Глава 19
Дима нёсся в Шереметьево, не обращая внимания на сильный дождь. Он с параноидальным фокусом следил по зеркалам и озирался в аэропорте, опасаясь преследования. Оружия с собой у него не было, как и шанса спасти Леру и себя, если её бешеный бывший муж заявится следом за ним.
“Дэн, меня не будет два дня. Личные обстоятельства”, – Дима отправил сообщение и включил режим полёта на телефоне, решив не дожидаться ответа. До ближайшего рейса оставалось четыре часа, и он зашёл в бизнес-зал, чтобы попытаться нормально поесть. А заодно подумать, что он скажет Лере при встрече.
“А если она не будет мне рада? Да ну… нет. Не требовать от неё невыполнимых обещаний… Да… Вообще ничего не требовать. Просто поговорить. Просто поцеловать. Просто… Аррр…” – он достал наушники и включил самый древний альбом Linkin Park. Оглушающе громко, чтобы остановить поток панических мыслей.
И даже садясь в самолёт, Сокол инстинктивно продолжал сканировать вокруг себя лица людей.
Мадридская ночь встретила его тёплым воздухом, наполненным запахом цветов и разогретого за день асфальта. Дима снял номер в ближайшем отеле до утра и от нервного напряжения спал поверхностно, видя какие-то странные образы в ещё более странных обстоятельствах.
* * *
Лера проснулась раньше обычного и долго лежала, прислушиваясь к звукам улицы, доносившимся с открытого балкончика. Первый месяц новой жизни был позади. Леру наполняли необъяснимые ощущения. Вожделенная свобода отзывалась горьким послевкусием одиночества, хотя изначально оно казалось ей настоящим спасением.
“Мне просто нужно найти работу. Нельзя дальше прозябать в ничегонеделании”, – поднявшись с кровати, она зашла в ванную комнату, включила воду и уставилась на себя в зеркало. Коснулась большим пальцем своей нижней губы. Точь-в-точь, как это часто делал Сокол. Закрыла глаза. Глубоко вдохнула и медленно выдохнула, ощущая его руки на своём теле. “Что я ему скажу?..”
Лера встала под душ, намылила голову и невольно вспомнила их ночь в “Фениксе”. Это было настоящее безумие. Сладостное. Терпкое.
Смыв с себя пену, она обернулась в полотенце, почистила зубы и поставила турку на маленькую электроплитку. Её микроскопическая кухонька не могла похвастаться богатым оснащением, но Лере хватало того, что было. Эта студия чем-то напоминала ей квартирку на Смольной. Только вид из окон был живописнее и соседи поприятнее.
За месяц Лера успела со всеми познакомиться. Во многом благодаря вечерним посиделкам. О себе она рассказывала мало, ограничивалась кратким рассказом о непростом разводе и переезде из Барселоны в Аликанте для восстановления душевного равновесия. Зато внимательно слушала истории других, тонко реагировала, от души смеялась и плакала, стараясь наконец-то сбросить осколки тяжёлой брони, в которую сама себя заковала в Москве.
Лера вышла на свой малюсенький балкончик с чашкой ароматного кофе и подставила лицо страстному испанскому солнцу, которое щедро дарило своё тепло маленькому городу с раннего утра. На соседнем балконе стоял её сосед, Мауро. Он тоже любил утренний кофе на солнце, приправленный хорошей сигарой.
– Buenos días, Mauro.9
Он молча подмигнул ей и выпустил струю ароматного табачного дыма.
Лере его история импонировала. В чём-то они были неуловимо похожи. После трагической смерти жены и сына в автокатастрофе он продал всё своё имущество и бизнес в Мадриде и переехал к морю залечивать душу. Да так потом и остался, открыв за углом небольшую пекарню. Сам Мауро в шутку называл второй этаж их дома царством разбитых сердец.
Допив кофе, Лера вернулась в комнату, оделась и решила пройтись до ближайшей фермерской лавки за фруктами и сыром, а на обратном пути заглянуть в пекарню и съесть пару хрустящих круассанов. Гедонизм – пожалуй, лучшее, что Лера переняла у Стаса. И в Испании для её высоких запросов было полное раздолье.
