Глава 26
Один день до падения “Феникса”
Лера открыла глаза и уже по привычке сонно протянула руку назад, к Соколу. Но в кровати кроме неё никого не было. Несколько мгновений ушло на то, чтобы осознать, где она находилась и почему такой тяжелой была её голова.
Накануне она прилетела в Прагу, но сразу не нашла в себе смелости добраться до кладбища. От одной лишь мысли Леру скручивало в болезненный узел. Она сняла номер в отеле, купила бутылку виски и медленно напивалась, сидя на полу комнаты и раз за разом прокручивая в голове все самые яркие и болезненные воспоминания о прошлой жизни. Начиная с первого дня работы в “СтандартТехноСтрое”.
Если бы у неё была возможность отправить себе, молодой и самоуверенной, сообщение в прошлое, Лера написала бы только одно слово: “Беги!”. Каждый раз, когда она думала, что вот теперь-то точно станет счастлива, жизнь тащила её за ноги на дно болота, заливая горло и лёгкие зелёной тиной.
Теперь же, глядя на всё происходившее с ней, Лера настолько явно видела мотивы окружавших её людей, что удивляться практически не оставалось сил. А ещё она наконец-то нашла в памяти точку невозврата. Когда всё окончательно полетело к чёрту.
Тот промозглый конец ноября, когда они все были безжалостно раздавлены депрессией и методично напивались в “Уайт Харт”. Виталик уже тогда был не в себе. Но ни Лера, ни Радос не позволили своей гордости переступить через его резкие слова и протянуть ему руку.
– Ты была бы идеальной парой для нашего Стасика.
Она громко рассмеялась в темноте над словами Виталика. Хотя в тот вечер её сердце расползалось на нитки, словно гнилая тряпка.
– Хорошо, что ты всего этого не застал. Ты, кажется, единственный, кто не струсил и пошёл до чёртового конца.
Их последняя ночь с Радосом.
– Тебе было больно?
– Мне всё время больно.
Ведь именно тогда они с Радом могли быть вместе. Но она испугалась. Предложила ему сначала заняться желудком. И он не стал бороться.
– Мы все получили то, что заслужили.
– Ты был чертовски прав, Рад… Лучше не сказать…
Потом в её памяти всплыла любимая фраза Стаса:
– Для моего молчания всегда есть повод.
– Да! О, чёрт возьми, да!!! Тысячу раз – да, милый! Для твоего молчания было пятьсот миллионов поводов! И ещё пара десятков несчастных, чьими жизнями ты крутил, как хотел!
Лера была уверена, что лицо Стаса было отпечатано на её подкорке. Но с удивлением поняла, что в её сознании он уже сейчас покрылся какой-то мутной дымкой… Допив виски и перебрав всех своих живых и мёртвых врагов и друзей, Лера прямо в одежде забралась на кровать и уснула.
* * *
Утро выдалось солнечным. Как в день похорон.
“Нет смысла прятаться… Я должна тебе всё рассказать”.
Лера сходила в душ, привела себя в божеский вид и на ресепшне заказала такси до кладбища. Голова была всё такой же мутной. Она зашла в бар и попросила двойную порцию виски со льдом. Сделав несколько больших глотков, Лера расплатилась и вышла на улицу к такси.
Кладбище было старым и очень живописным. Фамильные склепы с массивными цепями и резными дверьми, высокие чёрные и белые каменные надгробия с весенними цветами, плачущие мраморные ангелы, безмолвные печальные рыцари.
Лера чувствовала пугающее успокоение, медленно шагая по аккуратным тропинкам. На деревьях грустно щебетали одинокие птицы. По земле сновали серьёзные белки. Она начала плакать, как только заметила вдалеке чёрное с зеленоватыми прожилками мраморное квадратное надгробие:
Rados Agejev
1985 – 2022
– Здравствуй… – Лера обошла могилу и села сзади на траву, прислонившись спиной и затылком к нагретому солнцем камню, лишь бы не видеть проклятую надпись. Слёзы окончательно ослепили её, и она сжала мокрые ресницы. – Я так скучаю…
– И я по тебе…
Лера распахнула глаза: Радос стоял перед ней. Здоровый. Без шрамов. Без чёрной повязки. Точно такой, каким она увидела его впервые восемь лет назад.
