицо, чувства Сиаретов понятны, Тая – единственная и горячо любимая дочь, а я стал чудовищем в самом прямом смысле слова.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

При этих словах Кайла его отец несчастно поморщился и виновато сказал:

– Эта мерзкая ведьма всё-таки отомстила мне, изуродовав твоё лицо. Эх, знать бы ещё, за что она отомстила! Никак не могу этого понять!

– Ты здесь совершенно ни при чём, и невозможно понять мотивы озлобленной старухи.

Винлеро склонил голову и произнес задумчиво:

– Хочу заметить, что и твои мотивы мне в последнее время не совсем понятны. На той неделе мне довелось заседать в Королевском Совете, а после король Грандин поведал мне историю, что приключилась с тобой в столице зимой. Честно говоря, меня задело, что ты сам не рассказал мне о том, как не узнал в Тамаре Светлой свою невесту, как Таяра разорвала помолвку, а потом одумалась. Мы с тобой не раз пересекались за прошедшее с той поры время, а ты ни слова не проронил.

«Я знал, что от твоего проницательного родительского ока не скроются умолчания в моем повествовании, и не хотел говорить про ведьм», – подумал Кайл и виновато развел руками на замечание отца.

– Ты любишь свою принцессу? – в лоб спросил Винлеро и Кайл молча кивнул, ощущая комок в горле. – Тогда не отказывайся от нее заочно, не увидев и не поговорив. Девочка выросла невероятной умницей, она отважная, преданная, верная, она сильна духом и она врач, привыкший к виду разорванной плоти.

– Привыкшая к виду ран пациентов, а не близкого мужчины, – хрипло возразил Кайл. – Но я не планирую расстаться с ней без объяснений, я хочу хотя бы увидеть Таю...

Слова «в последний раз» повисли недосказанными под сводом каменной башни.

– Говорят, что любовь преодолевает всё, – обронил Винлеро.

– Среди некромантов вдруг завелся специалист по любви? – хмыкнул Кайл.

– Нет, но ты, возможно, станешь первым, – улыбнулся Винлеро. – Мне больно видеть твое нынешнее лицо, но мою любовь к тебе оно не уменьшило, и на дружбу твоих товарищей оно не повлияло, так почему невесту должно отвратить? Никогда не думал, что я, прирожденный циник, на старости лет изреку нечто подобное, но принцесса – светлой души человек, ты должен ей верить, верить ее сердцу, ее чувствам. Она столько раз выдергивала тебя с того света, она действительно любит тебя, в этом невозможно сомневаться и грех в этом сомневаться!

Памятные Кайлу тигриные очи, полные нежности и огня, тоже словно умоляли верить. Они представились Кайлу, как наяву, смотря на него не с ужасом и отвращением, а с сосредоточенным любопытством ученого-врача, внезапно обнаружившего неизвестную разновидность заболевания.

«Интересный коленкор, – наверняка скажет ему принцесса, – давай-ка соберем анамнез: где, как и когда ты умудрился обзавестись такими любопытнейшими ранениями? Какие методы исцеления уже опробовали другие специалисты? Ты не против нетрадиционных методов лечения? Замечательно, просто великолепно. Твой случай пополнит энциклопедию мировой медицины!»

От соблазнительного образа любимой и надежд, что ведьма просчиталась, рассчитывая лишить его счастья, наградив уродством, Кайла отвлек вопрос отца:

– Ты сейчас отправляешься в столицу?

– Вначале загляну в лагерь, прослежу за расформированием и отбытием наших войск, а ты домой, в замок?

Винлеро Данри замялся, по его лицу, покрытому уже заметной сеточкой морщин, скользнуло смущение, когда он ответил:

– Нет, не домой. Меня пригласила погостить в своем поместье баронесса Литвик. У нее завтра день рождения, сорок семь лет исполняется, съезжаются дети с внуками, друзья, утром будет пикник, вечером большое застолье, обещана соколиная охота, бал и много чего еще. Ну а кроме того, нам с ней надо расторгнуть помолвку – я опять возвращаюсь к статусу некроманта в отставке, вы, молодые, теперь и без меня управитесь.