Перекинув через плечо льняной шоппер, Лера поправила волосы, повернула дверной замок, оглянулась на донёсшийся с улицы звук и вышла, неожиданно врезавшись в широкую мужскую грудь.
– Привет.
Она медленно подняла глаза и встретилась взглядом с ухмыляющимся Соколом. Её рот дёрнулся в неуверенной улыбке. Лера часто заморгала, не веря случившемуся.
– Дима?
– Похож?
Она нервно хохотнула:
– Что ты здесь делаешь?
– Сгораю от ревности из-за того хлыща с сигарой.
Лера упёрлась лбом в его грудь и тихо рассмеялась:
– Привет… Хлыща с сигарой зовут Мауро, и он очень приятный сосед.
– Ты что, оправдываешься?
– Аргументирую.
– Солнце… – Дима крепко обнял её, зарывшись пальцами во влажные волосы и прикоснувшись губами к виску.
Лера прижалась в ответ и с наслаждением вдохнула такой знакомый запах…
– Как ты меня нашёл?
– По звёздам.
– Я серьёзно.
– По номеру телефона. Ты куда-то собиралась?
– Что? А… Да… – Лера пыталась собрать мысли в кучу, но под взглядом Димы никак не могла сосредоточиться.
– Куда же?
– За фруктами и… ещё чем-то.
– Пойдём?
Лера кивнула.
– А ты… без вещей? Ты надолго приехал?
Дима показал ей небольшую дорожную сумку из грубой коричневой кожи и, шагнув внутрь студии, небрежно опустил её на пол:
– Я налегке. Обратно завтра в ночь.
– Всего два дня?..
– Я не знал, как ты отреагируешь на мой сюрприз. А если бы ты оттолкнула меня и захлопнула дверь?
– Как я могу?.. – она привстала на цыпочки и легко коснулась губами его губ.
– Так мы… за фруктами?
– А… Точно.
_________________________________
9 - Доброе утро, Мауро. (исп.)
* * *
– Аня, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Аня безуспешно пыталась незаметно проскользнуть с парковки в свой кабинет, избежав встречи с Денисом, но он встретил её прямо на ступенях лестницы.
– Э… Не знаю. Что я должна тебе рассказать?
– Куда сбежал Сокол?
– А он сбежал?
– А ты вчера не распечатывала ничьи координаты по пеленгатору?
Аня вздохнула и виновато кивнула:
– Прости.
– Если за ним будет хвост, и они там оба погибнут, считай, что на курок нажала ты, – Денис развернулся и быстро пошёл вверх.
– Лучше быстро погибнуть вдвоём, чем медленно умирать в разлуке…
– Поделишься своими размышлениями с их родителями на похоронах.
Аня упрямо вскинула голову и не сдавалась:
– Денис, а в чём разница? Если бы она сама позвонила ему и попросила приехать, это было бы не так опасно? Или её психованный бывший муж, узнав, что она готова к новым отношениям, сразу сдался бы и перестал искать её? “О, ты влюбилась в другого? Конечно-конечно, кто я такой, чтобы мешать тебе стать счастливой без меня?”
Морок спустился обратно к ней:
– Разница в том, моя милая романтичная Аня, что, если бы Лера позвонила, мы подготовили бы всё для безопасного отъезда Сокола. Вплоть до европейского паспорта и возможности разжиться оружием в Испании. Но ты поддалась эмоциям и, возможно, своей заботой подставила их обоих. Ещё одна такая выходка, и я уволю тебя. И не посмотрю, что ты подруга Арчи. Правила едины для всех. Я не потерплю, чтобы “Феникс” превратился в сопливое брачное агентство. Люди умирают, Аня! Мы – гарантия их защиты, мы подставляемся под пули, продумываем сложные способы спасения их жизни, финансов и свободы. Вот в чём наша работа, а не в посредничестве между Ромео и Джульеттой, тебе ясно?!
Аня побеждённо опустила голову:
– Ясно…
* * *
– Как ты себя чувствуешь теперь, спустя месяц?
Дима с Лерой сидели за небольшим столиком на улице рядом с пекарней Мауро.
– Лучше. Уже избавилась от навязчивых мыслей о всяких глупостях и перестала вскрикивать во сне от кошмаров.