– Рад?.. Ты?..
– Всё так же мёртв.
Лера застонала:
– Стас заплатил за твою смерть. Он убил тебя! Это не был несчастный случай.
– Печально…
– И всё? Это всё, что ты можешь сказать?! “Печально”?! Он отнял у нас жизнь!
– Jo, zlato.45
– Мы… Всё могло быть! Всё могло случиться! – она срывалась на хрип, давясь слезами. – Мы могли быть счастливы вдвоём!
– Могли, но не стали. Я мёртв. И с этим ничего не сделаешь.
Лера отчаянно замотала головой. Её волосы разметались по плечам и надгробию:
– Рад…
– Что?
– Он тоже мёртв.
Радос мягко улыбнулся:
– Уверена?
– Ну… Мне сказали, что да.
– Значит, мы с ним скоро встретимся.
Его белая рубашка с закатанными до локтя рукавами еле заметно колыхалась от лёгкого ветра.
– Мой малыш тоже мёртв…
– С ним всё хорошо. Он там… – Радос посмотрел наверх. – И тот… первый… Тоже.
Лера зажала рот руками и повалилась на траву.
– Они оба… Им там хорошо и светло.
– Рад… Я, кажется, всех потеряла. Я так устала…
– Всё наладится.
Лера протянула к нему руку:
– Забери меня к себе.
Радос присел рядом и нежно провёл ладонью по её волосам:
– С ума сошла?
– Нет. Наверное. Не знаю.
– Сколько ты выпила?
– Двойную порцию.
– А накануне?
– Бутылку.
– Глупышка.
Лера так явственно ощущала на себе его тёплую ладонь, что её сердце начало сбиваться с ритма.
– Я больше не могу… Он достал меня даже из могилы!!! Его призрак будет вечно меня преследовать!
– Не будет. Я не дам ему.
– Пожалуйста…
– Посмотри на меня.
Лера села и одёрнула сбившуюся рубашку. Она попыталась вытереть слёзы, но потерпела поражение. Радос смотрел на неё тепло и спокойно:
– Что ты тут делаешь?
– Говорю с тобой.
– Тебе что, больше не с кем?
– Я хочу с тобой… К тебе…
– Лера, я мёртв! И не сделаю тебя счастливой уже никогда! Хотел бы… Но, увы. Отпусти меня.
– Я…
– Ты сидишь тут и с похмелья говоришь с одним мертвецом о другом мертвеце. Самой не смешно? Вытри слёзы. Включи телефон. И позвони ему. Там, в этой чёртовой Москве, он. Живой! Настоящий. Мечется и терзает себя, пока ты тут торчишь на кладбище, цепляясь за своё прошлое.
Лера молча моргала, словно до неё действительно что-то дошло.
– Хватит! Один раз мы всё упустили. Не повторяй эту ошибку. Я говорил тебе. Не запрещай себе любить. И отпусти меня. Я хочу покоя.
– Прости…
Он приблизил своё лицо к Лериному:
– Отпусти.
Она закрыла глаза. Немного нахмурилась. И прошептала:
– Прощай, Радос…
Он коснулся губами её щеки и ответил, исчезая:
– Sbohem, Lero.46
Она резко вдохнула и посмотрела по сторонам. Вокруг никого не было.
_________________________
45 - Да, сладкая. (чешск.)
46 - Прощай, Лера. (чешск.)
* * *
Пять часов до падения “Феникса”
– Малыш…
– Лера?! Где ты?
Она стояла недалеко от входа в аэропорт и с наслаждением вдыхала никотиновый яд, глубоко затягиваясь сигаретой.
– В аэропорте.
– Что? Куда ты улетаешь?! – голос Димы был хриплым, словно он простудился. На фоне играла какая-то тихая музыка.
– Я не улетаю. Я возвращаюсь.