Губы Кайла под маской дрогнули в улыбке. Он важно кивнул и невозмутимо сказал:

– Понимаю, когда люди собираются расторгать помолвку, то жениху перед этим обязательно надо познакомиться со всей семьей, детьми и внуками невесты, потанцевать с ней на балу и съездить на соколиную охоту, как же без этого!

Черные глаза Винлеро раздраженно сверкнули из-под шапки седых волос, он погрозил сыну кулаком и сказал:

– Не потерплю никаких насмешек в адрес баронессы даже от родного сына, Аглая Литвик – изумительная женщина!

Кайл шутливо заслонился руками от родительского кулака и ответил:

– Коли ты так восхищенно отзываешься об уме, проницательности и прочих положительных качествах принцессы Таяры, то хочу поведать тебе, что именно Тая порекомендовала королю кандидатуру баронессы на роль твоей временной невесты.

– Да-ааа? – удивился Винлеро. – Почему бы так?

– Потому что выбор моей Таечки всегда безошибочен, – впервые после встречи с ведьмой расхохотался Кайл. – Не слишком загуляйся у своей баронессы, послезавтра мы приглашены во дворец на чествование некромантов.

В шуме и суете собирающегося по домам войска Кайл прощался с Братвилом, Глином, другими воинами группы, что была бессменно закреплена за ним последние два года. Все вояки в сворачивающемся лагере хлопали друг друга по плечам, обещали встретиться «на гражданке», обменивались своим оружием на память. Вдоль периметра лагеря маги открыли и удерживали в постоянном рабочем состоянии семь порталов, настроив их на разные королевства в разных сторонах света: при транспортировке больших масс людей эффективнее и экономичнее было пользоваться такими порталами, а не одноразовыми амулетами переноса, хоть ограничения на использование магии в личных целях только что были сняты. Воины широким шагом уходили в разрывы пространства, что ближе всех выводили к их родному городу.

Подхватив мешок с собственными пожитками, Кайл намеревался нырнуть в портал, ведущий в столицу Ниарто, когда его ухватили за руку. Повернувшись, он наткнулся на чумной взгляд Рамира Лувье.

– Некромант, – выдохнул Рамир, увидев в прорезях маски черные глаза. – Некромант и в маске, значит, ты – Кайллеро Данри, да?

– Да, Рамир, это я. Что-то случилось? – озабоченно спросил Кайл, слишком уж безумный вид был у его друга.

– Да, да, случилось, мне нужна твоя помощь! – проорал Рамир, швыряя им под ноги амулет телепорта и затягивая некроманта в черный зев пространственного перехода.

На диване в доме Рамира лежала бездыханная Лорена в насквозь промокшей одежде и с слипшейся копной волос, с которых ручейком стекала на пол вода. Рядом с девушкой никого не было, но чуткий слух мага улавливал причитания, молитвы и горестный плач, доносившиеся со всех уголков дома. Горе витало в воздухе, принизывая его, так же как запах влаги и церковных благовоний. И дыхание недавней смерти присутствовало тоже, Кайл сразу ощутил его.

– Спаси ее! – взмолился Рамир, хватая некроманта за руки и таща к телу своей возлюбленной. – Спаси, ты же можешь!

Не став сразу возражать взвинченному другу, который сам был магом и целительские силы должны были уже поведать ему обо всем, Кайл окутал Лорену магической пеленой. Зеленоватое мерцание быстро окрасилось в черный цвет, и Кайл озвучил очевидное:

– Она мертва, Рамир. Бесповоротно. Ты сам знаешь это.

– Ты – некромант, оживи ее!!! – выкрикнул Рамир безумное требование.

– Остановись, Рамир. Ты закончил школу магии, ты прекрасно знаешь, что никто, ни один некромант не способен вернуть умершему жизнь. Мы создаем не-жизнь, но неужели ты хочешь, чтобы я сотворил из Лорены нежить?

– Хочу! – лихорадочно зашептал Рамир. – Пусть она встанет и говорит со мной!