– У тебя были мысли о суициде?
– Недолго…
Сокол взял её за руку и прижал тонкие пальцы к губам.
– Всё же по натуре я жизнелюб. Это была минутная слабость… Да и какой суицид, когда вокруг так красиво, море, еда, вино?
– Испанцы.
– Испанцы…
Они глупо рассмеялись.
– Как в Москве дела? Ничего не слышно? Стас ищет меня?
– Ищет. Волохов шутит, что чувствует себя героем реалити-шоу, находясь под неусыпной слежкой.
– А “Феникс”? За вами тоже следят?
– Не так активно, как за ним.
Лера напряглась.
– Всё под контролем. За мной нет хвостов. И паспорт на другое имя. Аня разрешила мне увидеть тебя, только если я буду крайне осмотрителен. Как я могу её подвести?
– Она чудесная.
– Я передам ей твои слова.
Они допили кофе и побрели по узким тенистым улочкам.
– Куда теперь?
– На море. Раз уж ты на побережье.
– Не холодновато для купания?
Лера подмигнула ему:
– Ты можешь посидеть на песочке. Ладно, шучу. Действительно прохладно. Но намочить ноги вполне приятно.
Держась за руки, они шли босиком по мокрому песку вдоль берега. Волны приятно холодили, облизывая их стопы до щиколоток.
– Какие планы на жизнь?
– Не знаю… Надо для начала найти работу. Какую-нибудь.
– А потом?
– Не хочу ничего планировать, правда… Полгода назад моя жизнь была полна планов на ближайшее десятилетие точно. И чем всё обернулось? Хочу жить в моменте.
– Ясно.
“Не заставляй её давать невыполнимые обещания…” – Диму уже несколько раз подмывало спросить её о продолжении их короткой истории. Но он упорно останавливал себя.
– У тебя всё хорошо?
– В смысле?
– Мы грустно расстались…
– Ну… Мы же не прощались. Просто… нажали на паузу.
Лера остановилась, Сокол вопросительно вскинул брови:
– Что?
– Хочу понять, что между нами…
– Зачем? Нельзя просто наслаждаться? В том самом моменте?
– Я не смогу вернуться в Москву.
– Я и не прошу, – Дима вплотную подошёл к Лере и мягко коснулся ладонями её лица. – Я приехал не для этого. Не просить и не уговаривать.
– А для чего?
– Я скучал… – он опустил голову и медленно провёл языком по её солоноватым от морского ветра губам.
Лера порывисто вздохнула и обняла его, ответив на поцелуй.
– Я думала о тебе…
– Ммм… Обнадеживающе…
Они неспешно пошли дальше по полупустому пляжу.
– Мы сошли с ума, да?
– Ну и что?
* * *
Вечерние приглушённые огни окутали город уютным тёплым свечением, когда Лера и Дима вернулись к ней в квартиру. После прогулки по пляжу они зашли в один из ресторанчиков на набережной и не спеша насладились ужином и бутылкой местного вина.
Дима прекрасно понимал, что у него был всего один шанс пробить её эмоциональную броню, всего одна возможность доказать ей, что они должны и могут быть вместе. Лера, слегка хмельная от вина и целого дня поцелуев и прикосновений, стала податливее и расслабленнее. Закрыв дверь, она услышала его шёпот:
– Не включай свет.
Сокол стащил с себя футболку, сел на край кровати и посадил на себя улыбавшуюся Леру.
– Ммм… Ты решил воспользоваться моим опьянением?
– В любви, как на войне… – он медленно поцеловал Леру, немного ускользая от её ответной реакции, расстегнул верхние пуговицы её лёгкого платья, оголив тонкие ключицы и плечи.
Лера плотнее прижалась к нему, обняв за шею, и в какой-то момент была абсолютно уверена, что под её пальцами промелькнуло плотное оперение расправленных на ветру золотистых крыльев.
– Сокол…
– …летит к Солнцу.
Дима подушечками пальцев нежно вёл по её шее, чувствуя, как оживал и ускорялся пульс Леры от его прикосновений. От шеи он спустился к ключицам, и Лера запрокинула голову от непривычного наслаждения. Дима воспользовался этим и настойчиво прошёлся губами от её подбородка до груди, заставив Леру тихо застонать и выгнуться в его руках.