– Подожди, – в трубке было слышно, как он куда-то быстро шёл. – В смысле возвращаешься? А где ты была?
– В Праге. Самолёт в Москву через час.
– Где тебя встретить?! Шереметьево?
– Да… Спасибо.
– Как ты?
– Плохо. Но лучше. Значительно.
Он с едва заметным облегчением рассмеялся в трубку:
– А до этого как было?
Лера шмыгнула носом:
– А до этого было кошмарно. Не спросишь, зачем я в Праге?
– Догадываюсь… Расскажешь сама, если захочешь.
– Захочу.
– Говори.
– Отпускала прошлое.
– И как? Получилось?
– Напилась. Нарыдалась. Отпустила. И хочу обратно. К тебе…
– Я… я рад, что ты… справилась. Хочу тебя обратно, к себе.
– Спасибо.
– За что?
– Что дал мне уехать. И ждал обратно.
– Надеюсь, это не войдёт в привычку?
– Я бы не хотела…
– У тебя есть с собой платье?
– Платье?
– Сегодня же свадьба…
Лера зажмурилась:
– Чёрт… Я…
– Я успею заскочить домой и возьму тебе. Какое нужно?
– Так неловко…
– Не бери в голову! Все будут рады тебя видеть.
– Возьми то, летнее. Не в кожаном же на свадьбу идти.
– Почему нет? Я вообще в экипе.
– С ума сошёл?
– Да я и приходить не хотел… Но Арчи позвонил и наорал на меня.
– И правильно сделал. Дэн же твой лучший друг.
– Я возьму тебе кожаное.
– Как хочешь.
– Лер…
– Ммм…
– Я люблю тебя. Поэтому не хотел выпускать.
Лера выдохнула и замолчала.
– Ничего не отвечай. Сейчас не отвечай.
В её голове прозвучало напоминание:
– Не запрещай себе любить.
– Как скажешь, малыш. Три часа, и я в Москве.
– Я буду ждать.
* * *
Дима тихо вернулся в торжественный зал. Арчи прошептал ему:
– Я же говорил! Где она?
– Летит из Чехии.
– Эк её вшторило!
– В следующий раз наручниками к себе пристегну.
– Да тихо вы! – Оля шикнула на обоих.
Они виновато замолчали. Снова заиграла музыка, и из боковой двери в зал вошли Денис в идеальном чёрном костюме и Алиса в нежном кружевном платье цвета сливочного мороженого.
– Какие же они…
Арчи приобнял прослезившуюся Аню:
– Красавчики.
После официальных слов Денис взял кольцо, посмотрел Алисе в глаза и нежно прикоснулся к своему позывному за её ухом:
– Люди находят друг друга, чтобы их жизнь была наполнена счастьем и любовью. Если бы я не нашёл тебя, моя жизнь уже давно оборвалась бы. Потому что даже мой бог не смог бы спасти меня в одиночку. Теперь ты – моя жизнь. И без тебя для меня не будет смысла. Я обещаю любить тебя и оберегать от всех невзгод. Что бы ни случилось. До конца наших дней, – он надел кольцо и поцеловал пальцы Алисы.
– Ты пришёл на обломки моего мира. Разнёс его остатки до самого основания. И воздвиг новую сверкающую крепость. Ты заставил меня отречься от всего. И подарил мне новую меня. Моя жизнь до тебя была спокойной и… пустой. Моя жизнь с тобой – единственное, что отныне и навсегда имеет смысл. Я обещаю любить тебя и оберегать от всех невзгод. Что бы ни случилось. До конца наших дней, – она надела ему кольцо.
Арчи возмущённо прошептал:
– Эй, кто у кого списал последние строчки?!
– Дурачок, – хихикнула Аня. – Так и было задумано.
Денис нежно поцеловал Алису, и под торжественную мелодию они подошли к друзьям обняться и прослезиться.
– Ну… Первый пошёл! – Джокер крепко обнял Дениса и поцеловал Алису в щёку: – У тебя точно нет сестры-близняшки? Я бы ради такого дела подумал, не остепениться ли.