Кайл содрогнулся и положил руку на плечо друга. Рамир зло сбросил его ладонь, продолжая настойчиво сверлить его сумасшедшим взглядом.

– И что с ней будет происходить дальше? – принялся негромко увещевать товарища некромант. – Силы некромантии позволят Лорене двигаться, понимать твои приказы, но душу, жизнь, разум и чувства они ей не вернут. Лорена умерла, это необратимо и навсегда! Для чего лишать покоя ее тело? Некромантия не способна предотвратить разложение тканей, ты что – хочешь наблюдать за посмертными изменениями в любимой?! Очнись, твоя просьба безумна!

Рамир упал в кресло, закрыв лицо руками, и застонал, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Что произошло? – спросил Кайл.

– Я уезжал на неделю, на одну-единственную дарксову неделю! Моей жене исполнилось двадцать лет, собралась вся родня, родители жены, мои родители, куча народа, я никак не мог проигнорировать общий сбор! И то, что на этой же неделе моему первенцу, моему единственному ребенку исполнилось десять месяцев, тоже проигнорировать не мог! И Лорену взять с собой не мог, это же понятно! Всем всё понятно, Даркс меня задери!

В конце речи Рамир уже кричал, мечась по комнате, как зверь в клетке. Потом замер, выдохнул, снова застонал и упал в кресло.

– Я вернулся час назад, сразу крикнул Лорену, а ее нет. Сказали, ушла в сторону пруда. Я туда, а она... Я не успел... Почему, Кайл, почему?!!

Смотря на убитого горем товарища, Кайл понимал, зачем тот на самом деле позвал его – Рамир желал знать, была ли смерть его давней постоянной любовницы несчастным случаем или самоубийством.

– Выйди и закрой за собой дверь, – велел горюющему мужчине некромант.

Оставшись наедине с умершей, он простёр на ее телом руку и зашептал заклинания, свивая из них канву магического воздействия. Воздух вокруг тела Лорены замерцал, обволакивая его и заставляя подчиняться приказам мага смерти. Утопленница пошевелилась и села, не открывая потухших глаз.

– У пруда ты была одна? – задал некромант первый вопрос, так он обычно расспрашивал жертв убийц.

– Да, – тихо прошелестели в ответ синие губы.

– Ты хотела умереть?

Отклика не последовало – в памяти тела не сохранилось однозначного ответа на этот вопрос.

– Озвучь, о чем ты думала в последние минуты.

– Больно. Сердцу больно. Он уезжает все чаще, задерживается там все дольше. Он любит сына, его тянет к ребенку, когда-нибудь он останется там навсегда. Его отец приезжал, говорил, что мечтает о еще одном внуке, а у меня никогда не будет детей и внуков. Зачем я живу пустоцветом? Красивым украшением, которое нужно, пока молодо. Больно. Вода теплая, она снимает часть боли, дарит ласку и успокоение. Укачивает, тянет к себе, в синюю глубину. Тут тепло, хорошо, нырну глубже...

Прошептав еще одно заклинание, Кайл упокоил несчастную девушку.

– Земля тебе пухом, – сказал он, высушивая волосы Лорены и красиво раскладывая их по плечам.

За дверью ожидал приговора осунувшийся Рамир. При появлении некроманта он вскинул голову и уставился в черные глаза с немым вопросом.

– Она утонула не сознательно, можешь хоронить ее на освящённой земле у храма, а не за оградой, – сухо сказал Кайл. – Но если бы она не была невыносимо несчастной в твоем доме, то не нырнула бы слишком глубоко, так что не смогла выбраться на берег. Ты должен был отпустить ее, когда женился.

– Да, это всё моя женитьба виновата, жена виновата, – забормотал Рамир, но его привел в себя резкий окрик некроманта, сильно встряхнувшего его за плечи:

– Это ты виноват, Рамир! Не твоя жена, не ребенок, не Лорена, – ты! Захочешь завести еще одну любовницу – вперед, давай, но потом не зови меня, когда найдешь в пруду её тело или тело своей ни в чем не повинной жены!

– Да в чем дело-то?! Все имеют и жен и любовниц, отчего была несчастна Лорена? Чего ей не хватало?!