– Что ты делаешь?..
– Занимаюсь с тобой любовью. Не похоже?
– Точь-в-точь как… Как…
Её платье упало на пол, и Лера окончательно забыла, что хотела сказать. Почувствовав его губы на своих сосках, она застонала громче. А когда он мягко прикусил их, закрыла глаза от нахлынувшей волны острого возбуждения. Внутри неё всё затрепетало от небывалой чувственной нежности.
– Малыш, пожалуйста…
– Да, милая… – прижав к себе пылавшую Леру, Сокол освободился от остатков одежды. – Посмотри на меня.
Она открыла глаза и прикусила нижнюю губу. По их лицам и телам неторопливо мелькали огни проезжавших по ночным улицам машин. Блики казались волшебными озарениями. Лера почувствовала его пальцы, мягко погрузившиеся в неё. Боль наслаждения вызвала тонкую дрожь.
– Не закрывай глаза.
Ресницы Леры подрагивали, но она наконец-то позволила себе окунуться в его пронзительный взгляд. Дима убрал пальцы и мучительно медленно насадил её на себя с глубоким громким выдохом.
– Да… – она, словно заворожённая, продолжала смотреть в его глаза, постепенно тая, как сливочное масло на горячем хлебе.
Лера перестала улыбаться, её дыхание участилось. Вцепившись в плечи Сокола, она ритмично двигала бёдрами и постепенно отклонялась назад. Её спина покрылась испариной, а пальцы подрагивали, ослабляя хватку. Дима придерживал её за талию и снова ласкал языком соски.
– Это… Это… – Лера резко ускорилась, её дыхание сбилось и перешло на хриплые стоны.
– Да…
Через несколько секунд она сжалась, вскрикнула и, наконец, закрыла глаза от блаженства.
– Подожди меня… – Сокол сделал несколько глубоких резких движений и высвободился.
От глухого звука капель, упавших на пол, он на секунду неловко зажмурился, но Лера, казалось, всё ещё ничего не слышала вокруг себя. Она неосознанно провела языком по его губам и напоследок насладилась жадным ищущим поцелуем. Открыв глаза, Лера наткнулась на глубокий взгляд Димы.
– Это было… волшебно…
– И это… не всё, – он положил её на спину и продолжил путешествовать губами по телу.
– Дим…
– Да, Солнце…
– Дима…
– Ммм?.. – он спускался всё ниже, заставляя Леру дрожать от влажных поцелуев на её коже.
Она ощутила его горячий язык в себе и вцепилась в простыню. Дима улыбнулся и начал усиливать давление языком, а пальцами нежно массировал её клитор. Лера покрылась мурашками и изогнулась со сладостным стоном. Он плавно ускорил движения, поглаживая её влажные ягодицы.
– Да… Да!
В момент её оргазма Сокол приподнялся и погрузился в неё, заставив задохнуться от волны наслаждения. Лера распахнула глаза и увидела его над собой. Тени на потолке услужливо подыгрывали её вышедшему из-под контроля воображению, складываясь в гигантские крылья. Она подняла руки и дрожащими пальцами прикоснулась к его напряжённому торсу, провела по длинному белевшему в темноте шраму. Дима дёрнулся и посмотрел на неё сверху вниз. В тот момент, даже если бы весь мир был объят огнём, он не смог бы отвести взгляд от Леры и её разметавшихся по подушке волос. Одним быстрым движением он повернул её на живот и, как тогда в “Фениксе”, плотно связал их руки.
– Дима…
– Да…
Тело Леры окончательно перестало ей подчиняться. Она билась в исступлении и хрипло стонала.
– Сейчас… – Сокол сжимал её пальцы, а свободной рукой обнимал за талию и плотно прижимал к себе, пока Лера не вскрикнула, а он сам не прервался в высшей точке экстаза.
* * *
Дима зажмурился от утренних лучей испанского солнца, преодолевших тонкую преграду занавесок и кравшихся по его лицу. Он пропустил момент, когда они с Лерой уснули, запутавшись в простыне. Она лежала чуть выше, сонно обнимала его за шею, прижимая к груди и закинув одну ногу ему на бок. Он с наслаждением вдохнул запах её кожи. А через несколько секунд его часы завибрировали.