– Точно! – Алиса шутливо толкнула его ладонью.
– Всё, брат! Бывай! – Арчи похлопал закатившего глаза Дениса по щеке и подмигнул Алисе: – Я тебе никогда не забуду эти жуткие брыкания у операционной! Запомни: Морок бессмертен и непобедим.
– Хорошо, как скажешь…
Аня, смахивая слёзы, привстала на цыпочки и обняла Дениса:
– Я всегда мечтала пригрозить жениху Алисы проблемами, если он её обидит.
Тот усмехнулся:
– Давай, исполни мечту.
– Не хочу. Я просто не верю в такой сценарий с тобой в главной роли…
– Спасибо.
Аня метнулась к Алисе, и они со слезами крепко обнялись.
– Ты самая красивая фея на свете! Я так тебя люблю! И мне… мне так жаль, что мы тут… не все вместе. Как мечтали…
Алиса вытерла слёзы:
– Да… Я бы всё отдала, чтобы… чтобы они стояли тут с нами.
– Старик, поздравляю, – улыбнулся Мастер. – Не слушай никого. Будь счастлив.
– У меня нет выбора, – они с Вовой хлопнули друг друга по плечам.
– Воинственная Алиса. Береги парня. Не забывай своевременно штопать его и доливать кровушку.
– Да ну тебя! – она с шутливым недовольством обняла Вову.
– Поздравляю! Надеюсь стать частью вашей весёлой банды. Вы такие красивые, я еле сдерживаюсь! – Оля легко обняла Дениса и поцеловала Алису в щёку.
– Конечно, станешь! Ты уже! Мы молили всех богов, чтобы Вова встретил такую волшебницу, как ты!
Последним шёл смущённый Дима в мотоциклетной экипировке:
– Я как обычно… Косячу.
– Стабильность – признак мастерства, – Денис забавно оглядел его внешний вид, но был рад, что Сокол всё же приехал, несмотря на свои горести.
– Поздравляю, брат. Ты вытянул самый счастливый на свете билет.
– Она не звонила?
– За минуту до вас. Так что на банкете я появлюсь не сразу, прости.
– Лети, Сокол. Мы оставим тебе кусок торта.
Дима обнял Алису и еле слышно прошептал на ухо:
– Он знал наперёд. Он понял это уже тогда. В тот чёртов день, с осколком в боку. И не верь, если он будет отрицать это.
Алиса снова прослезилась:
– Пускай это останется его маленьким секретом… А теперь езжай. И только попробуй опоздать к своему тосту.
– Я – пуля! – Дима выбежал из загса, завёл байк и понёсся по цветущей Москве.
* * *
Оторвавшись от пражской земли, Лера ощутила небывалое облегчение. Казалось, будто у неё самой выросли крылья за спиной.
“Всё. С меня хватит. Солнце летит к Соколу. И плевать, в каком из адских котлов ты горишь, Стас. Я больше никогда не позволю тебе хозяйничать в моей жизни”.
На паспортном контроле Лера извинилась, кажется, тысячу раз, чтобы пробраться через огромную очередь. Опаздывающую на свадьбу друзей девушку все пропускали с улыбкой.
Дима бежал по терминалу, высматривая Леру. Самолёт приземлился уже двадцать минут назад, и он надеялся, что им не придётся ловить друг друга по огромному залу ожидания.
– Лера! – не выдержав, Дима выкрикнул её имя. – Лера!
В плотной толпе пассажиров взметнулась вверх её тонкая рука:
– Я здесь! – Лера, как могла, пробиралась и извинялась.
– Солнце!
– Сокол! – она с разбега запрыгнула на Диму, обхватив его руками и ногами.
– Детка… Я тебя пришью к себе наживо, вощёной нитью, кожа к коже. Поняла?!
– Да! Я согласна. Можешь пришить, приковать, привязать…
Он заткнул её горячим поцелуем. Люди вокруг смущённо улыбались, слыша такие любовные угрозы.
– Поехали! Мы должны успеть на торт!
– А платье?!
– Там переоденешься!