– Всего ей хватало, проблема как раз в том, что у нее имелось нечто лишнее.

– Что лишнее???

– Любовь к тебе.

Кайл остался на ночь в доме Рамира Лувье, мрачно наблюдая за тем, как давний товарищ накачивает себя спиртным под завязку. На душе его было муторно, и рождались неясные тревожные предчувствия, что его собственная встреча с любимой девушкой пройдет не радужно. Ведьма четко сказала, что расплачиваться за ее услуги королю должен именно он, а не принцесса, и только это успокаивало Кайла, ведь самый верный способ навсегда лишить его счастья – это забрать у него Таечку.

«Яр утверждал, что Тая уже умеет контролировать свои силы, что она осваивается в ведьминском ремесле и никто не сможет управлять ею, как то было в первые дни ее преображения, – думал Кайл. – Ведьмы не смогут уговорить ее уйти с ними! Они никогда не сотворят из Таи свое подобие, никогда! Раз за столько прошедших дней им не удалось превратить Таю в злобного монстра, то теперь тем более не удастся».

Кайл выдернул из ослабших рук Рамира очередную бутылку крепкой настойки, не дав открыть ее, и сказал угрюмо:

– Ты выпил достаточно. Тамара Светлая утверждает, что алкоголь убивает нервные клетки.

– Ага, нервные убивает, а спокойные оставляет, – заплетающимся голосом ответил Рамир. – Я хочу вернуть себе покой!

– Покой нам только снится, а ты его вовсе не заслужил. – Взвалив на плечи товарища, Кайл понес его в спальню.

Утром он задержался в поместье Лувье, чтобы помочь страдающему, дезориентированному Рамиру организовать похороны Лорены, и в своем столичном доме появился лишь к вечеру. Было ли это попыткой отложить неизбежную встречу со своей невестой? Кайл не хотел задумываться над этим вопросом, завтра он в любом случае ее увидит. Почему-то ему хотелось впервые встретиться с ней после разлуки не наедине, а в окружении множества людей, что прибудут завтра в королевский дворец.

«Сегодня все во дворце заняты приготовлениями к завтрашнему празднеству, так что Тае точно не до меня», – оправдывал себя Кайл, проходя в дом.

В доме его ждал сюрприз в виде разобранного на части зомбика и двух записок. Первая лежала на поверженной домашней нежити и гласила:

«Прости, прости, я не нарочно! Бедолага пал жертвой эксперимента. Очень надеюсь, что ты поставишь его на ноги».

Недоверчиво хохотнув, Кайл поднял со стола вторую записку:

«Раз ты не видишь меня в твоем доме, то я либо в больнице, либо во дворце (первое вероятнее). С нетерпением жду встречи! Тая».

– Вот и давай невесте разрешение заходить к тебе, когда ей вздумается, – со смешком заметил Кайл, рассматривая возлежащий на лабораторном столе скелет, не подающий признаков не-жизни. – Женатые некроманты предупреждали, что у молодых жен при переселении к мужу-некроманту возникают проблемы с домашней нежитью, но не такие же! Зомби вроде как положено бояться, а не на составные части их разбирать. Впрочем, надо отдать должное Таечке – она старалась скрепить все кости, как было раньше, и тонкие разрезы на костях аккуратно клеящим составом залила, только без некромантии они в единое целое не собираются.

Поднеся ладонь ко второй записке, Кайл ощутил слабенький ток жизненной энергии написавшего ее человека – следовательно, эта записка оставлена на столе недавно, максимум – вчера вечером, а тому моменту Тае точно доложили о том, что с ним произошло. Она знала о настигшем его заклятье ведьмы, но всё равно хотела видеть его.

«Идти во дворец в маске или без? – задумался Кайл, нервно дотрагиваясь до прикрывающего лицо куска плотной дубленой кожи. – Лучше наложу иллюзию: все гости увидят меня прежним, отца и других некромантов я своим истинным обликом не напугаю, им он уже знаком, а члены королевской семьи пусть сразу увидят, насколько всё плохо. И Тая увидит...»