“Полседьмого…”
– Лера.
– Ммм…
– Просыпайся.
– Не хочу…
Он тихо рассмеялся:
– Мне нужно успеть добраться до Барселоны.
– Нет… Обменяй билет на… на когда-нибудь потом… – Лера сильнее прижала его к себе и коснулась губами его виска.
Дима победоносно расплылся в улыбке.
– Идиотка… Нужно было месяц назад забрать тебя с собой…
– Нет… Тогда какова была бы вероятность понять по-настоящему…
– Не улетай.
– Не могу… Я и так сбежал, отправив Дэну всего лишь короткое сообщение.
Лера запустила пальцы в его жёсткие русые волосы.
– Я поняла… Это месть… Да?
– Нет, милая… Я вообще сомневался, стоило ли так врываться к тебе без спроса. Я не знал, как ты отреагируешь. Какая уж тут месть? – он поглаживал её по спине, пытаясь аргументировать необходимость отъезда скорее самому себе, чем Лере. – Я прилечу к тебе месяца через полтора. На неделю или даже две. Но сейчас мне нужно вернуться. Иначе в “Фениксе” за мной окончательно закрепится репутация безбашенного школьника.
– Боже, полтора месяца. Ладно… Но с тебя финальный аккорд… – она не успела договорить, как почувствовала в себе его пальцы, а на груди его губы.
– Само собой…
* * *
После чувственного утреннего секса и лёгкого завтрака они дошли до пункта проката автомобилей и взяли в аренду небольшой чёрный кабриолет. Одной рукой Дима держал руль, а второй прижимал пальцы Леры к своим губам. Она сидела с закрытыми глазами, позволяя морскому ветру играть с её волосами, и размышляла о случившемся.
Прошлой ночью они действительно занимались любовью. Как бы хорошо ей ни было когда-то с Радосом, но он по большей части реализовывал с Лерой свои собственные фантазии, наслаждался возможностью отключить голову и расслабиться, забыв о браке и работе. Стас обожал подчинять её своему напору, контролировать её наслаждение, хотя заботился скорее о себе и своём неуёмном сексуальном аппетите. Для каждого она была хоть и желанным, но инструментом. Никто из них не просил её открывать глаза, никто из них ни разу не сбивался с ритма от волнения в момент близости. Разве кто-то из них летел к ней, очертя голову и игнорируя правила, приказы и голос разума, и при этом не требовал от неё ничего? Ни обещаний, ни клятв…
Лера улыбнулась сама себе. Сейчас она готова была и обещать, и клясться…
Зарегистрировавшись на рейс, Дима крепко обнял Леру. Она почувствовала, что его снова еле заметно била мелкая дрожь, и поцеловала его в губы и глаза, как тогда в Шереметьево.
– Напиши, как долетишь.
– Хорошо… По поводу “напиши”… Не уверен, но сдаётся мне, что даже активно звонить и писать мы друг другу не должны. Я параноиком стал с этой слежкой. Но последнее, чего хотел бы, это подставить тебя.
Лера кивнула и прижалась щекой к его груди:
– Спроси у Дениса. Или Ани. Кто у вас отвечает за это. Если есть риск, то… То я буду вычёркивать дни в календаре.
– Думай о цели, тогда препятствия уйдут на второй план. Тем более, у тебя тут уже лето. Вино. Море.
– Испанцы.
– Чёрт бы их побрал.
– Я буду скучать. Если бы я знала… Прости, что не позвонила. Я была не в себе и не поняла тогда ничего…
– Всё хорошо. Нам обоим нужен был этот месяц. Тебе – выдохнуть, мне – ощутить.
Лера подняла на него взгляд:
– Что ощутить?
– Настоящую отчаянную нехватку тебя. Это как прививка от сомнений.
Она улыбнулась и в последний раз подставила губы для поцелуя. Сокол наклонился и неспешно, с наслаждением овладел её ртом, запутавшись пальцами в её немного взъерошенных от ветра волосах.
– До встречи.
– Уже скучаю…