Пролог

Два года назад

Вера

— Эй, а как насчёт этого? — Моя сестра Лариса протягивает листок бумаги через обеденный стол. — Донор номер 376ВЕСП2. Моряк, владеет тремя языками.

Я морщусь.

— Когда я думаю о моряке, мне представляется горячий парень, который крутит романы с красавицами по всему миру, а потом это навевает мысли об инфекциях, передаваемых половым путём.

— Клиника не предложит тебе донора с ИППП, — закатывает глаза Лариса.

— Знаю. Просто делюсь тем, что думаю.

— Ого, — она выхватывает другой листок из стопки. — Целеустремлённый Инженер.

Я кривлюсь.

— Напоминает социально неуклюжего гения.

— Ум — это хорошо. Тебе нужен умный. Отец твоего ребёнка должен быть настоящим вундеркиндом.

— Да, но что, если он из тех, кто так невероятно умён, что лишён здравого смысла и уличной смекалки? Как твой последний парень? — подмигиваю я.

Нет нужды напоминать о том случае, когда бедняга попал в переделку в Жулебино и подумал, что умный разговор убедит гопника бросить нож и удрать.

Сестра сминает страницу и швыряет её через комнату.

— Ладно, дальше. А этот… Донор номер 7984ВЕСП5… Этот донор ставит Бога превыше всего и всегда готов помочь нуждающимся. В свободное время он волонтёрит в местных домах престарелых и молодёжных центрах, а также пристраивает бездомных старых кошек…

— Прекрати, — поднимаю я ладонь. — У него явно комплекс святого. И звучит слишком идеально, чтобы быть правдой. Пропускаем.

Сестра хихикает, беря следующий листок из стопки.

— Стопка тает на глазах…

— Кто следующий?

— Донор номер 9564ВЕСП19… Амбициозный Атлет… Высокий, с резкими скулами, ямочками на щеках и загорелой бронзовой кожей, этот донор не боится выделяться в толпе. Естественно атлетичный, физически крепкий, интеллектуально одарённый и целеустремлённый, он способен на всё, если загорится идеей. Он описывает себя как авантюриста и заядлого путешественника, с акцентом на сбор впечатлений, а не вещей. Происхождение: русско-польское.

— Дай-ка посмотреть, — жадно впиваюсь глазами в профиль Донора с номером 9564ВЕСП19 я. — Атлетизм — это плюс, у нас в семье с этим туго… А амбиции никогда не вредят. Ямочки — бонус. — Поджимаю губы, изучая остальные скудные детали. — Рост метр восемьдесят восемь. Чёрные волосы. Карие глаза. Здесь сказано, что он похож на знаменитостей вроде Дмитрия Нагиева.

— Короче, красавец, от которого слюнки текут.

Странное трепетание щекочет грудь, но я напоминаю себе, что никогда не увижу его лица — он будет лишь второй половиной ДНК моего будущего ребёнка. Успокаиваю сердцебиение и возвращаюсь к делу.

— Знаешь, папа был чистокровным русским, а бабушка по маме родом из Польши, — говорит она, повторяя то, что я и так знаю. — Может, это знак?

Поднимаю бровь. Она права. Но она также рылась в этих профилях со мной последние шесть выходных. Часть её наверняка жаждет закончить этот изнуряющий поиск. Я тоже. Но это не то, что можно взять наобум. Речь о биологическом отце моего будущего ребёнка. Нельзя выбрать просто «нормального».

Он должен быть идеальным.

— Идеального совпадения не бывает, — машет профилем Амбициозного Атлета, как белым флагом, перед моим лицом сестра. — Но это очень близко.

Перечитываю описание, пытаясь выудить что-то новое, скрытое, прячущееся на виду. Закрыв глаза, представляю его лицо — смесь красивых актёров с телом, от которого хочется прикусить кулак, — таким, что увидишь только на огромных билбордах на Тверской или у Казанского вокзала.

— Ты говорила, доктор Викторов генетически подобрал тебе этих доноров? — спрашивает Лариса.

— У него какая-то передовая алгоритмическая система, которая подбирает генетически совместимых, — отвечаю я.

Я прочитала об этом в брошюре месяцы назад, когда впервые ступила на путь одинокого материнства. Через неделю после встречи с командой доктора и подписания контракта они прислали кучу анкет о генетической истории, психологических наклонностях и чертах характера, а потом вызвали на анализы крови. После месяцев исследований прибыл солидный конверт с кандидатами.

И вот мы здесь.

— Мой голос за Амбициозного Атлета, — Лариса откидывается на стуле решительно. — Лучше не бывает.

Перечитываю описание ещё раз.

— Ты улыбаешься, — тычет пальцем в моё лицо сестра. — Решила?

Хохоча, я прижимаю листок к груди.

— Да. Кажется, да. Он — тот самый.